24 июня, выступая на церемонии награждения особо отличившихся журналистов, Касым-Жомарт Токаев отметил: "Испытанию на прочность подвергается глобальная система безопасности. Нарастает противостояние сверхдержав, в ряде регионов обострились вооруженные конфликты. На международной арене происходят сложнейшие, не имевшие прецедентов процессы, нуждающиеся в глубоком осмыслении. По сути, происходит смещение понятий, связанных с международным правом. Культивируется право сильного".

Президент абсолютно верно указал на характерную черту политических процессов последнего времени. Международное право эффективно лишь в той степени, в какой оно отражает сложившийся баланс сил, то есть баланс между великими державами. От малых и средних государств их отличает ответственность за глобальный миропорядок, за стратегическую безопасность. Впрочем, сегодня на глобальное управление часто претендуют чиновники международных организаций, не отвечающие даже за целевое расходование бюджетных средств.

Международное право никогда не было правом слабых. Лежащая в основе глобальной системы безопасности Организация Объединенных Наций – это проект, разработанный в феврале 1945-го на Ялтинской конференции Рузвельтом, Сталиным и Черчиллем, лидерами трех великих держав того времени. Спустя два с половиной месяца его на Сан-Францисской конференции утвердили 50 существовавших на тот момент государств. Целью стран, инициировавших данный проект, было не допустить войны друг с другом. И с этой точки зрения ООН до сих пор вполне эффективна.

Недавний ирано-израильский конфликт наглядно продемонстрировал, какой вес в современном мире имеют великие державы, а какой – международные организации.

Отцы победы

В эти дни часто вспоминают поговорку "У победы тысяча отцов, а поражение – всегда сирота". О победе иранского народа над сионистским режимом (так в Иране именуют Израиль) заявил в своем послании президент Масуд Пезешкиан. О нападении США ничего прямо сказано не было – с ними еще предстоит вести переговоры. Впрочем, верховный лидер исламской республики Али Хаменеи, выждав пару дней, поздравил народ Ирана с двумя победами – над сионистским режимом (само государство Израиль там не признают), а также над американским режимом, который пришел на помощь сионистам.

Об исторической победе Израиля объявил премьер-министр Беньямин Нетаньяху. Но самым первым попытался примерить на себя лавры победителя, конечно, президент США Дональд Трамп, обосновав это тем, что обе стороны согласились с его предложением о перемирии.

Некоторые эксперты считают, что за решением Ирана и Израиля прекратить обмен ударами стоит достаточно прозаическая причина – у них просто закончились ракеты. Однако роль США и России также вполне очевидна.

Израиль понял, что без помощи Штатов он не сможет ни поразить подземные ядерные объекты Ирана, ни обеспечить работу "Железного купола". В ответ на просьбу его премьер-министра Дональд Трамп принял решение нанести удар по центрам обогащения урана бункерными бомбами и крылатыми ракетами, но от поставки ракет-перехватчиков для системы ПВО он, судя по всему, отказался. При этом американский президент неоднократно созванивался со своим российским коллегой, а по линии госдепартамента и спецслужб поддерживались контакты с Тегераном.

Заявления Дональда Трампа в социальных сетях были пафосными, но невнятными, часто противоречившими тому, что он сказал накануне. Но в целом ему удалось представить себя одновременно твердым политиком и миротворцем.

Россия придерживается классического стиля во внешней политике, сочетая неизменность переговорной позиции, которая одинаково подается всеми официальными лицами, с непубличными переговорами. В своих официальных заявлениях относительно ирано-израильского конфликта МИД РФ последовательно занимало сторону Ирана, осуждая Израиль и США, а также подвергая критике их союзников и МАГАТЭ.

Для военной помощи Ирану у России не было правовых оснований, но весьма вероятно, что вскоре этот вопрос будет решен. В ближайшее время планируются визиты в Москву иранских делегаций разного уровня – от министерского до президентского. Тегеран через Москву поддерживает и контакты с Пекином, который в целом разделяет российскую позицию.

Си Цзиньпин прокомментировал ситуацию в обычном для китайской официальной риторики сдержанном стиле. Он призвал обе стороны, "особенно Израиль", как можно скорее прекратить огонь, чтобы избежать дальнейшей эскалации и распространения конфликта на регион.

19 июня состоялся телефонный разговор Владимира Путина и Си Цзиньпина. По его итогам было объявлено, что стороны придерживаются идентичных подходов, решительно осуждают действия Израиля, которые нарушают устав ООН и другие нормы международного права.

В США это восприняли как то, что Москва и Пекин выступают единым фронтом. Хотя политическая активность Китая в отношении конфликта была достаточно скромной, внимание американских экспертов было сфокусировано именно на позиции Пекина. И можно не сомневаться, что их предположения и прогнозы во многом отражают точку зрения Белого дома, который больше озабочен возможным конфликтом с Китаем, а не с Россией.

Система, которую надо менять

Ирано-израильский конфликт стал испытанием на прочность глобальной системы безопасности, если использовать выражение нашего президента. Начнем с Совбеза ООН, который в эти дни подтвердил репутацию дискуссионной площадки, где вопросы глобальной безопасности обсуждаются, но не решаются. За 12 дней конфликта было проведено несколько экстренных заседаний, на которых вполне ожидаемо были высказаны два мнения относительно причин войны. С точки зрения России и Китая это была агрессия Израиля, вскоре поддержанная Штатами. Агрессия, направленная против ядерных объектов, а потому особенно опасная. Тогда как с точки зрения США, Великобритании и Франции во всем виноват Иран, не желающий сворачивать свою ядерную программу и угрожающий Израилю.

12 июня, накануне израильской атаки, Совет управляющих МАГАТЭ принял резолюцию о том, как Иран выполняет свои обязательства перед агентством. Этот документ, выдержанный в критическом тоне, стал своего рода камертоном, определяющим позицию руководства ООН и европейских стран в отношении конфликта. То есть вина Израиля в атаке на Иран (атакованы были не только ядерные объекты, но также ученые, военное руководство, системы ПВО и др.) ими даже не рассматривалась. И призыв МАГАТЭ, да и генсека ООН был адресован Тегерану – мол, надо лучше отчитываться о состоянии своих ядерных объектов, объемах урана и пр. Такой подход ожидаемо вывел Иран из себя, и там объявили, что намерены выйти из Договора о нераспространении ядерного оружия и соответственно из МАГАТЭ.

21-22 июня в Стамбуле прошла очередная сессия Совета министров иностранных дел Организации исламское сотрудничество (ОИС). Тема ирано-израильской войны была включена в повестку дня, однако лишь в качестве одного из многих конфликтов, с которыми сталкивается исламский мир (исламофобия, Палестина, Кашмир, рохинджа и разное другое). В итоговой декларации есть пункт с осуждением Израиля, но, например, индо-пакистанскому конфликту посвящены целых три пункта. Встреча в Стамбуле показала, что задача ОИС – не решать проблемы, а демонстрировать солидарность. В этом она похожа на Организацию тюркских государств (ОТГ), где войну на границах тюркского мира просто не заметили. Реджеп Эрдоган был занят встречей ОИС, на которой его чем-то награждали, а также пытался выступить в роли посредника в ирано-израильском конфликте, а без его указания ОТГ никаких заявлений делать не стала.

Зато несколько заявлений с осуждением Израиля и США сделала Шанхайская организация сотрудничества. Они привлекли к себе внимание особой позицией Индии. В заявлении, на которое ссылается Дели, сказано: "Индия призывает обе стороны избегать любых шагов по эскалации. Существующие каналы диалога и дипломатии должны использоваться для работы по деэскалации ситуации и решению основных проблем. Индия поддерживает тесные и дружеские отношения с обеими странами и готова оказать всю возможную поддержку".

23 июня ШОС выступила с решительным осуждением военных ударов США по ядерным объектам Ирана. Одновременно МИД Индии опубликовало Заявление о последних событиях в Западной Азии, в котором дан совершенно иной взгляд на ситуацию. Дели избегает обвинений и осуждений какой-либо из сторон, он говорит о действиях США против ядерных объектов Ирана и ответных действиях Ирана против военных баз США в Катаре. При этом Индия приветствует сообщения о прекращении огня между Ираном и Израилем и ту роль, которую сыграли США и Катар в его достижении.

У Индии очень хорошие, партнерские отношения с Ираном: достаточно вспомнить о том, что обе страны – ключевые элементы международного транспортного коридора Север–Юг. Однако и с Израилем Индия сотрудничает в военно-технической сфере, а также в вопросах борьбы с исламским терроризмом.

Поддержка Ирана со стороны ШОС не ограничивается одними заявлениями. 26 июня в Циндао прошла встреча министров обороны стран-членов организации, на которой присутствовал и глава военного ведомства исламской республики Азиз Насирзаде. То, что на встречу в Китай приехал (впервые с 2020 года) индийский министр обороны Раджнатх Сингх, может свидетельствовать о стремлении Индии контролировать действия ШОС на иранском направлении.

24 июня появилось также Совместное заявление БРИКС об обострении ситуации с безопасностью на Ближнем Востоке после военных ударов по территории Ирана. Стилистически оно было ближе к риторике индийского МИДа, в нем не было ни обвинений, ни осуждений, оно ограничивалось призывами ко всем сторонам конфликта взаимодействовать через существующие каналы диалога и дипломатии с целью деэскалации ситуации и урегулирования своих разногласий мирными средствами.

Резюмируя, можно сказать, что международная система безопасности испытание на прочность не прошла, но на ее полную замену нет ни сил, ни средств. Жителям Экибастуза, Риддера и других казахстанских городов такая ситуация хорошо знакома.