Последние события в Сирии вновь открывают, казалось бы, почти закрытую страницу российско-турецких противоречий в этой стране. Поддержанные Анкарой протурецкие формирования боевиков неожиданно быстро захватили Алеппо и ведут активные боевые действия в направлении столицы страны.

Серьезность происходящего подтверждается вынужденным блиц-визитом президента Башара Асада в Москву на прошлой неделе, а также скоропостижной сменой командующего российскими силами в Сирийской Арабской Республике. Прорыв случился очень "вовремя" - когда позиции Ирана в регионе подорваны последними действиями Израиля, только что завершившего очередную военную операцию в Ливане, а Россия сосредоточена на СВО и вряд ли будет перебрасывать крупные силы на Ближний Восток. В то же время при самом негативном для Москвы сценарии развития событий без условного Асада в Сирии станет проблематично обеспечивать российское военное присутствие в Африке. Зачем это понадобилось в данный момент Эрдогану?

Случайно недавно узнал, что при получении визы в КНР китайцы особенно интересуются путешествиями заявителя в Турцию. А некоторым часто летающим туда россиянам могут даже в визе отказать. Или что еще хуже - отказать в транзите, официально разрешенном при стыковках в китайских аэропортах сроком до 3 дней, просто на основании нескольких турецких штампов некурортных столиц. Почему так?

Современный Китай - достаточно жесткое национальное государство, испытывающее известные проблемы со своими мусульманами-уйгурами, компактно проживающими в Сяньцзянь-Уйгурском автономном районе. Будучи по численности вторым после курдов народом (13 млн чел.), не имеющим своего государства, они живут под жестким контролем Пекина. А Турция, собирающая под своим крылом все тюркские народы, пытается выступить их защитником на международной арене. Зачем это Анкаре, плодотворно развивающей торгово-экономические связи с Поднебесной?

Эрдогановская Турция давно вышла за пределы своих физических границ. Перефразируя президента Путина, границы Турции не заканчиваются ее географическими пределами, но распространяются на всю территорию бывшей Османской империи или даже больше - "Великого Турана". И это не формула речи. В подготовленном Фондом прогрессивной политики последнем исследовании "Россия-2045: внешние контуры развития в новых геополитических реалиях" прямо утверждается большая вероятность политической экспансии Турции в Среднюю Азию, прежде всего в Казахстан. Если в экономическом плане казахстанский рынок уже сегодня подминает под себя Китай, вырывая у России пальму первенства в качестве основного торгово-экономического партнера Астаны, то в политическом смысле Анкара в перспективе ближайших 15–20 лет с высокой долей вероятности может стать главным полюсом притяжения казахстанских элит. К слову, в центральном парке турецкой столицы вот уже почти 15 лет стоит памятник первому президенту независимого Казахстана Нурсултану Назарбаеву, исполненный в весьма уважительной, если не сказать больше, форме - это скульптура человека, восседающего на троне. Для исламской традиции это более чем символично. Не так давно Эрдоган прямо сказал: "До сегодняшнего дня мы говорили "одна нация, два государства", вчера я заявил, что теперь мы стали одной нацией, пятью государствами. Дай бог, Туркменистан тоже примкнет к нам, и таким образом мы станем одной нацией, шестью государствами, усилим совместное сотрудничество в регионе".

Шесть государств, смело обозначенных "одной нацией" "султаном" Эрдоганом, помимо Турции это Азербайджан, Казахстан, Киргизия, Узбекистан и Туркменистан. Иными словами, Турция плюс пять бывших советских республик. Но если вспомнить аналогичные высказывания Эрдогана на Балканах в адрес Косово ("Косово - это Турция"), Албании и Боснии и Герцеговины, то получится уже 9 государств, 7 из которых обломки бывших социалистических держав. Политический ислам, проповедуемый Эрдоганом, особенно хорошо заходит в бывших советских республиках. А на Балканах можно даже по архитектуре новых мечетей определить, кто был их спонсором - Турция или Саудовская Аравия. Чем опасен такой вид ислама?

В отличие от классического наднационального ислама, такой ислам исходит из приоритета интересов одной нации над интересами других. В данном случае речь идет о тюркской нации, в которую Эрдоган включает гагаузов, бошняков, косоваров-албанцев, азербайджанцев, казахов, туркмен, узбеков, киргизов, а также татар, башкир, якутов, алтайцев, балкарцев, карачаевцев, тувинцев, хакасов, чувашей. С турками во главе. Такой вот опасный национально-политический тип ислама, несущий прямую угрозу суверенитету и территориальной целостности России, стран Средней Азии и Балканского полуострова.

Экономически данная стратегия уже начинает работать - на прошедшем форуме экспортеров Азербайджана был представлен новый бренд "Made in Turan", объединяющий производителей нескольких стран тюркского мира. Что характерно, никакого неприятия с азербайджанской стороны это не вызвало - наоборот, азербайджанский бизнес с радостью готов работать под новым зонтиком "Турана".

СМИ Турции в последнее время применительно к среднеазиатским народам используют такие термины, как "узбекские турки" и "кыргызские турки", что пока что вызывает определенное сопротивление на экспертно-политическом уровне данных стран. Однако при должном подходе и инвестициях в политические элиты это вопрос времени.

В 2021 году на базе Тюркского совета появилась новая Организация тюркских государств (ОТГ), включающая в себя вышеперечисленные республики Средней Азии, помимо Таджикистана, Азербайджан и Турцию. На правах наблюдателей в ОТГ входят также Венгрия, Туркменистан и не признанная никем, кроме Анкары, республика Северный Кипр. Геополитические амбиции Эрдогана, очевидно, призваны скрасить непростое экономическое положение страны с постоянно падающим курсом лиры, но при умелом подходе к реализации это позволит обеспечить Турции лидерские позиции в регионах Юго-Восточной Европы, Закавказья и Средней Азии на ближайшие десятилетия.

Особенно поражают воображение образовательные методики турок - например, для подготовки кадров в тюркоязычной молдавской автономии Гагаузии турецкое агентство по развитию присылает на обучение в Комратский государственный университет своих абитуриентов из провинции, которые после окончания вуза в Молдавии останутся там работать уже в интересах турецкого бизнеса. То есть политика сеятеля кадров вместо политики пылесоса.

Для России с нашим многонациональным укладом турецкий подход может быть вдвойне опасен - слишком быстро забылось, как активно турки работали в мусульманских регионах Поволжья и Северного Кавказа. Президент Эрдоган, еле сохранивший свой пост на последних выборах, гонится уже не столько за падающим рейтингом своей партии, сколько за местом в истории. А такие гонки редко хорошо заканчиваются, потому как в них цель всегда оправдывает любые средства.