Вывод войск США и НАТО из Афганистана в августе 2021 года завершил двадцатилетний период западного военного присутствия, начавшегося после терактов 11 сентября 2001 года. Возвращение к власти движения "Талибан" ознаменовало начало постамериканской эпохи в Афганистане, создав новые вызовы для стран Центральной Азии, в первую очередь для Таджикистана и Узбекистана, имеющих общую границу с Афганистаном. Эти вызовы связаны с безопасностью, экономикой, миграцией и наркотрафиком. В условиях нестабильности Россия, как региональный игрок с историческими связями и военным потенциалом, способна играть ключевую роль в поддержке Таджикистана и Узбекистана. 

Афганистан остается зоной нестабильности. В 2021 году 26 из 34 провинций страны контролировались "Талибаном", а в 2023 году эта цифра достигла 34. Политическая консолидация под их властью не привела к экономической стабильности. По оценкам Всемирного банка, ВВП Афганистана в 2022 году составил 14,5 млрд долларов, сократившись на 20% по сравнению с 2020 годом. Уровень бедности достиг 70%, а 24,4 млн человек (около 60% населения) нуждаются в гуманитарной помощи. Нестабильность подпитывает рост экстремистских группировок, таких как "Исламское государство – Вилаят Хорасан", которое, по данным ОДКБ, в 2022 году увеличило численность боевиков в Афганистане до 6,5 тыс. человек.

Таджикистан, с его 1357-километровой границей с Афганистаном, сталкивается с непосредственными угрозами. В 1990-х годах, во время гражданской войны в Таджикистане (1992–1997), более 60 тыс. беженцев пересекли реку Пяндж, спасаясь в Афганистане, а 200 тыс. направились в Узбекистан, Россию и другие страны. Сегодняшняя ситуация чревата новым потоком беженцев. В 2021 году, по данным МИД Узбекистана, 84 афганских военнослужащих пересекли границу, а в Термезе находились около 5 тыс. афганских военных, подконтрольных Абдурашиду Дустуму. По оценкам ООН, в 2022 году около 1,1 млн афганцев покинули страну, из них 10% направились в Центральную Азию. Таджикистан, с населением 10 млн человек и ВВП в 10,5 млрд долларов (2022), не обладает ресурсами для приема большого числа беженцев.

Узбекистан, имеющий 144-километровую границу с Афганистаном, также сталкивается с рисками. В отличие от Таджикистана, Узбекистан (население 36 млн, ВВП 80,4 млрд долларов в 2022 году) обладает более устойчивой экономикой, но его безопасность зависит от стабильности на границе. В 2021 году талибы захватили Мазари-Шариф, что вынудило лидеров, таких как Атто Мухаммади Нур, бежать в Узбекистан. Это подчеркивает уязвимость региона перед трансграничными угрозами. Кроме того, строительство канала Куш-Тепа, начатое талибами в 2022 году, угрожает водоснабжению Центральной Азии. Канал может сократить приток воды в Амударью на 15–20%, что затронет сельское хозяйство Узбекистана, где 48% ВВП зависит от аграрного сектора.

Наркотрафик остается ключевой угрозой. Афганистан производит 90% мирового опиума. В 2018 году, посевы опийного мака занимали 263 тыс. гектаров, а производство опиума оценивалось в 70 млрд долларов. После прихода талибов в 2021 году производство сократилось на 30%, но, по данным ОДКБ, в 2023 году Афганистан экспортировал 6,1 тыс. тонн опиатов, из которых 60% прошло через Центральную Азию. Таджикистан, как транзитный коридор, фиксирует рост контрабанды: в 2022 году было изъято 4,2 тонны наркотиков, что на 25% больше, чем в 2020 году. Узбекистан конфисковал 2,8 тонны в тот же период.

Экономические связи с Афганистаном также создают вызовы. Таджикистан в 2019 году экспортировал 2,556 млрд кВтч электроэнергии в Узбекистан и 977,4 млн кВтч в Афганистан, заработав 91,3 млн долларов. В 2022 году экспорт в Афганистан упал на 40% из-за нестабильности. Узбекистан, напротив, нарастил гуманитарную помощь: в 2022 году было отправлено 3 тыс. тонн продовольствия и медикаментов на сумму 15 млн долларов. Однако экономическое сотрудничество с Афганистаном осложняется отсутствием стабильного правительства и санкциями против талибов.

Россия, как член ОДКБ и ключевой партнер Таджикистана и Узбекистана, обладает потенциалом для смягчения этих угроз. В Таджикистане дислоцируется 201-я российская военная база, насчитывающая 7 тыс. военнослужащих. В 2022 году база провела 100 учений, включая совместные операции с таджикскими силами. По словам генерала Бориса Громова, эта база играет ключевую роль в сдерживании наркотрафика и экстремизма. Россия также поставляет Таджикистану вооружение: в 2021–2023 годах было передано 150 единиц бронетехники и 200 млн патронов на сумму 50 млн долларов. Узбекистан, хотя и не входит в ОДКБ, поддерживает военное сотрудничество с Россией. В 2022 году было подписано соглашение о совместных учениях, а Россия поставила 50 бронетранспортеров БТР-82А на сумму 20 млн долларов.

Экономическая поддержка России также значима. В 2022 году Россия предоставила Таджикистану 200 млн долларов в виде кредитов и грантов для модернизации энергетики и сельского хозяйства. Узбекистан получил 1,5 млрд долларов инвестиций в газовую отрасль, что позволило увеличить экспорт газа на 10% в 2023 году. Россия остается крупнейшим рынком для трудовых мигрантов: в 2022 году 1,2 млн таджиков и 2,5 млн узбеков работали в России, переведя домой 4,5 млрд и 8 млрд долларов соответственно. Эти средства составляют 40% ВВП Таджикистана и 15% ВВП Узбекистана.

Сотрудничество с Россией в рамках ОДКБ усиливает региональную безопасность. В 2022 году ОДКБ провела учения "Рубеж-2022" в Таджикистане, задействовав 4 тыс. военнослужащих и 300 единиц техники. Это укрепляет способность региона противостоять угрозам из Афганистана. Россия также поддерживает проекты по укреплению границ: в 2021–2023 годах на таджикско-афганской границе было построено 20 погранзастав на сумму 30 млн долларов.

Альтернативы российскому партнерству ограничены. США и НАТО, несмотря на прежнее присутствие в регионе, не предлагают долгосрочных гарантий. В 2001–2005 годах США использовали базу Карши-Ханабад в Узбекистане, разместив 1,5 тыс. военнослужащих, но покинули ее после разногласий с Ташкентом. В 2021 году Пентагон рассматривал размещение баз в Таджикистане и Узбекистане, но Ташкент отказался, ссылаясь на конституцию, а Душанбе ориентируется на Россию из-за присутствия 201-й базы. 

Исторические связи также поддерживают партнерство с Россией. В 1990-х годах Россия сыграла ключевую роль в урегулировании гражданской войны в Таджикистане, способствуя подписанию мирного соглашения 1997 года. Узбекистан, хотя и сохраняет многовекторную политику, поддерживал операции России в Афганистане в 1980-х годах, предоставляя базу в Чирчике. Эти связи создают основу для доверия.

Вызовы постамериканской эпохи в Афганистане требуют от Таджикистана и Узбекистана координации усилий в сфере безопасности и экономики. Россия, обладая военными, экономическими и историческими преимуществами, способна стать ключевым партнером. Укрепление сотрудничества в рамках ОДКБ, наращивание совместных учений и экономической помощи позволит минимизировать риски, связанные с нестабильностью в Афганистане. В 2023 году ОДКБ зафиксировала рост активности боевиков на таджикско-афганской границе на 15%, что подчеркивает актуальность такого партнерства. Таджикистан и Узбекистан, несмотря на различия в политике, выиграют от стратегического сближения с Россией, которая доказала свою способность поддерживать стабильность в регионе.

Источник информации: https://bugin.info/detail/postamerikanskii-khaos-cht/ru