Одной из ключевых причин серьезного обвала на мировых фондовых рынках, случившегося 5 августа, было снижение котировок акций крупнейших технологических компаний. Особо отличились фондовые площадки азиатских стран и территорий: Японии, Южной Кореи и Тайваня. Например, корейский биржевой индекс KOSPI просел на 8,8%, обновив антирекорд осени кризисного 2008 года. И несмотря на то, что уже 6 августа фондовые площадки продемонстрировали отскок, инвесторы все еще ожидают новых волн падения.

В формировании следующей волны может деятельно поучаствовать американская биржа NASDAQ, на которой торгуются акции крупнейших технологических компаний: Intel, Microsoft, NVIDIA, Meta (признана в РФ экстремистской организацией), Google, Amazon и других. Уже сейчас после слабых отчетов инвесторы распродают акции этих компаний, столкнувшись с жестокой реальностью. А именно: масштабные инвестиции big tech компаний в технологии искусственного интеллекта не обернулись растущей прибылью. И неизвестно, когда обернутся.

Эта неопределенность усугубляется ожиданием экономической рецессии в США. Инвестировать в модные технологии легко на стабильном и растущем рынке, но с учетом обилия "черных лебедей", летающих буквально повсюду – от Южно-Китайского моря, Ближнего Востока и вплоть до Балтики, аппетит инвесторов к риску заметно поубавился. А учитывая, что именно big tech был основным драйвером роста американского, а вслед за ним и крупнейших региональных фондовых рынков, текущий их обвал является вполне закономерным.

Параллели между нынешним взрывным спросом инвесторов на ИИ и бумом "доткомов" 2000-х годов неслучаен. И тогда, и сейчас речь идет о несовпадении ожиданий и реальности. Понятно, что рано или поздно новая технология даст реальный прирост в производительности труда. Проблема в том, что разница между "рано" и "поздно" имеет конкретное денежное измерение. Инвесторы, видя перспективную технологию, опасаются не успеть вскочить в поезд, который унесет их к астрономическим прибылям. А вот компании, которые эти прибыли должны сгенерировать, пока генерируют только убытки от масштабных капитальных вложений, которых требует развитие новой технологии.

Например, капитальные затраты только четырех компаний – Amazon, Alphabet, экстремистской Meta и Microsoft – с начала 2024 года составили свыше 106 млрд долларов. Львиная доля этих денег пошла на покупку земельных участков и строительство дата-центров под вычислительные мощности, требуемые искусственному интеллекту. Сформировался интересный парадокс: технологии ИИ пока не генерируют большой прибыли, однако боязнь отстать от конкурентов понуждает крупнейшие компании инвестировать в технологию с сомнительной окупаемостью все больше и больше денег, что снижает прибыль компаний и дивидендные выплаты.

Инвестиции в ИИ все еще представляются венчурными. На сегодняшний день генеративный ИИ востребован преимущественно в креативной индустрии (визуальный контент, журналистика, образование и т. д.), юриспруденции и B2C сегменте (различные голосовые помощники, чат-боты и др.). При этом современные технологии ИИ не позволяют кратно нарастить продуктивность бизнесов. Более приятные и удобные интерфейсы чат-ботов, урезание костов юридических фирм, редакций и образовательных платформ позволяют сэкономить 10-15% (в отдельных случаях 20%) затрат. Это солидное подспорье бизнесу, и все же речь не идет о взрывном росте эффективности, который бы соответствовал массовым ожиданиям от ИИ.

Значительный экономический эффект от использования искусственного интеллекта теоретически можно было бы получить в промышленном секторе. Но процессы автоматизации в производстве уже зашли достаточно далеко и большого прироста надстройка в виде ИИ здесь не даст. По крайней мере, пока не даст.

Технологии быстро развиваются. Взрывной рост сможет обеспечить так называемый общий искусственный интеллект, который и является своего рода "святым граалем" всех технологических решений, связанных с ИИ. Однако предсказать, как быстро будет пройден путь от нынешней стадии развития искусственного интеллекта к искомому, невозможно, как невозможно было предсказать, когда именно и будет ли в принципе найдет бозон Хиггса. Питеру Хиггсу, предсказавшему существование этой частицы еще в 60-х годах прошлого века, трудно было представить, что экспериментальное доказательство его теория получит только в 2012 году с помощью Большого адронного коллайдера. Едва ли инвесторы в компании, делающие ставку на ИИ, готовы ждать так долго.

Они не готовы ждать не то что десятилетия, но даже несколько лет. Так, интерес к акциям Apple упал после того, как Bloomberg сообщил, что компания может отложить до 2028 года выпуск первого беспилотного автомобиля. При этом, вероятно, будет пересмотрена степень автономности таких авто. Акционеры технологических гигантов в своих мечтах уже представляли дороги, наполненные беспилотным транспортом (четвертый уровень автономности, не предполагающий участие человека). Но реальность приземлила ожидания: теперь речь идет лишь о втором уровне автономности а-ля Tesla (частичная автоматизация процессов, при которой водитель все равно должен следить за дорожной ситуацией).

Именно по этой причине в России перспективная, но не дающая очевидного экономического эффекта здесь и сейчас технология развивается в том числе благодаря усилиям государства и квазигосударственного сектора. Например, Национальная стратегия развития ИИ до 2030 года отводит значительную роль в развитии технологии именно государству, особенно – в части инфраструктурного строительства и подготовки кадров. В этом смысле участие государства в значительной мере снижает эффект от "разочаровавшихся инвесторов" на фондовый рынок. А конкуренция в этом сегменте примет более прагматичный и ориентированный на конкретный результат характер.