Великобритания приближается к, пожалуй, самым важным парламентским выборам за последние десятилетия. С конца мая в стране идет напряженная и драматичная избирательная кампания. 4 июля откроются избирательные участки, и люди хлынут на них голосовать за новое правительство. Делать это будут в окружении густой пелены безнадеги, которая застелила Британские острова.

Британцам есть из-за чего волноваться. Их страна с головой нырнула в страшный системный кризис. Стоимость жизни стала невероятно высокой. Экономика стагнирует либо падает. Национальная система здравоохранения разваливается, заводы закрываются, флот стареет, ракеты падают, у армии жуткий дефицит солдат и техники. Чтобы развернуть негативные тренды, нужны массивные денежные вливания, но денег нет. А ведь Лондон еще и взвалил на себя амбициозную и дорогостоящую цель - добиться углеродной нейтральности за 25 лет.

Примерно с таким набором вызовов предстоит столкнуться следующему премьер-министру.

Чтобы провести страну через столь сложный период, понадобится сильный и волевой человек. И вот здесь самая большая загвоздка - в столь критический момент его просто нет.

Консервативная партия, правившая последние 14 лет, находится в крайне непростом положении. В свое время партия споткнулась о Brexit, ударилась о Бориса Джонсона и была благополучно добита "сырной королевой" Лиз Трасс. В пришедшем им на смену технократе Риши Сунаке видели эффективного антикризисного менеджера. Он несколько улучшил показатели экономики, но в политическом смысле оказался "серой мышью", напрочь лишенной обаяния. Он не сумел завоевать сердца британцев и не стал авторитетным лидером для собственной партии.

Из-за огромного списка политических провалов и внутреннего брожения Консервативная партия с вероятностью 99,9% потерпит историческое поражение 4 июля. Судя по некоторым соцопросам, она может не только потерять правительство, но даже не дотянуть до статуса официальной оппозиции Его величества.

Чего говорить, даже у самих консерваторов нет иллюзий насчет их шансов. Некоторые пустились во все тяжкие и решили подзаработать на ставках, пользуясь инсайдерской информацией. Риши Сунак не ведет осмысленную кампанию, занимаясь предвыборным популизмом. По слухам и он уже присмотрел себе запасной аэродром в некоем калифорнийском стартапе. Самые злые языки поговаривают, что премьер назначил выборы на 4 июля только для того, чтобы порвать с Британией до осени и успеть пристроить дочек в новую школу.

Невнятную кампанию ведет и Лейбористская партия, которая скорее всего получит абсолютное большинство.

Лейбористы критикуют консерваторов за хаотичное правление, но при этом не отвечают на вопрос, как они будут разгребать созданные ими авгиевы конюшни, опасаясь ненароком отпугнуть избирателей. Про лидера партии и потенциального преемника Сунака Кира Стармера британцы знают только то, что про его взгляды никто ничего не знает. Политик пересматривает их настолько часто и настолько не любит объяснять перемены своего мнения, что его справедливо называют "политическим хамелеоном".

По этой причине британские обозреватели замечают, что 40-процентный рейтинг Лейбористской партии - это не заслуга самих лейбористов, а недоработка их консервативных противников, которые дискредитировали себя настолько, что британцев тошнит от одного их упоминания. Симптоматично, что во время последних дебатов Сунака и Стармера овации сорвал не кто-то из них, а 73-летний зритель из зала по имени Роберт Блэксток, который спросил: "Вы двое - действительно лучшие, кто у нас есть для того, чтобы стать следующим премьер-министром?"

На фоне пробуксовок двух основных партий британцы стали обращаться к альтернативным проектам, вроде либеральных демократов и правопопулистской партии Reform UK. Реформисты вообще всколыхнули гонку: после неожиданного возвращения в политику их лидера и "отца Brexit" Найджела Фараджа поддержка партии показала взрывной рост. В некоторых соцопросах они даже обошли консерваторов.

Реформисты не думают сдавать позиции, несмотря на попытки оппонентов представить Фараджа расистом и задавить его критикой за ремарки по поводу украинского конфликта (политик считает, что в нем виновен Запад). Однако из-за особенностей британской избирательной системы, где парламентариев избирают по мажоритарным округам, второе место в рейтингах вряд ли конвертируется во влиятельную парламентскую фракцию. Максимум, что светит реформистам, - это пара-тройка мест. В остальном они лишь оттягивают правый электорат у консерваторов и укрепляют позиции лейбористов. Что, впрочем, не сильно влияет на общий расклад.