Конец - делу венец. Вот и случилось то, что должно было случиться. Череда предшествующих встреч лидеров центральноазиатских государств в Нур-Султане (2018), в Ташкенте (2019) и в Ашхабаде (2021) как бы готовила этот, несомненно, исторический саммит на кыргызской земле. Здесь на берегу высокогорного озера Иссык-Куль подписанием Договора о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве была заложена основа для создания нового регионального объединения государств. Предусматривается также усиление сотрудничества сторон в военной, торгово-экономической, логистической, культурно-гуманитарной сферах, а также в области гражданской обороны, энергетики и туризма.

Символично, что это историческое событие произошло именно в Кыргызстане - демократической стране, не претендующей на роль гегемона в регионе. Только в такой стране перед общей угрозой могли договориться между собой соседи, имеющие непростые отношения. 

Суть проблемы заключается в том, что на страны региона оказывают давление две основополагающие тенденции в современном мире - с одной стороны, глобализация, как объективный процесс универсализации на базе современных технологий всей экономической и социальной жизни на земле, основанной на демократии и правах человека. Поэтому в долговременной перспективе альтернативы глобализации нет. Причем она, и это доказано временем, безусловно, приводит к повышению эффективности, как всей мировой экономики, так и экономик отдельных стран, вовлеченных в процессы глобализации. 

Хотя надо понимать, что как и всякое кардинальное изменение условий существования человека, как, например, первая промышленная революция в XVIII веке, она вызывает на начальном этапе преобразований определенные сложности в жизни людей. Тогда были и настоящие трагедии, из истории мы знаем, как «овцы съели людей» в Англии, а также почитайте произведения Ч. Диккенса об ужасах того времени. Но в итоге промышленная революция принесла человечеству только блага, которыми оно пользуется до сих пор. И глобализация имеет неприятные стороны, которые вызывают отторжение различных групп населения. Самое главное, она требует последовательной политической трансформации всех государств в направлении общепринятых принципов построения государства через его безусловную выборность и подотчетность народу, а также периодическую сменяемость власти. С другой стороны, глобализационные процессы подталкивают государства к совместному решению возникающих при этом проблем, что зачастую принимает форму их региональной интеграции. Здесь можно упомянуть Европейский Союз, тот же АСЕАН, Североамериканскую зону свободной торговли (НАФТА), показавших свою высокую эффективность.

Вторая тенденция - это сопротивление этим процессам со стороны отдельных государств, культивирующих прямо противоположные ценности - игнорирование демократических принципов и установление авторитарной власти в обществе. Авторитарные правители в таких обществах очень успешно эксплуатируют страх своего населения перед трудными решениями глобализационного развития, предлагая ему простые рецепты жизни, например, по религиозным догматам, или создавая искусственные конструкции какого-то особого мира, присущего только народу данного государства. Они прямо выступают против глобализационных процессов в мире, продолжая мыслить устаревшими категориями международных отношений из XIX века, и, соответственно, предлагая поделить мир на сферы влияния. И, наряду с этим, цинично используют плоды глобализации в виде технологических новшеств, которые стали возможными именно в результате свободы и демократии в остальной части мира, для укрепления своей авторитарной власти. Мало того, в этих целях они не останавливаются даже перед развязыванием войн. 

Вот это новое геополитическое противостояние после «холодной войны» становится источником всех бед в современном мире, в том числе, и в центральноазиатском регионе, о чем много говорилось на чолпон-атинском саммите. Одним из вариантов совместного противостояния новым вызовам и угрозам безопасности в Центральной Азии в нашей статье предлагалась идея регионального объединения, наподобие Ассоциации государств юго-восточной Азии (АСЕАН). И вот, можно сказать, свершилось - подписанием Договора положено начало такой интеграции.

Конечно, этот шаг президентов государств региона может понравиться далеко не всем заинтересованным геополитическим игрокам в центральноазиатских делах. Весь фокус в том, что это интеграционное объединение возникает параллельно с ЕАЭС, где первую скрипку играет Россия. В связи с этим возникает вопрос, не этим ли объясняется неожиданный визит, который заранее не анонсировался, президента России Путина в Таджикистан и Туркмению незадолго до саммита в Чолпон-Ате? Может это совпадение, но именно эти две страны не подписали пока этот договор, сославшись на необходимость внутригосударственных процедур. Тогда что, три другие страны, получается, не прислушались к северному соседу? При этом следует учесть, что обстановка в мире, и военная, и политическая, кардинально изменилась после начала «спецоперации» России в Украине. Осуждаемая за это огромным числом государств, обложенная со всех сторон санкциями она, по всей видимости, уже не в состоянии повлиять в своих интересах даже на ближайших союзников. Тем более, это усугубляется еще и тем, что Казахстан, имеющий около 8 тыс. км общей границы с Россией и значительную русскоязычную диаспору в северных областях проецирует на себя события в Украине. Отношения между двумя соседними государствами в настоящее время трудно назвать безоблачными.

Процесс зарождения нового регионального интеграционного объединения в Центральной Азии, несомненно, привлечет также внимание Запада во главе с США, а также Китая. Западные демократии хотели бы, чтобы объединенный регион стал самостоятельным субъектом в мировых делах, а не оставался полностью зависимым от двух других мировых игроков - России и Китая, являющихся к тому же ближайшими соседями государств Центральной Азии. Тем более, в современных условиях конфронтации с Россией для Запада существенное значение приобретают местные ресурсы углеводородного сырья. Для Поднебесной регион очень важен в русле реализации концепции «Один пояс - один путь» в целях обеспечения стабильной обстановки вокруг сухопутного коридора доставки китайских товаров на Ближний Восток и далее в Европу. Естественно, чем договариваться с каждой из центральноазиатских стран в отдельности, для Китая лучше иметь дело с их интеграционным объединением и с одним их общим мнением по той или иной проблеме. 

Если все пойдет как надо и процесс интеграции в регионе наберет обороты, завершившись институциональным оформлением объединения, то не исключено, что сюда с визитами могут прибыть и президент США Дж. Байден и председатель КНР Си Цзинпинь. Первый визит главы американского государства в Центральную Азию за все время после распада Советского Союза мог бы сыграть такую же историческую роль в судьбе региона, как и визит президента США Р. Никсона в КНР в феврале 1972 года и его встреча с китайским вождем Мао Цзе Дуном. После этого и начались в Китае кардинальные реформы, руководимые Дэн Сяо Пином, за короткий исторический период приведшие эту страну на вершину экономического могущества.

Может и центральноазиатская организация сотрудничества также станет в перспективе высокоразвитым регионом с мощной экономикой и высоким уровнем жизни местного населения. Ведь смогли же государства Юго-Восточной Азии превратиться в регион процветания в рамках АСЕАН, а почему мы в Центральной Азии не сможем повторить этот успех?

Алымбек Биялинов