Конституционный суд рекомендовал Верховному суду разграничить предпринимателей, совершивших экономические преступления, от участников преступных групп, сообщает Zakon.kz.

Суть дела

Казахстанец обратился в Конституционный суд с просьбой рассмотреть на соответствие части 3 статьи 245 Уголовного кодекса в части слов "преступной группой", статьи 262 УК, пунктов 11 и 13 нормативного постановления Верховного суда РК "О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за бандитизм и другие уголовные правонарушения, совершенные в соучастии".

Мужчина признан виновным в совершении преступлений, квалифицированных на основании вышеуказанных норм. По его мнению, данные нормы сформулированы неопределенно, допускают расширительное толкование и приводят к фактическому приравниванию предпринимательской деятельности к участию в организованных преступных группах, даже в случаях, когда отсутствуют преступный умысел, мотивы и цели, характерные для организованной преступности.

Что решил Конституционный суд

Конституционный суд признал оспариваемые нормы конституционными. Однако рекомендовал правительству рассмотреть вопрос о совершенствовании уголовного законодательства.

Верховному суду рекомендуется обобщить судебную практику с целью определения четких критериев разграничения деятельности руководителей и работников коммерческих организаций, осуществляющих законный вид деятельности, и противоправной деятельности преступных групп с учетом субъективных и объективных признаков состава преступления.

Также указывается, что положения уголовного закона и данные на его основе разъяснения должны исключать вероятность ошибочного отождествления структуры коммерческой организации, осуществляющей законный вид деятельности, с преступной группой, а также обеспечивать дифференцированные подходы к оценке структуры преступной группы.

Необходимо соблюдение следующих критериев для признания деяния совершенным преступной группой:

- наличие устойчивой согласованности действий участников, направленных исключительно на совершение преступлений;
- создание группы с изначальной преступной целью, а не трансформация законно созданной структуры в противоправную;
- осознанное участие в координированной преступной деятельности с распределением ролей и централизованным управлением;
- отсутствие хозяйственной цели как основной и замещение ее незаконной выгодой, извлекаемой с нарушением уголовного закона.

Кроме того, Конституционный суд обратил внимание, что предпринимательская деятельность по своей природе сопряжена с экономическими рисками и возможными с ними нарушениями законодательства, что не всегда свидетельствует о наличии преступного умысла.

"Уголовное преследование за действия в составе преступной группы может быть оправдано только при наличии доказательств использования коммерческой структуры в качестве инструмента преступной деятельности, а не при допущении ошибок или нарушении налоговых норм", – говорится в документе.

В этой связи Конституционный суд подчеркнул необходимость соблюдения принципа презумпции законности предпринимательской деятельности.

При отсутствии однозначных и проверяемых доказательств преступного умысла на создание преступной группы, руководство ею или участие в ней правоприменитель обязан исходить из презумпции невиновности и добросовестности руководителей и работников хозяйствующего субъекта.

Указывается, что только при наличии доказанного умысла на координированную преступную деятельность, распределения ролей между участниками и признаков использования коммерческой структуры исключительно для реализации преступного плана ее руководители и работники могут быть привлечены к уголовной ответственности по статье 262 УК.

Конституционный суд считает, что дальнейшее совершенствование уголовного законодательства и судебной практики должно учитывать изложенные правовые позиции, включая необходимость детального нормативного разграничения легальной и преступной коллективной деятельности, особенно в сфере предпринимательства.