Нет судьбы, кроме той, что мы творим сами
Терминатор

Символично, описывая современное бытие мира и республики, использовать выражение из фильма-фантастики, где описывается некогда далекий 2029 год. В нашем времени 2029 – это уже через девять лет, когда искусственный интеллект не будет пониматься как нечто заоблачное, напротив, очень многие вещи в мире будет творить именно этот искусственный интеллект. И вообще совсем неслучайно в последнее время неотступно ощущение, что перед глазами разворачивается фильм по искусственно созданному сценарию. Это ощущение очень живо и столь же неслучайно перекликается с «Матрицей», а новая пандемия только подчеркивает важность философских вопросов, существующих издревле, а в настоящем обретших апокалиптический смысл.

Так что нам делать? На что мы можем надеяться? Свободны ли мы в наших желаниях, стремлениях и деяниях? Причем эти вопросы одинаково актуальны, как во всем мире, так и отдельно в Кыргызстане. Но в отношении республики эти вопросы обрастают своеобразной спецификой, навеянной все тем же менталитетом, до боли родными проблемами на почти ровном месте. И даже если чипированность – это проблема сосуществования человека и человечества в пределах техногенного мира, столь близка и далека одновременно, она не в состоянии изменить все те философские вопросы о смысле жизни, которые наполняют нашу жизнь определенностью. И тем более не снимает вопроса о возможном улучшении качества жизни.

Наиболее часто встречающийся тезис о жизни после пандемии звучит, как «жизнь в изменившемся мире». При этом простого определения изменившемуся миру нет, как нет и рецептов жизни в нем. Вместе с тем радует тот факт, что в республике предлагается немало предложений стратегического и тактического характера по выходу из существующего кризиса. И также понятно, что акцент делается на экономической составляющей, жить и есть хочется всем (а еще Маркса критикуют), и это базовая необходимость абсолютна для всех. Однако не надо забывать о том, что ошибки имеют обыкновение повторяться, несмотря на всю их очевидность. Почти тридцать лет назад, обретая независимость, мы также думали в основном как прокормить народ, остальное отошло назад, а до много из этого время так и не дошло.

Сегодня – схожая ситуация, когда востребованы программы экономического выхода из навалившегося кризиса, но финансово-экономические проблемы – это насущные, сиюминутные проблемы, которые ни в коем случае не решат будущее республики, и тем более не обеспечат путь, если и не к безоблачному, то стабильному будущему. Это не означает, что они не нужны, это лишь предполагает, что необходимо разводить краткосрочные, среднесрочные и дальнесрочные перспективы развития. И еще это означает, что имеет смысл ставить целью не только более-менее экономическую стабилизацию государства, но и определять системные изменения параллельно идущих отраслей.

И в этой связи хотелось бы сделать акцент на факторе, играющем главенствующую роль во всех изменениях всех отраслей – человеческом капитале. Неслучайно основным капиталом информационной цивилизации философы, политологи и футурологи называли интеллект, поскольку все техногенные достижения – это результат интеллектуальной деятельности, когда именно интеллект создает ноу хау, способные изменить мир. Это означает, что этот нетленный, подвижный капитал должен быть не просто в цене, именно он должен провоцировать все системные изменения в экономике, политике, культуре Кыргызстана. Только в этом случае у нас могут быть какие-то перспективы в разрезе завтрашнего дня. Не умаляя достоинств существующего слоя управленцев, представителей политической элиты, хотелось бы отметить, что в новейшем периоде развития Кыргызстана нынешние управленцы отличаются невысоким уровнем интеллектуального потенциала, о чем можно судить по состоянию, как экономики, так и других сфер республики. Можно приводить практически бесчисленные примеры, констатирующие конкретные факты катастрофической деятельности, но цель статьи не в этом.

И вместе с тем хотелось бы отреагировать на те предложения, которые напрямую увязывают прогресс в развитии республики с безусловным приоритетом управленцев, получивших образование в Европе, США или Японии. Да, образование очень важно, но ни в коем случае нельзя ставить знак равенства между тем, где человек получил образование, и тем, что и как он внедряет в своей деятельности. Надо различать информированность и настоящие знание вкупе с умением их применять в конкретной, кыргызстанской, реальности. Здесь играет роль все – харизма, знания, способность стратегического видения ситуации, умение предвосхищать те или иные последствия, и кстати, не последнее место занимает чувствование ментальности – понимание, что возможно и необходимо для осуществления именно в нашей республике. Просто копирование методов ли управления, способов ли оживления той или иной отрасли, не приведет к позитивным результатам. Необходим микс знаний с определением вариантов развития именно в Кыргызстане.

Особый акцент хотелось бы сделать на той отрасли, от которой напрямую зависит и близкое, и далекое будущее – сфере образования и науки. Именно эта сфера оказалась не в приоритете на момент провозглашения независимости, и по-прежнему именно она остается наиболее уязвимой по истечении тридцати лет развития. Почему? Потому что уровень образования за эти десятилетия не только не стал выше, он опустился на катастрофически низкий уровень, не говоря о возникновении слоя необразованных вообще. Отчего можно говорить утвердительно? О качестве школьного образования можно судить по уровню первокурсников, для многих из которых ясно и четко сформулировать мысль - это явление практически архисложное. Некогда мы говорили о стопроцентной грамотности населения, сегодня, в век наукоемких технологий, грамотность является почти что находкой. Насколько оправдала себя болонская система можно будет говорить по истечении нескольких лет, но на сегодняшний день сказать, что она вмиг оздоровила систему образования, пока не получается.

Отдельно имеет смысл выделить решение Министерства образования, которое в ближайшем будущем может не просто навредить, а создать практически непреодолимую ситуацию с мозгами молодого поколения, с их пониманием происходящих в мире процессов, с их неспособностью не только предвосхищать, а адекватно реагировать на те или иные явления мировой реальности. И вот тогда уже ничего нельзя будет сделать – мы (наше молодое поколение, на которое сегодня пока еще есть надежда) не просто превратимся в манкуртов, мы и не заметим, как превратимся в подручный материал.

Что это за решение?! Выброс философии из базового компонента высшего образования и замена на географию. Что это значит? Это означает, что мировоззренческая составляющая будет отсутствовать вообще – голова наших студентов будет забита информацией различного профиля (языками, естественнонаучными или коммуникационными схемами), но осмыслить их они не смогут. Это означает, что они будут простыми носителями информации без умения ею оперировать в нужных ситуациях, чем не роботы?! Знания, не сопряженные с умением мыслить, анализировать, элементарно обдумывать жизненные или общественные проблемы, не говоря о возможности предлагать решения, это просто банк данных, который можно использовать в любых целях. В контексте республики - это созидание слоя людей, готовых к любым манипуляциям. Тогда и чипирования не нужно будет, готовые биороботы, не заморачивающиеся над важностью и необходимостью мыслить. Тогда и вопросы о смысле жизни не понадобятся, манкуртам будет все равно, что нас ждет впереди.

Такие решения стратегически значимого министерства – это все равно что подложить бомбу в основание будущего нашего государства. Философия – это не просто мудрость, которую нужно уметь понимать; философия – это возможность нахождения ответов на вопросы, поставленные изначально – «что нам делать?» и «на что нам надеяться?». И даже в современном техногенном мире с его фантастическими сюжетами место философии остается в силе, о чем говорят предвосхищающие развитие мира фильмы и книги, идеи и концепции. Напротив, именно в этом технологически детерминированном мире именно за философией остается возможность нахождения путей развития. С таким решением стратегической отрасли задумываться о будущем – просто грех.

Так что нам делать? Как жить в изменившемся мире? Какие ценности закладывать в основу идеологии государства? Как сопрягать ментальность с экономикой, политикой и культурой? Разве можно ответить на эти вопросы без философии?! Этот вопрос уместнее будет задать нашим управленцам от образования и науки, может быть они предложат новый способ решения проблем.

Жылдыз Урманбетова, доктор философских наук, профессор