Как в современном Кыргызстане относятся к двум первым президентам страны – Аскару Акаеву и Курманбеку Бакиеву? Ностальгируют ли по их эпохе? Кого из президентов считают самым коррумпированным? Одобряют ли массовые выступления, которые привели к революциям 2005 и 2010 годов? Или наоборот, для кыргызстанцев протестующие столь же неприятны, столь и свергнутые ими президенты?

Разобраться в исторической памяти и политических ценностях кыргызстанцев решил американский политолог Чарльз Салливэн (Charles Sullivan), ныне работающий в Университете Назарбаев. При этом как политолога его интересовал выход на конкретную причинно-следственную связь – делает ли жесткий силовой разгон протестующих менее популярным национального лидера (притом что к самим протестам население относится без особой симпатии)? Если эта гипотеза верна, то Бакиева в Кыргызстане должны не любить сильнее, чем Акаева (первый президент так и не издал приказа о разгоне протестующих).
Но для проверки своей гипотезы Салливэн поднял очень широкий срез политических представлений кыргызстанцев – этим и интересно его исследование "Misruling the Masses: The Consequences of Cracking Down n Kyrgyzstan", опубликованное в научном журнале Nationalities Papers.

Источником данных для ученого стал телефонный опрос. В июне-июле 2016 года при поддержке казахстанской социологической компании «БРИФ» он провел серию интервью в Таласской, Чуйской, Иссык-Кульской, Нарынской, Баткенской, Джалал-Абадской и Ошской областях, а также в двух городах республиканского значения (Оше и Бишкеке). Опросили тысячу человек по возрасту от 30 до 89 лет, 91% респондентов назвали себя киргизами. С респондентами связывались по мобильным телефонам и предлагали проводить интервью на русском и киргизском языках (последний выбрали всего 10% опрошенных).

Две революции
По мнению западных политологов, как режим Акаева (1990-2005), так и режим Бакиева (2005-2010) проще всего обозначить как мягкий авторитаризм: власти пытаются манипулировать госаппаратом в своих личных интересах и не могут исключить вероятность массовых беспорядков, которыми всегда готовы воспользоваться противостоящие режиму силы. Крах власти Акаева, уверен канадский исследователь Эдвард Шатц, связан со слабыми управленческими навыками президента, с сокращением пула его сторонников, ограниченным доступом к ресурсам и неспособностью приструнить как СМИ, так и оппозицию.
Президент не смог адекватно выделять экономические «плюшки» элитам, особенно после открытия американской авиабазы, и после выборов в парламент в феврале 2005 года недовольные проигрышем кандидаты мобилизовали своих сторонников, заключили тактический союз и двинулись против Акаева. Президент в итоге оказался не готов применить силу и сбежал из страны.

Падение режима Бакиева было вызвано более сложной комбинацией факторов. Главную роль сыграло, видимо, плохое управление экономикой и растущая коррупция. Россия, вероятно, тоже «помогла»: когда Бакиев не исполнил обещание закрыть американскую авиабазу в аэропорту Манас (в обмен на щедрую финансовую помощь), Кыргызстану перестали поставлять топливо на сниженным ценам, взлетели цены на электричество, и начались протесты. После свержения Бакиева мир не наступил – наоборот, политическую систему трясло. Уже в мае 2010 года сторонники президента устроили на юге новый переворот (неудачный), а в июне начались кровавые погромы в Оше.

Ностальгии не много
Итак, что же простые кыргызстанцы сейчас думают про Акаева и Бакиева? Больше половины опрошенных (53%) уверены, что в нынешних проблемах страны виноваты оба президента. Только Акаева винят 4,5%, только Бакиева – 10,45%, считают важными других лиц и факторы – 15% (у 16,6% нет мнения по этому вопросу). Кыргызстанцы в целом плохо оценивают свою власть: почти большинство опрошенных считают все прошлые режимы (Акаев, Бакиев, Отунбаева, Атамбаев) коррумпированными. Но чемпионом по негативу выступает Бакиев (22%) – остальные президенты не набрали и 10% недовольства.
В Кыргызстане не испытывают особой ностальгии по 1990-2000-м: 58% опрошенных не хотели бы вернуться во времена Акаева и еще больше (73%) – в эпоху Бакиева. При этом существует и четко оформленное меньшинство ностальгирующих по Акаеву (23%) и Бакиеву (12%).

Тем не менее, несмотря на в целом негативное отношение к обоим президентам, к революционным протестам кыргызстанцы относятся далеко неоднозначно. 26% процентов опрошенных сочло акции 2005 и 2010 года незаконными, 34% – законными, а 21% заявили, что не имеют мнения по этому вопросу. Также раскололись мнения по вопросу об иностранных спонсорах протестов – примерно одинаковое число респондентов (по 26%) верят в то, что выступления против Акаева и Бакиева срежиссированы из-за рубежа, и столько же — отказываются в это верить. 27,3% опрошенных вообще не имеют мнения по этому вопросу.

Имели ли президенты право применять силу для разгона протестов? Люди думают, что, скорее всего, Акаев вообще не применял силу, а вот Бакиев действовал слишком жестоко (43% опрошенных). Несколько меньше жителей страны уверены, что оба лидера применяли излишнее насилие (24,5%). Почти никто не считает, что Бакиев был вправе действовать жестко (7,3%), Акаеву же дают такое право 17,5%, отказывают обоим президентам в этом 35,9%.

Южане – не за Бакиева
Хорошо известно, что фундаментом политических конфликтов в Кыргызстане выступает разделение страны на север и юг – два макрорегиона с различной этнической, экономической, социальной структурой. Политологи полагают, что юг в целом более организован и больше верит в политические институты, тогда как север скептичен и не верит в возможность влиять на власть.
Возможно, на юге склонны разделять протесты против Акаева и считать Бакиева «своим президентом»?

Автор исследования разбил опрошенных на две группы по региональному признаку. Оказалось, что на юге очень многие или не одобряют любые массовые выступления, или равнодушны к этому вопросу: 59% в Ошской области, 54% – в Оше, 48% – в Баткенской области, 57% – в Джалал-Абадской области. Разрыв между югом и севером оказался не так важен, как общее отношение к протестам: опрошенные разделились на две основные группы – за (343 человека) и против (258 человек). Более того, на юге даже больше, чем на севере, уверены, что Бакиев был излишне жесток в подавлении беспорядков. То есть южане в ходе опроса не показали себя верными сторонниками своего земляка.

Вообще, Бакиева в современном Кыргызстане не любят больше, чем Акаева, – по мнению Салливэна, это вызвано не столько коррумпированностью этого президента и низким качеством госуправления в годы его власти, сколько насилием против демонстрантов в апреле 2010 года. Ученый указывает на парадоксальный факт: если исключить 20% опрошенных, лично принимавших участие в антиакаевских и антибакиевских протестах, то поддерживают эти движения всего 32% кыргызстанцев. То есть социальная база обеих революций была невелика.

Однако власть, пытавшуюся остановить протесты, поддерживают еще меньше людей (всего 14%). Даже если народные выступления не пользуются популярностью, переход власти к насильственным действиям резко бьет по ее авторитету, заключает политолог. Заметно больше опрошенных (42%) даже из не участвовавших в протестах осуждают Бакиева – но не Акаева. Более того, за первым президентом Кыргызстана право применять силу признают в три раза больше опрошенных, чем за вторым. То есть в памяти людей, по видимому, именно Бакиев остался в качестве жестокого лидера.

Разгонять или не разгонять?
Ученые-политологи, упомянутые в статье, убеждены: авторитарные лидеры, пытающиеся применить силовые меры против массовых протестов, наносят немалый урон своей репутации. Даже если протестующие представляют крошечное меньшинство, разгон для нации в целом видится жестом отчаяния и ударом по претензиям лидера на власть. Полученные в ходе опроса результаты Салливэн трактует именно как доказательство «кровавого пятна» на репутации Бакиева, пытавшегося подавить беспорядки, – в отличие от Акаева.

Политолог не мог не дать свой совет политическим лидерам – при столкновении с мобилизованными на политический протест массами им не стоит переходить сразу же на язык силы, а удовлетворять чаяния народа путем мирного диалога и переговоров.
Эффект силового подавления в этих случаях сработал только на укрепление режима – возможно, урок может заключаться в том, что силовое решение помогает только уже сильному лидеру, не допускающему половинчатых мер.

Результаты опроса Салливэна больше всего говорят скорее о политическом негативизме кыргызстанцев – им не нравятся ни власти (все президенты), ни протесты, направленные против этих властей.

Источник - Фергана