Начавшийся в июне текущего года вывод из Афганистана войск международной коалиции во главе с США порождает новые вызовы не только для Афганистана, но и всего его окружения, включая государства Центральной Азии.

Спустя 20 лет цели международной антитеррористической операции под эгидой США не были достигнуты полностью, а сам вывод воинских контингентов американцев и их союзников из Афганистана проходит на фоне нарастающей военно-политической активности движения «Талибан». Так, согласно открытым источникам, на сегодня талибам удалось установить контроль над 157 из 407 районов Афганистана, в том числе над более чем 70% границы Афганистана с Таджикистаном.

Последнее обстоятельство особенно актуально для стран Центральной Азии, включая Кыргызстан.
Можно сказать, что в некотором отношении регион как бы возвращается в состояние 1990-х годов до начала антитеррористической операции США: на фоне непрекращающейся гражданской войны в Афганистане страна снова превращается в пристанище для международных экстремистских структур.
На первый взгляд может показаться, что Афганистан находится очень далеко от Кыргызстана, а потому происходящие там события и процессы никак или слабо влияют на нашу страну и общество. Так уж сложилось, что главный фокус современного кыргызского общества устремлен в северном (Россия, Казахстан), восточном (Китай) и западном направлениях (США, Европа). В то же время южный вектор в лице Афганистана и прочих стран Южной Азии незаслуженно обделен вниманием, хотя большая часть угроз исходит именно отсюда.
Реальная же картина с «афганским фактором» национальной безопасности Кыргызстана вырисовывается в следующем виде.

Во-первых, в плане расстояния, если брать по прямой линии, от Кыргызстана до Афганистана всего порядка 180 километров. Это чуть больше, чем от Бишкека до Балыкчы, два часа пути на автомобиле или неделя пути пешком. Проще говоря, наша страна находится в пределах досягаемости для террористов и экстремистов, базирующихся в Афганистане.
Во-вторых, в географическом отношении та часть территории Таджикистана, которая отделяет нашу страну от Афганистана, представляет собой высокогорье.
Общеизвестно, что талибы и прочие экстремистские группировки, действующие на территории горного Афганистана, хорошо приспособлены к ведению войны в горных условиях. Поэтому геостратегическое значение гор, которые исторически выступали важным защитным фактором в жизни кыргызского народа, в случае с «афганской угрозой» будет минимальным.

В-третьих, специфическое политическое состояние того территориального буфера (Горный Бадахшан), который отделяет Кыргызстан от Афганистана. Данная часть Таджикистана отличается своим этнолингвистическим, этнорелигиозным отличием от центральных таджикский районов, а также присущей местному населению склонностью к политической самостоятельности от Душанбе.

Как известно, таджикская сторона традиционно позиционирует себя как передовую линию оборону всего пространства СНГ и ОДКБ. Однако, слабая подконтрольность восточных земель центральному таджикскому правительству создает возможности для инфильтрации экстремистских сил через Таджикистан к южным рубежам Кыргызстана. В истории уже были подобные прецеденты – история с беспрепятственным проникновением боевиков ИДУ из Афганистана через Таджикистан во время баткенских событий 1999 и 2000 годов.
Таким образом, для Кыргызстана ситуация с безопасностью на южном, афганском направлении остается в высшей степени тревожной.
Наибольшую угрозу для Кыргызстана и других стран Центральной Азии представляют те террористические и экстремистские структуры, которые вынашивают глобальные планы в отношении всего региона и в составе которых присутствуют выходцы из Центральной Азии («Исламское государство – Вилоят Хуросан», «Исламское государство - Вилоят Мавереннахр», ИДВТ и т.п.).
В этих условиях движение «Талибан», которое имеет своей изначальной целью создание исламского государства в пределах только Афганистана, внешне выглядит для стран региона меньшим злом.

Однако, успех талибов в установлении своей власти над всеми провинциями Афганистана может привести к вытеснению других террористических и экстремистских группировок на территорию соседних государств, в том числе Таджикистана. Более того, указанное перемещение членов международных экстремистских элементов может протекать в рамках массового потока беженцев, которые могут хлынуть из Афганистана в связи с успехами талибов в гражданской войне.

В свою очередь, это может привести к переносу деструктивной деятельности международных экстремистов уже на территорию самих стран Центральной Азии и их дальнейшей дестабилизации.
Происходящие в соседнем Афганистане события имеют прямое воздействие на страны Центральной Азии. При этом, имеющиеся между государствами проблемы не должны затмевать собой те вопросы, которые имеют общесистемное значение для всего региона. И «афганский фактор», безусловно, относится к числу таковых.

Выстроенная в Кыргызстане система безопасности справляется с возникающими вызовами и угрозами безопасности, о чем красноречиво свидетельствуют своевременные задержания и обезвреживание членов террористических и религиозно-экстремистских группировок. Однако, для повышения эффективности этой системы безопасности перед лицом растущей угрозы со стороны Афганистана, сегодня как никогда необходимо единство и сплоченность кыргызского общества в связи с усиливающейся. В противном же случае противоречия между различными политическими силами, внутренние склоки и раздрай могут создать в стране благодатную почву для международных террористических и экстремистских структур в Афганистане, вынашивающих экспансионистские, подрывные планы в отношении государств Центральной Азии, включая Кыргызстан.

Саламат Джыбыкеев

РЕДАКЦИЯ просит автора связаться с нами по адресу parohod@list.ru