Опасно ли возвращать людей из зон боевых действий в Центральную Азию? Как отделить жертв от вербовщиков, а обманутых людей от террористов? Об этом, в интервью “Polit-asia” рассказала клинический психолог Евгения Ким.
Страны Центральной Азии и Россия проводят операции по возвращению своих граждан, воевавших в Сирии и Ираке. Кыргызстан планирует возвращать своих людей в сентябре. Как вы относитесь к этому процессу?
Отрицательно.
Почему вы против возвращения людей, находящихся в Сирии и Ираке?
Потому, что возвращать людей, участвовавших в боевых действиях — огромный риск. В первую очередь для мирного населения всех стран Центральной Азии. И риск этот сопровождается полным отсутствием ответственности за возможные ошибки.
Но ведь сообщали, что они будут проходить реабилитацию и находиться под наблюдением спецслужб.
Разделим ваш вопрос на две части.
Я буду говорить только о том в чем разбираюсь. Оценивать эффективность работы спецслужб я не могу, так как не владею полной информацией о внутренних процессах в «конторах» региона.
Что касается реабилитации людей, вернувшихся их Сирии и Ирака — то я больше чем уверена, что она не даст ожидаемого эффекта. Таких людей невозможно вернуть к полноценной «гражданской» жизни.
Объясню почему. Во-первых, они были завербованы. Будучи абсолютно уверенными в собственной правоте, они выехали с конкретной целью — воевать. Мужчины уехали зарабатывать, убивая людей, женщины отправились вслед за ними – помогать в мужчинам-боевикам в их борьбе. И они поверили в идею создания халифата и решили, отказавшись от прошлого, отдать за нее жизнь. 
Во-вторых, сейчас в странах Центральной Азии нет специалистов, методик и ресурсов, чтобы обеспечить полноценную работу по дерадикализации и адаптации таких людей.
Подчеркну – готовых методик нет нигде в мире. Они только разрабатываются. Проблема возвращения гражданских лиц, завербованных террористами и побывавших в зонах боевых действий, относительно новая и работа в этом направлении далека от завершения.   
В-третьих, я не верю в обещанную реабилитацию. Причина проста — уже на первом этапе идут массовые нарушения. Речь о том, что людей, вернувшихся из Сирии и Ирака было необходимо изолировать для первичной работы. Вместо этого часть этих людей отпустили.
Человек приехал. Возможно, он травмирован физически. Эмоциональное состояние скорее всего далеко от нормы. Любой раздражитель, даже минимальный, может вызвать у него неадекватную реакцию. Кроме того, эти люди могут представляют потенциальную опасность как вербовщики.
Но ведь можно привлечь иностранных специалистов, которые работают с этой проблемой в других странах?
Внимание, вопрос — где они должны находиться? В специальном центре. Но как минимум часть их них спокойно живут у своих родственников. Эта грубая ошибка допущена уже в самом начале. Что будет дальше — даже не хочу предполагать.
Привлечение иностранных специалистов или иностранного финансирования создают дополнительные риски. Так как страны Центральной Азии планируют активно использовать и то и другое кратко расскажу, чем это чревато.
Иностранные специалисты могут быть не заинтересованы в реальном результате. Реальном, а не на бумаге. Если в результате их недоработки человек пойдет и убьет соседа они не понесут за это ответственности. Жертва их ошибки или халатности не будет их родственником или другом.
Тоже самое касается иностранного финансирования. Вы действительно считаете, что иностранные доноры выделят сотни миллионов под эту программу из соображений гуманности? Конечно же нет. Они подкладывают взрывчатку под наш хрупкий регион, раздираемый проблемами и противоречиями.
Возвращение людей из зон боевых действий — это еще один пазл в цепочке действий, конечной целью которых является превращение Центральной Азии во второй Афганистан. С полевыми командирами, боевыми действиями, жертвами, необходимостью иностранного военного вмешательства и прочими атрибутами войны.
Лично меня такие перспективы не радуют.Но местные политики и другие лица, лоббирующие программу возвращения, эти риски игнорируют. Их глаза застилают деньги, которые можно получить от иностранных доноров.
Своих граждан, выехавших в зоны боевых действий возвращают не только страны Центральной Азии, но и Европа и США. Если эти люди опасны, зачем тогда их возвращать?
Про страны Европы, которые возвращают своих граждан, мы узнаем из СМИ. Оттуда же звучат призывы последовать этому положительному примеру и не бросать людей в беде.
Почему-то голос другой стороны, из тех же стран Европы не слышен. Например, СМИ писали об отказе властей Великобритании и Швеции пускать обратно своих граждан, примкнувших к террористам. Власти аргументировали свою позицию тем, что «возможное возвращение террористов связывают с опасностью терактов и распространения радикальных взглядов».
Получается, что есть страны, которые принимают потенциальных боевиков и шахидов, и есть те, кто раздает деньги на это. Принимают у нас большинство стран Центральной Азии — Казахстан, Кыргызстан, Узбекистан и Таджикистан. А деньги раздают на это некоторые страны Европы и США. Последние при этом не торопятся возвращать своих граждан. И те самые пресловутые критерии гуманности, на которые напирают пропагандисты в ЦА, в Европе не работают.
В Европе и США, уже столкнувшихся с крупными терактами, понимают – достаточно упустить или проглядеть одного такого террориста или террористку среди десятка реальных жертв — и будут убийства. Умрут мирные граждане, их родители, их дети. Достаточно не заметить одного вербовщика и одураченных им людей будут десятки, если не сотни.
Простая, но страшная арифметика.
Женщины, вернувшиеся из зон боевых действий, рассказывают, что их обманули, что они не знали куда едут. Насколько можно им верить?
Если цена обмана — жизнь, то очень многие готовы ее заплатить. Если эти люди скажут, что они до сих пор верят в идеи построения халифата на территории светского государства — их посадят в тюрьму или откажутся возвращать в страны, откуда они уехали строить этот самый халифат. А это чаще всего означает смерть.
Поэтому можно ли верить в искренность их слов и убеждений — для меня это открытый вопрос. По крайней мере до тех пор, пока с этими людьми не будет проведена тщательная работа по верификации и дерадикализации.
И пожалуйста, не повторяйте тезисы СМИ, которые отрабатывают эту тему, о том, что люди стали «жертвами обмана», что «они не знали куда едут» и «что они поехали вслед за мужьями, женами, детьми» и так далее.
Эти оправдания подразумевают, что они не несут ответственности за свои действия. А если они не виноваты — почему их наказывают? Жертв принято не карать, а сочувствовать, помогать им, и способствовать скорейшей реабилитации. Подобный подход снимает с людей ответственность. Полностью.
Помните, что незнание закона не освобождает от ответственности? Так вот, тут иначе. «Они не знали», «их обманули» и поэтому ответственности они не несут.  
А как же дети, в чем виноваты они?
Несут ли несовершеннолетние ответственность за действия своих родителей, которые вывезли их на войну — нет.
Трагедия в том, что дети и подростки после всего пережитого остаются потенциальными проводниками террористической идеологии и влияния.
Угроза в том, что таких людей опасными не считают.
Эти дети уже не совсем обычные. Они видели войну, убийства. Часть из них проходили обучение в лагерях террористов. Возможно, даже, что некоторым приходилось убивать. Они впитали в себя разрушительную идеологию. Они искренне верят в черно-белый мир, в котором есть белая сторона — они и их родители, строящие халифат. И черная сторона — все остальные, которые этому халифату противятся и подлежат уничтожению.
Переубедить таких детей сложно, если вообще возможно. Через некоторое время эти дети вырастут. Превратятся во взрослых. Что тогда?
Наши же активисты, которые ратуют за возвращение этих «жертв» рассуждают в логике «нет тела — нет дела». Но поймите, когда тела появятся, а они появятся, будет поздно. И спросить за результат будет не с кого.

Источник - “Polit-asia”