Довольно часто в зарубежной прессе можно прочитать, что будущее Казахстана без Нурсултана Назарбаева туманно и неопределенно. Чем продиктованы подобные выводы, насколько они реалистичны, и выглядит ли ситуация туманной и неопределенной внутри самого Казахстана?

Сразу после ухода Нурсултана Назарбаева с поста президента многие зарубежные СМИ выразили обеспокоенность. В частности, как посчитало BBC, "дальнейшее развитие событий в Казахстане сложно спрогнозировать: страна не знала другого президента". Washington Post детализировал эти опасения: "Отставка Назарбаева произошла на фоне продолжающихся изменений в регионе Центральной Азии. Это добавило еще больше политической нестабильности в процесс демографических и геополитических перемен, накрывших бывшие советские республики этого региона. Российские официальные лица уже выражали обеспокоенность ростом национализма и западного влияния в Казахстане, породив слухи о возможности прокремлевских сепаратистских движений на севере Казахстана, где проживает больше этнических русских. Китай все больше распространяет свое политическое и экономическое влияние на Центральную Азию, считая Казахстан ключевым элементом своей глобальной инфраструктурной программы "Один пояс - один путь". Но на фоне быстрых демографических изменений в Казахстане более националистические, религиозные или прозападные группировки могут представлять угрозу плану Назарбаева по передаче власти".

С аналогичной точкой зрения выступил российский ресурс https://www.politnavigator.net: "Его (Назарбаева – прим. авт.) отставка может подстегнуть центробежные процессы в республике. Северные территории, переданные Хрущевым КазССР на тех же птичьих правах, как и Крым Украине, тяготеют к России, и даже перенос столицы из Алма-Аты в бывший Целиноград не смог остановить это притяжение. В то же время Южным Казахстаном управляет дюжина родовых бизнес-кланов, антирусских и прокитайских одновременно, находящихся в сложных отношениях с семейным кланом Назарбаевых. В чем-то ситуация напоминает этнокультурный антагонизм между Западом и Востоком Украины, приведший к утрате территорий, войне и общей деградации некогда самой зажиточной республики СССР".

Foreign Policy, в свою очередь, отмечает: "первая за 30 лет передача власти в Казахстане уже порождает множество вопросов у зарубежных стран. Пока что руководство Казахстана старательно сигнализирует о том, что Астана не планирует никаких радикальных политических изменении и что Назарбаев и впредь будет играть важную роль в определении политического курса… Но, тем не менее, аналитики не решаются дать четких долгосрочных прогнозов. Назарбаев пользуется авторитетом и доверием у сильных соседей Казахстана. Но проблема в том, что произойдет после его ухода".

Прокомментировать такие оценки и опасения мы попросили казахстанских экспертов.

Уразгали Сельтеев, политолог: "Внешние партнеры могут считать внутриполитические риски слишком высокими для себя"

- Такие предположения вполне оправданны. Внешнее окружение внимательно отслеживает и анализирует внутриполитическую ситуацию в Казахстане. Во-первых, наша страна продолжает представлять интерес как привлекательный объект инвестирования в нефтегазовые и металлургические сектора. Во-вторых, с точки зрения геополитических факторов Казахстан рассматривается как ключевой субъект в Центральной Азии. Здесь речь идет, прежде всего, о пересечении интересов Китая, России и США.
Сейчас заметна активизация представителей посольств, зарубежных экспертов и СМИ. Все зондируют почву, пытаясь разобраться, в каком направлении будет двигаться Казахстан во внутренних делах. Никто до конца не знает, по какому вектору пойдет дальнейшая модификация политической системы.

Дело в том, что в нашей стране властная конструкция продолжает сохранять исключительно персонифицированный характер. Ее устойчивость в нынешнем виде целиком зависит от Нурсултана Назарбаева и его решений. При этом все понимают, что кардинальные и малопредсказуемые сдвиги начнутся позднее, но неизвестно когда.

То есть внешние партнеры могут считать внутриполитические риски слишком высокими для себя, чтобы, например, заводить в страну долгосрочные инвестиции на новые проекты.

Вопросов много: как будут выстраиваться новые отношения между внутриэлитными группами, чье влияние и чьи позиции окажутся более весомыми, как это отразится на внешнеполитических приоритетах, возможен ли более масштабный внутренний передел капитала и собственности, какова вероятность ослабления внутриполитической стабильности?

Сам по себе процесс транзита власти не исключает разные сценарии, и внесистемные в том числе. Договор между внутриэлитными группами может оказаться условным и недолговременным. Возможность изменить ход событий есть у ряда влиятельных фигур, которые обладают значительными финансовыми и медийными ресурсами, пользуются поддержкой региональных элит. Кстати, роль местных групп влияния не стоит недооценивать. В южных и западных регионах РК местные кланы достаточно сильны, и часто именно их "слово" становится определяющим при принятии решений по тем или иным важным вопросам жизни областей.

Также надо иметь в виду то, что время запуска процесса транзита власти стало для большинства неожиданностью. Сегодня много обиженных, которые считают, что их незаслуженно не посвятили в предстоящие планы. Некоторые понимают, что могут не вписаться в картину будущего страны. По имеющейся информации, отдельные персоны уже распродают активы, пополняя свои зарубежные счета, и находятся "на низком старте". Поэтому, скорее всего, внешнее окружение на период прояснения общей ситуации займет наблюдательную и выжидательную позицию.

Султанбек Султангалиев, политолог: "Неопределенность перешла в стадию нормальной политической интриги"

- Понять представителей зарубежного журналистского и экспертного сообщества, в принципе, можно. Для подавляющего большинства иностранцев Казахстан на протяжении десятилетий был связан именно с именем Нурсултана Назарбаева. Закрытость нашей политической системы не давала каких-либо других примеров ярких имен политических или государственных деятелей. А те, кто так или иначе засветился за рубежом, - это были люди с неоднозначной репутацией, вышедшие из самой системы и перешедшие в оппозицию к ней.

Вообще, за рубежом и даже в, казалось бы, близкой к нам Российской Федерации слабо представляют специфику общественно-политических процессов, протекающих в нашей стране. Такая ситуация вызвана в первую очередь тем, что информационные каналы являются сильно искаженными вследствие политизации - это либо исключительно "хабарные" новости, либо, наоборот, сплошной негатив. Истина же, как обычно, находится где-то посередине.

Разумеется, доля неопределенностисохраняется и внутри Казахстана. Но если до 19 марта это была неопределенность в высшей степени, что, естественно, не могло не создавать атмосферу гнетущей напряженности в обществе, то после объявления Нурсултаном Назарбаевым о своей отставке она перешла в стадию вполне нормальной политической интриги. По крайней мере, для общества стало очевидным, что майданов, переворотов, революций и других политических потрясений, чреватых неожиданным развитием событий и кровопролитием, не последует. Начало практической реализации сценария смены власти успокоило казахстанский социум и дало обществу надежды на улучшение ситуации, на новые и более продуманные реформы, на изменение формата диалога между властью и народом. Именно своевременный старт этого процесса позволил сохранить политическую стабильность. Таково главное внутриполитическое достижение на сегодняшний день. И это действительно можно назвать достижением, если учесть мощное и недальновидное противодействие произошедшей смене власти со стороны некоторых влиятельных фигур казахстанского истеблишмента.

Замир Каражанов, политолог: "Нам есть над чем работать, чтобы выйти на траекторию устойчивого развития"

- Высказываемые за рубежом опасения понять можно. Еще Збигнев Бжезинский пророчил нам (а речь шла не только о Казахстане, но и обо всей Центральной Азии) "новые Балканы".

У Казахстана хватает внутренних проблем, которые могут обостриться и тем самым дестабилизировать обстановку как в стране, так и за ее пределами. И многие эксперты – как зарубежные, так и отечественные – считали, что Нурсултану Назарбаеву удается контролировать процессы в Казахстане, не выпускать "джинна из бутылки". Поэтому возникал вопрос: сможет ли его преемник на посту президента справиться с такой же задачей?

В действительности этот вопрос сохраняет актуальность и сегодня. Даже сама его постановка, имеющая в виду зависимость от одного человека, показательна и говорит о накопившихся в республике проблемах. Поскольку свидетельствует об отсутствии или низком КПД предохранительных механизмов. Дело в том, что в Казахстане за 30 лет его независимого существования так и не сложилось крепкое гражданское общество, которое было бы в состоянии амортизировать противоречия в национальной, социальной (неравенство в обществе), религиозной и других сферах. Кроме того, доля так называемого класса собственников продолжает оставаться незначительной, так же как и не растет доля среднего класса. А ведь именно от этих факторов зависит степень стабильности в любой стране.

В политической сфере мы не видим плюрализма и конкурентной среды. Партийная система Казахстана, как и гражданское общество, остается малозначительным явлением в жизни страны. При этом упускается из поля зрения тот факт, что партии – это не только атрибут политической активности людей, но еще и средство профилактики существующих в обществе противоречий, позволяющее снизить вероятность конфликтов. Естественно, что при отсутствии таких предохранительных механизмов трудно говорить о перспективах устойчивого развития Казахстана.

Отдельный вопрос касается эффективности политических институтов общества –своего рода "страховки от дурака". Мы помним, как в США президент Дональд Трамп не мог преодолеть сопротивление Конгресса и наталкивался на жесткую позицию Верховного суда. Складывалось впечатление, особенно у "диванных экспертов", что в США от президента ничего не зависит, а сам он является "марионеткой". На самом же деле нужно говорить о существовании в этой стране сильных политических институтах, которые ограничивают власть некомпетентного правителя. Посмотрите,насколько трудно дается Трампу решение о строительстве стены на границе с Мексикой.

А теперь зададимся вопросом: есть ли в Казахстане такие сильные политические институты, которые в случае необходимости могут ограничить власть президента? Наверное, нет. Поэтому для нас остается актуальным вопрос, кто станет следующим главой государства и что будет после того, как Нурсултан Назарбаев уйдет с политической арены страны. Но это не значит, что мы оказались в ловушке. Это значит только одно: нам есть над чем работать и что совершенствовать для того, чтобы выйти на траекторию устойчивого развития.

Ерлан Сейтимов, бизнес-консультант: "Отырса опақ, тұрса сопақ"

- Вообще-то, реакция зарубежной прессы показалась мне немного забавной. Очень много было удивления, вызванного неожиданностью события, а телеканал "Аль-Джазира" на своем сайте даже назвал решение Нурсултана Назарбаева "шокирующим". Интересно получается: президент 30 лет правит страной – это шокирует, принял решение уйти – опять шокирует. Как говорится, "отырса опақ, тұрса сопақ". Трудно угодить ожиданиям Запада, да и вряд ли надо это делать.

То, что зарубежные политологи называют будущее Казахстана туманным и неопределенным, - это нормально. Они и будущее России, как и многих других государств, видят зыбким и неустойчивым. Более "точно" зарубежные политологи оценивают перспективы близких им по менталитету стран. Хотя, например, на последних выборах президента США подавляющее большинство западных аналитиков предсказывали победу Хиллари Клинтон – и попали пальцем в небо, в самую его серединку. Что уж тогда говорить о Казахстане? За небольшим исключением, зарубежные специалисты знают только про огромную территорию нашей страны и наличие больших запасов нефти. Так что понятно, почему иностранные СМИ видят наше будущее "странным, закутанным в цветной туман".

Для нас же самих ситуация, с одной стороны, видится неопределенной, но с другой, все же достаточно отчетливой. Никто не знает, кто будет на самом деле преемником – возможно даже, что этого не знают и в Акорде: скорее всего, сейчас рассматривается многовариантный сценарий с несколькими возможными разветвлениями, которые будут реализовываться по мере наступления определенных событий. То есть, в том, что касается конкретных фамилий, ситуация неясная. Но это и неважно. Появления людей, которые могут кардинально изменить внутриполитический и внешнеполитический курс Казахстана, не ожидают ни элита, ни народные массы, что приближает к нулю вероятность негативных сценариев. Мы же не хотим, как в Париже?

Иначе говоря, ожидания вполне определенные: курс будет прежний. Оптимистичный прогноз – значительное улучшение. Пессимистичный прогноз – стагнация или незначительное улучшение.

camonitor.kz