Эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Балынин выдал очередную порцию утешительной статистики: средняя зарплата в стране выросла на 12% и достигла 109 100 рублей. Темпы роста, по его словам, в два – два с половиной раза опережают инфляцию. А за два года прибавка составила и вовсе 30% – больше 25 тысяч рублей. Новость хорошая. Вот только к большинству жителей нашей страны она не имеет никакого отношения.
Что нам продают под видом хорошего известия? Средняя зарплата – это арифметика, которая доступна окончившему начальную школу ученику. Сложите доходы топ-менеджера "Газпрома", айтишника из Москвы и продавщицы из магазина шаговой доступности в Пензенской области, разделите на три – получите впечатляющий показатель. Но ни одному из троих от этой математики не тепло. Продавщица как получала 30 тысяч, так и получает. А топ-менеджер как имел полмиллиона, так и имеет. Уровень жизни, как каждый может заметить, растёт, мягко говоря, не очень, даже наоборот.

Вот и со средней зарплатой та же история. Она "подросла" за счёт верхних 10-15% – руководителей высшего звена, финансистов, айтишников, оборонщиков, нефтяников, газовиков. Обычный человек, тот самый, ради которого власти, по идее, и стараются, получает на 25-30 процентов меньше заявленных 109 тысяч. То есть около 75-80. А в депрессивном регионе – и того меньше.

Есть и ещё один тонкий момент. 109 100 – это начисленная сумма, до вычета НДФЛ. На руки выходит около 95 тысяч. Кроме того, Росстат считает по крупным и средним предприятиям, а малый бизнес, самозанятые, подёнщики остаются за скобками. И главное: Москва, нефтегазовые регионы, промышленные кластеры ВПК задирают общероссийский показатель так, что за ним не видно реальности. Той, в которой учитель районной школы дотационного региона получает 32 тысячи, медсестра в ЦРБ – 35, а водитель автобуса в моногороде – 40. Кстати, из 89 регионов России дотационных – около 70, а высокодотационных – почти два десятка. Так что гордиться пока погодим.

Да, в России введена прогрессивная шкала налогообложения, но бедным людям от этого не легче. Помимо 13%, которые они платят с любого дохода, работодатель отчисляет за обычного работника 30% обязательных страховых взносов. А вот для сверхдоходов богатых людей ставка этих взносов снижается до 15%. Как отмечает в эфире программы "Итоги дна" депутат Госдумы, доктор экономических наук Михаил Делягин:

То есть мы имеем ситуацию, когда, чем человек беднее, тем больше с него берёт государство в виде социальных поборов. И это тот самый налог на бедность, который у нас в России уже больше 20 лет работает. Понимаете, в чём трагедия?
Кому досталась прибавка
Но даже если принять официальную цифру за чистую монету, возникает вопрос: кто именно выигрывает от роста? А выигрывают те, кто и так наверху. IT, финансы, топ-менеджмент, ВПК, нефтегаз. Там зарплаты действительно летят вверх – кадровый голод, конкуренция за специалистов, госзаказы. Да, МРОТ вырос с 12 130 рублей в 2020 году до 27 093 в 2026-м. Это подтянуло нижнюю планку. Но верхняя улетела в стратосферу. Разрыв между децилями – самыми бедными и самыми богатыми 10% населения – остаётся критически высоким и не сокращается. Богатые становятся богаче, а остальные – понятно, что уж говорить.

А бюджетники и работники сферы услуг? Они получают МРОТ плюс стаж. Их 12% – это 3000-4000 рублей, которые сгорят в ближайшем магазине за один поход за продуктами. Их рост не 12%, а 3-4% в лучшем случае. И эти проценты не покрывают даже подросших расходов на коммуналку.

Эксперт уверяет: рост зарплат в два – два с половиной раза выше инфляции. Красиво. Только вот какая штука: официальная инфляция считает корзину из сотен товаров – от телевизоров до автомобилей. А для человека с доходом 30-40 тысяч 60-70% расходов – это еда, ЖКХ, лекарства. И цены на них растут не на 5-6%, как в отчётах, а на 20-25%. Борщевой набор (без учёта мяса) подорожал почти на 40%. Хлеб, молоко, яйца, картофель, коммунальные платежи – вот личная инфляция обычного человека.

Плюс кредитная ловушка. Ключевая ставка остаётся жёсткой – 14%, а рыночная ипотека держится в диапазоне 17-20%. Потребительские кредиты для большинства заёмщиков обходятся в 22-25% годовых и выше. Даже если зарплата выросла на 10 тысяч, но человек платит ипотеку или кредит – его реальные располагаемые доходы, то есть то, что остаётся после всех обязательных платежей, в лучшем случае топчутся на месте. Закредитованность населения остаётся на исторических максимумах. Рост зарплаты на бумаге не означает рост уровня жизни. Это означает лишь красивые цифры в отчёте для начальства.

Кому нужны красивые отчёты в выборный год?
А теперь главный вопрос: кому адресованы эти победные реляции? Житель Москвы, Петербурга, Екатеринбурга, работник госкорпорации или чиновник не самого низкого уровня эту информацию даже не заметит. Для него 109 тысяч – реальность или даже ниже реального дохода. Он прочтёт, хмыкнет и забудет. Но в моногороде, в райцентре, в депрессивном регионе, где люди получают на руки 30-40 тысяч, такая публикация вызывает не радость. Она вызывает раздражение. Ощущение, что над людьми издеваются. Что им рассказывают сказки про 109 тысяч, пока они считают копейки в магазине. Казённый оптимизм не наполнит кошелёк и холодильник. Он вызывает только чувство отчуждения и показывает пропасть между начальством и народом.

В период выборных кампаний разрыв между статистикой и реальностью становится политически взрывоопасным. Любой избиратель может сравнить показатель в 109 тысяч с собственной зарплатой. И это сравнение будет не в пользу тех, кто эту цифру озвучил. Власть, транслируя победные реляции, сама подставляет себя под удар. Вместо того чтобы снижать социальное напряжение, казённый оптимизм его усиливает. Потому что нет ничего раздражающего сильнее, чем когда тебе говорят, что ты живёшь хорошо, а ты видишь, что живёшь плохо. Публикация в официальных СМИ столь приятных чиновнику, столь и далёких от реальности данных граничит между глупостью и прямым желанием навредить, озлобив людей.

Что было бы честно? Говорить не о "средней", а о медианной зарплате. Не о номинальном росте, а о реальных располагаемых доходах за вычетом инфляции и обязательных платежей. Не о "росте в два с половиной раза выше инфляции", а о том, что цена пресловутого борщевого набора за год выросла больше чем на треть, а зарплата учителя – на 2%. Честная статистика – это не слабость. Это уважение к избирателю. А его демонстрация ничего не стоит, кроме необходимых умственных усилий, но даёт на дистанции гораздо больше.

Что с того?
109 тысяч – это математическая абстракция из отчета, которая никого не греет. Рост обеспечен доходами верхних 10-15%, а не благополучием большинства. А красивые отчёты не наполнят холодильник. Личная инфляция для человека с доходом 30-40 тысяч (еда, ЖКХ, лекарства) достигает 20-25%, съедая любую номинальную прибавку.

Налоговая система по-прежнему несправедлива. Регрессивная шкала страховых взносов (30% для обычных работников против 15% для сверхдоходов) фактически штрафует бедных. И на этом фоне казённый оптимизм политически опасен. В депрессивных регионах рассказы про 109 тысяч вызывают не радость, а отчуждение от власти, что в предвыборный период работает против самой системы.

Честный разговор со статистикой – это разговор о медианной зарплате, реальных доходах и ценах в местном магазине. Всё остальное – красивая витрина, наполненная муляжами. Сколько ни говори "халва", во рту от этого слаще не станет, как совершенно справедливо подметил Ходжа Насреддин. И властям предержащим не следует думать, что русский человек глупее восточного мудреца.

https://tsargrad.tv/articles/jeto-tragedija-deljagin-raskryl-sekret-srednih-zarplat-kto-na-samom-dele-zabral-vashu-pribavku-k-dohodam_1815815