Минэнерго США включило гелий в список критически важных материалов. Как объясняется, это решение должно укрепить американское производство и безопасность цепочек поставок. США – ведущий производитель гелия в мире. Россия занимает третье место с долей в 10% от мирового производства и продолжает наращивать выпуск. Экспортные возможности РФ в поставках сырья, необходимого в производстве высокотехнологичных товаров, будут определяться не запасами недр, а парком специализированных криоцистерн, динамикой загрузки заводов и действием санкций, подчеркивают эксперты. Пока же РФ остается в критической зависимости от одного покупателя – Китая.

Решение включить гелий в список критически важных материалов способствует стремлению администрации Дональда Трампа снизить зависимость США от критически важных полезных ископаемых, добываемых за рубежом, поддержать отечественное производство и обеспечить безопасность ключевых материалов для экономики и национальной безопасности, говорится в заявлении Минэнерго США. Подчеркивается, что гелий соответствует законодательному определению критически важного материала из-за его важной роли в американском производстве и растущей подверженности рискам, связанным с цепочками поставок.

В частности, гелий незаменим в производстве полупроводников. И в целом во многих критически важных областях гелий не имеет адекватных аналогов. При этом в США имеются значительные внутренние запасы природного газа с высоким содержанием гелия, которые помогут удовлетворить растущий промышленный спрос, заявили в министерстве. Однако даже несмотря на богатые запасы гелия, ограниченные перерабатывающие мощности и длительные сроки получения разрешений по-прежнему сдерживают добычу в США, указывают в ведомстве.

Гелий – это бесцветный, безвкусный и нетоксичный газ, легче воздуха. Большую часть гелия получают при добыче и переработке природного газа, причем концентрация гелия в газовой смеси зависит от месторождения. Он широко используется в производстве микрочипов, энергетике и высокотехнологичных отраслях: квантовых вычислениях, системах управления ракетами, медицинских аппаратах МРТ, насосах для сердечно-легочной реанимации, оптоволоконных кабелях, аэростатах, глубоководных погружениях, тестировании герметичности газовой инфраструктуры и прочем.

Крупнейшим производителем гелия остаются США, в число ведущих поставщиков также входят Катар и Россия. Так, по данным Геологической службы США (USGS), в 2025 году США произвели 83 млн куб. м гелия – это почти половина мирового производства. Катар произвел 63 млн куб. м гелия, Россия – 18 млн куб. м. Мировое производство гелия за тот же период составило 190 млн куб. м.

В Штатах крупнейшие запасы гелия находятся в Вайоминге, Канзасе, Техасе, Оклахоме, Колорадо и Юте. Однако заводы по извлечению газа работают на пределе, а на получение разрешений и строительство новых уходят годы, что продолжает сдерживать производство в США, по данным Министерства энергетики.

В этом году мировые поставки гелия, так же как и многое энергосырье, испытывают серьезные перебои на фоне конфликта на Ближнем Востоке. Экспорт из Катара существенно сократился из-за закрытия Ираном Ормузского пролива и ударов по катарской энергетической инфраструктуре.

Дополнительное давление на рынок оказали временные ограничения на экспорт гелия, введенные Россией в апреле 2026 года для обеспечения внутренних потребностей. В частности, тогда правительство РФ добавило гелий в список отдельных видов товаров, в отношении которых вводится временное ограничение на вывоз. По нему вывоз этого газа возможен только по решению председателя правительства, первого вице-премьера или курирующего вице-премьера на основании предложений Минпромторга. Такой порядок будет действовать со дня публикации постановления и до конца 2027 года. Решение направлено на «сохранение стабильного обеспечения потребности внутреннего рынка в гелии, используемом при производстве в том числе оптоволоконной продукции», сообщали в правительстве.

Кроме того, в 2022 году правительство России утвердило новый перечень дефицитных минеральных ресурсов вместо действовавшего с 1996 года. В новой версии перечень был расширен с 29 до 55 видов полезных ископаемых. Тогда в него впервые вошел и гелий (см. «НГ» от 21.06.23).

Россия, несмотря на то что производит около 10% от мирового объема, обладает значительным потенциалом для увеличения производства.

На текущий момент крупнейшими производителями гелия являются Амурский газоперерабатывающий завод (ГПЗ) «Газпрома» (проектная мощность – до 60 млн куб. м гелия в год), Оренбургский гелиевый завод (около 5 млн куб. м в год) и завод Иркутской нефтяной компании на Ярактинском месторождении (7 млн куб. м в год). Суммарные мощности российских предприятий достигают 55–60 млн куб. м гелия в год. Фактическое производство – менее 20 млн куб. м, а внутреннее потребление – чуть более 4 млн куб. м. То есть больший объем идет на экспорт.

РФ наращивает производство газа. В прошлом году группа «Газпром» нарастила производство гелия на треть – до 16,61 млн куб. м, сообщалось в корпоративном справочнике «Газпром в цифрах». По итогам первого полугодия 2026-го производство товарного гелия увеличилось на 27%, до почти 10 млн куб. м, благодаря вводу в строй новых мощностей на Амурском ГПЗ, сообщали в конце сентября в «Газпроме».

«У нас с 2021 года начинается поэтапное наращивание производства на Амурском газоперерабатывающем заводе. Это новейший завод по переработке газа в нашей стране... На востоке нашей страны создан крупнейший кластер по переработке и газохимии. С Амурского ГПЗ мы реализуем этан, пропан-бутан и также гелий, который очень важен для высокотехнологичных производств», – рассказывал зампредправления «Газпрома» Виталий Маркелов летом этого года. По его словам, спрос на гелий в текущем году многократно вырос в результате кризиса на Ближнем Востоке. «Мы являемся самым надежным поставщиком гелия в мире», – подчеркивал он.

При этом основные разведанные мировые запасы гелия также сконцентрированы в России. На страну приходится 28% мировых запасов. В РФ учтено свыше 250 месторождений с технологическими извлекаемыми запасами гелия более 13,7 млрд куб. м.

Вероятно, именно опасения того, что Россия может кратно увеличить производство гелия, несколько лет назад привело к предложениям в Конгрессе США ввести санкции против российского гелия. «За несколько лет доля России в мировом производстве гелия может вырасти с 2 до 30%. Москва с большой вероятностью закрепится на глобальном рынке, если мы и наши союзники не вмешаемся», – говорилось в письме американских парламентариев в 2024 году.

С тех пор Россия вошла в тройку мировых производителей с долей в 10%. Основной же спрос на этот газ формируется в США, Китае, Японии, Южной Кореи и странах Европы.

И пока поставки самой РФ остаются узконаправленными. Основной покупатель российского гелия – Китай. По данным Центра экономического прогнозирования Газпромбанка, в 2025 году на Китай пришлось 44% российского экспорта гелия, а поставки в КНР выросли более чем на 60% – с 7,6 млн до 12,2 млн куб. м. Доля России в китайском импорте гелия за 2021–2025 годы выросла с 1 до 44%.

Превращение гелия в полноценный экспортный товар в России сдерживается существующими ограничениями, говорит научный сотрудник лаборатории отраслевых рынков и инфраструктуры Института Гайдара Анастасия Левченко.

«Рынок покупателей российского гелия крайне узок и продолжает сужаться под давлением санкций. Евросоюз еще в 2024 году ввел запрет на импорт российского гелия в рамках 14-го пакета санкций. В США конгрессмены и сенаторы обеих партий неоднократно призывали администрацию запретить импорт российских благородных газов, включая гелий, ссылаясь на угрозы национальной безопасности. И риск принятия такого запрета остается высоким, что удерживает западных покупателей от долгосрочных контрактов. Включение гелия Минэнерго США в список критических материалов лишь усиливает внимание регуляторов к цепочкам поставок и может ускорить введение ограничений», – рассуждает она.

Поставки российского гелия критически зависят от Китая. А диверсификация в сторону других азиатских покупателей (Япония, Южная Корея, Тайвань) хотя и обсуждается, но сталкивается с логистическими сложностями и конкуренцией со стороны традиционных поставщиков (Катар, США), а также с риском вторичных санкций. «Таким образом, конкурентный рынок с несколькими равнозначными покупателями не формируется. Россия вынужденно становится поставщиком преимущественно для Китая, что снижает ее переговорную силу и повышает уязвимость от конъюнктуры на одном рынке», – продолжает Левченко.

Общая производственная мощность России по производству гелия составляла 35 млн куб. м в год на конец 2024-го, но использовалось лишь около 50%, сообщали в USGS. Еще одним узким местом РФ в организации называли дефицит специализированных контейнеров для транспортировки жидкого гелия.

У страны нет достаточного парка специализированных криоцистерн для транспортировки гелия. После введения запрета со стороны ЕС страну покинули европейские трейдеры. Вместе с ними уехали и цистерны, принадлежащие европейским покупателям. На начало прошлого года у российских трейдеров было всего около 30 цистерн для перевозки гелия. В течение года в Китае закупили еще минимум 30 новых, но этого недостаточно для расширения производства и увеличения отгрузки, считают эксперты.

«Гелий восточных месторождений – Ковыктинского и Чаяндинского – транспортируется по «Силе Сибири» на Амурский ГПЗ, где очищается до 99,9995% и это продукт «особой чистоты», который критически важен для производства полупроводников», – замечает директор по аналитике Инго Банка Василий Кутьин. Однако потолок этих возможностей будет определяться не запасами недр страны, а тремя вещами: парком криоцистерн (в России он пока около 3–5% от катарского уровня), загрузкой Амурского ГПЗ и санкционным контуром.

У российского гелия внешний потребитель один – Китай. «Это создает классическую проблему «единственного покупателя»: Пекин может диктовать цену и условия, а Россия, как и с «Силой Сибири», становится доминирующим поставщиком», – говорит Кутьин.

Перспективы у гелия стать новым экспортным товаром РФ есть, однако это будет скорее нишевый товар для Китая и ряда стран АТР, чем «второй» природный газ, рассуждает ведущий эксперт «Финам Менеджмент» Дмитрий Баранов. «Увеличению экспорта гелия из РФ препятствует ряд барьеров, среди которых нехватка как раз специализированных ISO-контейнеров. В стране их всего около сотни, а стоит одна цистерна порядка 1 млн долл», - рассказывает он.

Другое ограничение - недозагрузка Амурского ГПЗ. Так как завод не вышел на полную проектную мощность из-за технологических сложностей, последствий аварий и санкционных ограничений на оборудование. «Еще одним барьером для экспорта - очистка и качество гелия, так как для полупроводниковой промышленности критична высокая чистота продукта и стабильность поставок, а в РФ узким местом являются мощности по очистке и подготовке газа, а не только по извлечению гелия», - говорит Баранов.

По мнению эксперта, у России есть потенциал для превращения гелия в стратегический экспортный продукт восточного вектора: «РФ наращивает поставки в Китай, создает долгосрочные контракты и развивает хаб в Приморье, пропускная способность которого при полном запуске рассчитана более чем на 4 тыс. ISO-контейнеров, или 100 млн куб. м в год». «Но чтобы это стало устойчивым бизнесом, потребуется: серийное производство или надежная закупка криогенных цистерн, выход Амурского ГПЗ на проектную мощность, расширение мощностей очистки и хранения, стабильный экспортный режим, а также диверсификация покупателей хотя бы между Китаем, Индией, Южной Кореей, Японией и странами Юго-Восточной Азии», - указывает Баранов.