Большинство людей думают, что они что-то знают и понимают. К ним в первую очередь относятся большие начальники, а также студенты. Они обязаны сказать, что они знают. Признание чиновниками незнания чего-то равнозначно признания несоответствия занимаемой должности. А если студент скажет, что не знает ответа на вопрос, то он не получит зачет или положительную оценку на экзамене. И вот я смело заявляю: я знаю, что ничего не знаю. И чувствую себя последователем Сократа. Начинаю гордиться этим.

Я не знаю и не понимаю, например, Осмонакуна Ибраимова, который работал государственным секретарем. Он писал «деятельность Госсекретаря КР – фактически вице-президента страны – у нас люди связывают именно с так называемой «идеологической работой». Так оно и есть и такое мнение сложилось у нас как бы исторически. Эту должность ни с экономикой, ни с производственным сектором, ни с другими отраслями жизни страны у нас не идентифицируют, а связывают только с идеологией.

Одним словом, государственный секретарь должен заниматься чистой идеологией, т.е. идеологией, не загрязненной экономикой и производством. Отсюда маршрут в сторону чистого разума.

Во время перестройки, когда Горбачев говорил о необходимости нового мышления, отдельные лидеры страны говорили о том, что мы должны забыть всякие измы, а также надо заниматься не политикой, не идеологией, а экономикой. Все поняли это и кивали головой. Я лично не понял и спросил: а что вы думаете об идеологии экономической политики.

О. Ибраимов далее отмечает: «В моем личном разумении идеология есть чётко сформулированная сумма ценностей — моральных, мировоззренческих, этико-поведенческих, политических — вокруг которых существует некий национальный консенсус. Идеология есть нечто иное как способ (или способы, пути, методы) достижения или реализации каких-то важнейших общенациональных целей и задач, платформ, доктрин, стратегий». Другими словами, идеология есть сумма ценностей и способ достижения цели.

Есть басня про художника, который нарисовал лес. Каждый житель леса хотел, чтобы художник нарисовал его ценности: медведь как он кушает мёд, свинья – лужу, где она купается и т.д. В совокупности эти ценности получили название ералаш. А что мы должны думать о сумме ценностей? Что получается если суммируем ценности либерального направления с ценностями социал-демократического направления? Можно ли сюда прибавить ценности национал-социалистического направления? Возможен ли национальный консенсус атеистов и религиозных фанатов, т.е. мусульман высшего сорта салафитского направления?

Я согласен с О. Ибраимовым в том, что «Госсекретарь –это проводник политики Президента, его рупор, его связной с обществом, в том числе с оппозицией, главный советник и дипломат». Это правильные слова. И вот отсюда и начнем излагать мнение о диалоге с обществом.

Есть отрицательное отношение к идеологии, что препятствует диалогу. Это связано с тем, что идеология проводится отдельной частью общества и не всегда соответствует интересам всех слоев общества. Все-таки была классовая борьба, точнее различия в интересах этих двух классов. Рабовладельцы и рабы, феодалы и крепостные, капиталисты и рабочие не есть фантазия Маркса и Ленина и их последователей. Идеология укрепляла позиции правящего класса.

Коммунистическая идеология должна была преодолеть противоречия между классами путем экспроприации экспроприаторов. Мы достигли равенства, однако не было ожидаемого богатства. Как сказал товарищ Черчилль «при капитализме несправедливо распределяют богатство, а при социализме справедливо распределяется нищета».

Чем была сильна коммунистическая идеология? Какие ценности в совокупности составляла коммунистическую идеологию? Только ли декларацией этих ценностей добились превращения страны в великую державу? Конечно, нет. Стремление к равенству есть моральная ценность, однако не все в обществе хотят равенства. Лично я не хочу равенства. Если я трудился в два раза больше, чем другой товарищ (совсем не товарищ) и мы получаем одинаковую заработную плату, то я против такого равенства. (Фактически так и было. Немало коллег трудились меньше меня и получали больше зарплаты).

К моральным ценностям относят также в настоящее время богобоязненность. Один очень известный в республике человек так и заявил: «Я боюсь бога» («Мен кудайдан корком»). Пусть боится. Это хорошо, однако нужно ли ежесекундно бояться Аллаха Милостивого, Милосердного, Добродетельного, Великодушного? Если действительно ты веришь, что Аллах милостивый и милосердный, то почему должен бояться его? Не надо бояться бога, надо бояться гнева бога. Не надо быть слишком фанатичным религиозным мазохистского толка. Наверное, и в религии есть понятие «презумпция невиновности». Не надо быть салафитом, которые хотят превратить наш народ в холопов, которые должны знать только «презумпцию виновности». По их мнению, мы все виноваты тем, что живем на этой планете.

Эту моральную ценность также не использовали в коммунистической идеологии. Коммунисты были атеистами. Однако ценности, которые проповедовала религия, были использованы коммунистической идеологией. Моральный кодекс строителя коммунизма фактически повторяет моральные нормы, изложенные в Библии и Коране. С другой стороны, вместо традиционных религий народу была предложена другая религия в виде марксизма-ленинизма. Как шутили аспиранты МГУ, марксизм был Ветхим заветом, а ленинизм – Новым заветом. Одним словом, коммунисты занимались богоугодными делами, но только они делали это не во имя бога, не говорили «би исм Алла».

Однако марксизм-ленинизм нельзя воспринимать как догму. Это учение является результатом научных исследований. Оно верно отражало экономические, социальные и политические процессы, которые происходили в то время и нельзя ругаться, плевать в их сторону, обвиняя их в том, что их учение не полностью отражает действительность в 21-веке.

Коммунисты во главе с товарищем Сталиным четко определили главную цель, стратегию и вели успешный диалог с обществом. Идеология была объяснением проводимых экономических реформ – коллективизации, индустриализации, культурной революции. В диалог с обществом были привлечены крупные силы - инженеры человеческой души поэты и писатели, известные ученые и другие.

Есть мнение о том, что после коммунистической идеологии у нас не было идеологии. Есть также мнение о создании новой идеологии в виде «Хартии Будущего — Идеологической Программы Кыргызстана 21 века». При этом нельзя козырять именем Айтматова. Возможно, Айтматов полистал этот документ и кивнул головой. Этому я верю. А дальше? Дальше есть сомнения. Неужели Айтматов сидел и редактировал этот документ?

Во время переходного периода мы жили под воздействием идеологии, подаренной нам западными консультантами. Нам они подарили идеологию либерализма, причем на уровне дикого капитализма времен Адама Смита. Мы радостно приняли этого «троянского коня», и он проник в наш разум как компьютерный вирус. Иммунитета не было, поскольку многие не читали идеи Кейнса, Рузвельта, т.е. идеи, которые возникли в условиях развитого капитализма. В то время нами колдовали Кашпировский и Чумак с экранов телевизора, а воздействие на психику нашей элиты, в том числе на авторов «Исповеди на заданную тему» и «Экономики глазами физика» оказали мудрецы из МВФ и ВБ. Мы поверили им, что шотландский мудрец Адам Смит является высшей инстанцией истины. В то время мы не были знакомы с книгой этого мудреца, изданной в 1776 году в отличие от А. С. Пушкина, который читал эту книгу и характеризовал Онегина как эрудированного человека.

Зато он знал Адама Смита

И был глубокий эконом, - писал Пушкин. Нам, т.е. экономистам 20- и 21-века тоже хотелось бы не отстать от поэта 19-века, но такие условия у нас не были. Михаил Андреевич, т.е. Суслов – главный идеолог Кремля не давал возможность прочитать книги Адама Смита, тем более книги институционалистов, книгу Фридриха Листа «Национальная система политической экономии», которая стала настольной книгой в новых индустриальных странах.

А теперь несколько слов о наших идеологах, т.е. государственных секретарях. Читая статью О. Ибраимова, у меня создалось впечатление о том, что он понимает функцию госсекретаря в несколько узком формате, чуть ли не как мальчика-побегушки у президента. Возможно, я ошибаюсь и рад бы ошибаться, но такие выражения как «связной с обществом», «дежурный по стране» наводит на такую мысль. Главными идеологами в Британии были Адам Смит и Давид Рикардо, Уинстон Черчилль, в США – Франклин Рузвельт, Генри Киссинджер, в Европе и во многих капиталистических странах Джон Мейнард Кейнс, в Советском Союзе В. И. Ленин и И.В.Сталин, которых нельзя воспринимать в такой роли. На их фоне наши идеологи, мягко говоря, не впечатляют.

Идеологи должны вести пропаганду основных наших идей, изложенных в Стратегии социально-экономического развития, вести диалог, мобилизуя народ на достижение поставленных целей, корректировать нереальные обещания со стороны властей. Однако в настоящее время мало кто вспоминает этот документ. Более того, экс-госсекретарь Адахам Мадумаров выступая по ТВ выразил отрицательное отношение к Стратегии на 2018-2040 гг. По его мнению, составление прогноза до 2040 года бред, авторы Стратегии тронулись умом (мээси чайкалып калган окшойт), мы не знаем что будет завтра, не то, что будет 2040 году. Слушая его выступление, я был восхищен его смелостью. Так смело может выступить против таких отраслей науки как прогностика, макроэкономическое планирование и прогнозирование, против футуристов как Тоффлер, Харари, Фукияма и других может только такая героическая личность как Мадумаров.

Можно признать, что у нас не совсем хорошо с идеологией. Однако мы можем утешать себя тем, что в такой великой державе как Россия тоже есть недостатки в этой сфере. В частности, было очернение подвига панфиловцев со стороны чиновника, занимающего высокий пост в государственной службе России, были провокации отдельных политиков типа Жырык-мырык, которых и Казахстан и Кыргызстан объявил персона нон-грата. При этом со стороны высшего руководства России не было достаточной реакции на эти провокации. Иными словами, в России недостаточно успешно занимаются «Стратегией мягкой силы».

У нас нет стратегического мышления, стратегии экономического, социального и политического развития. Мы занимаемся ликвидацией отрицательных последствий общественных процессов, а не устранением их причин. Мы больше озабочены справедливым распределением доходов и вопрос об увеличении доходов, наращивания экспорта остается на втором плане. Мы хотим справедливо распределить бедность между членами общества как правильно сказал товарищ Черчилль. Высококвалифицированный специалист с 30-летним стажем получает столько же пенсии, сколько и человек, который работал всего 3 года в сельской местности. Мы больше уделяем внимание на вопросы гендера-мендера и думаем, что это результат дефицита культур-мультур, в то время как основной причиной семейных скандалов, а также суицида многих молодых людей обеих полов является отсутствие рабочих мест, соответственно доходов для проживания.

Идеологическая работа в нашей стране ведется, но она не отличается системностью. Спят наши идеологи, в том числе лидеры политических партий, отдельные представители элиты и просыпаются иногда, и обращаются к народу (кто-то шепчет тихо, кто-то визжит, кто-то рычит), затем опять впадают в спячку в отличие от религиозных служителей, которые системно ведут пропаганду с четырех телеканалов и со всех мечетей в стране. Я тоже проснулся вдруг и решил написать эту статью.

Токтогул Джумадилов