В апреле президент Сооронбай Жээнбеков  совершил сразу две знаковых зарубежных поездки. В середине месяца глава страны побывал с официальным визитом в Германии, а позже с рабочим визитом отправился в Китай, для участия в международном форуме сотрудничества «Один пояс – один путь». Итогом обоих визитов, по официальным данным, стало заключение ряда соглашений, договоров и меморандумов, но туманно обрисованные перспективы двустороннего сотрудничества и полное отсутствие конкретики в который раз поставили под сомнение компетентность и эффективность руководящего аппарата КР в проводимой им внешней политике. 

Общественная реакция на подобные зарубежные визиты уже давно более чем скептическая. Новости о готовящихся вылетах руководства страны за границу в народе называют «политическим туризмом», «путешествиями за государственный счет» или просто поездками «ни о чем». И действительно, сложно не заметить, что кроме однотипных заверений в дружбе и партнерстве президентские и правительственные делегации из своих вояжей не привозят ничего. А сам действующий кабмин с момента своего формирования не предложил ни одного нового и детально проработанного проекта, на который можно было бы подписать зарубежных инвесторов.

Тенденция, скажем так, «не вдаваться в детали» вообще стала излюбленным приемом президента. В том числе и в вопросах, касающихся внешнеполитических договоренностей. Жээнбеков раз за разом презентует Кыргызстан как страну стопроцентно готовую к приходу внешних инвесторов, настроенную на развитие технологий и инновационные подходы, открытую к интеграции и сотрудничеству, но на деле не подкрепляет это ни реальными предложениями, ни даже просто реальными гарантиями.

Так, к примеру, о благоприятном инвестиционном климате Жээнбеков только за последнее время упоминал и в общении с российскими бизнесменами в ходе визита в Кыргызстан президента РФ Владимира Путина, и в ходе своего собственного визита в Германию: «Мы смогли создать благоприятный инвестиционный климат, политическую и макроэкономическую стабильность. У нас действует один из наиболее либеральных фискальных режимов в регионе. Ставки налога на прибыль и подоходный налог составляют всего по 10%, а НДС - 12%. Доступ к недорогим ресурсам, включая дешевую рабочую силу и электрическую энергию, дает сравнительные преимущества для совместных предприятий. Тарифы на электроэнергию являются самыми низкими среди стран СНГ. В Кыргызской Республике все сектора экономики открыты для внешних инвесторов», - уверял президент.   

Цифры, между тем, свидетельствуют об обратном. Согласно данным независимых финансово-экономических институтов, формирующих ежегодные рейтинги, Кыргызстан по индексу восприятия коррупции находится в списке самых коррумпированных стран, занимая 132-е место из 180 стран, представленных в рейтинге. А индекс инвестиций, вложенных в экономику КР, за последний год снизился на 1,3 млрд долларов. Ожидать, что с такими показателями инвесторы сами повалят в республику, наперебой предлагая свои деньги и проекты, ну очень наивно.

Если быть честными, по состоянию экономики страны на текущий момент, пытаться привлекать инвесторов надо вопреки, а не благодаря реальным показателям, и формулируя действительно выдающиеся и выгодные предложения, подкрепленные государственными гарантиями. Однако же, ни того, ни другого нет. А есть только слова президента и, уже постфактум, гордые официальные отчеты его пресс-службы об общих суммах заключенных соглашений.       

Так, к примеру, после визита Сооронбая Жээнбекова в Германию громко прозвучала цифра в 1 млрд евро – на такую сумму, как сообщалось, было заключено более десяти документов и соглашений между правительствами и ведомствами двух стран. Президент подчеркнул, что в перспективе Кыргызстан и Германия могут сотрудничать в торгово-экономической сфере, гидроэнергетике, промышленности, сельском хозяйстве, туризме, науке и образовании. К слову, ровно тот же набор отраслей озвучивался и в релизе по итогам визита Путина, и ранее неоднократно. При этом и в том, и в другом случае ни о каких конкретных проектах ни в одной из перечисленных сфер аппарат президента и правительство публично распространяться не стали.

И можно было бы списать на простой недочет в освещении работы рукаппарата, да только уже есть примеры, когда названные суммы впоследствии растворялись в воздухе и никак не являли себя на практике. По итогам визита президента в Китай в прошлом году тоже поначалу было заявлено об успешных переговорах и выделении Кыргызстану 100 млн долларов «помощи» от китайской стороны. Однако на сегодняшний день об этих миллионах нет вообще никакой информации. Действительно ли Китай их потом выделил, и, если да, то на что они пошли? Да и в целом за более чем полтора года президентства Жээнбекова и существования нынешнего кабмина не было подписано и начато ни одного нового совместного с зарубежными партнерами крупного проекта или реализованного инвестиционного вливания.  

Нынешний вояж президента в Китай оказался еще более провальным, поскольку изначально предполагал, в рамках проводимого принимающей стороной форума, не дипломатический визит вежливости, а прицельные переговоры и конкретику. Глава страны Си Цзиньпинзаявил, что по итогам форума участники заключили 283 соглашения на общую сумму 64 млрд долларов. А всего на свой амбициозный проект «Один пояс – один путь» Китай планирует потратить около 3 трлн долларов, то есть предлагает странам, так называемого, региона Шелкового пути массу возможностей для сотрудничества и инвестиционных вложений. Но даже тут Жээнбеков блеснул своим умением вернуться на родину ни с чем, вызвав нарекания уже и у депутатов парламента, в принципе обычно не склонных критиковать действующего главу страны.

Проводимая Жээнбековым и его командой внешняя политика раз за разом демонстрирует неспособность приносить Кыргызстану хоть какую-то выгоду, будь то инвестиции, технологии, энергетика, торгово-экономическое сотрудничество или даже просто стабильная ситуация на границе. По последнему пункту о полном отсутствии политической воли у главы КР нам регулярно напоминает Казахстан. И чем дальше, тем острее встает довольно банальный вопрос, а в чем вообще действующий президент страны видит свою роль и функцию? В том, чтобы просто присутствовать на внешнеполитических встречах и опрятно выглядеть – пока что иного ответа нет.   

Источник - Багыт. kg