Драматические события которые происходят в Якутии, на мой взгляд, лишний раз показывают недоработки так называемой национальной, а также миграционной политики.

Почему так называемой? Потому что фактически национальная политика постсоветской России постепенно деградировала в кулинарно-песенную тематику, превратилась в ряд бюрократических формуляров для отчетности.

В Якутии мы сейчас получили классическую негативную реакцию "титулов" одной из национальных республик РФ, своё раздражение и гнев из-за преступления одного подонка они перенесли на всех мигрантов одной из стран Средней Азии. Якутия в постсоветском временном отрезке стала фактически моноэтничной, идентификация "свой-чужой" здесь только обострилась. В случае подобных резонансных преступлений (утверждается, что один из представителей этноса Средней Азии надругался над местной жительницей), в моноэтническом социуме может срабатывать агрессивное коллективное бессознательное, что и произошло в Якутии.
Была ли в республике на должном уровне поставлена работа в направлениях трудовой миграции и межнациональных отношений? Не могу сказать, чтобы понимать внутренние тенденции процесса его надо видеть на месте, изнутри. Не фасад из бравурной чиновничьей статистики, а именно реальные внутренние процессы.

К сожалению в современной России трудовая миграция и межнациональные отношения стали искусственно тесно связаны. Агрессивная подача в СМИ подобных "резонансов" делается с упором на этническую принадлежность преступника, что практически в воспаленном сознании обывателя сразу проецирует агрессию на весь этнос.

Ситуация усугубляется сложной экономической обстановкой в стране, чтобы как-то нивелировать скрытое недовольство населения предположу что определенным кругам выгодно перевести деструкцию на проблемы с "чужими". Люди не могут выплеснуть свою агрессию на власть, т.к. она обладает силовым ресурсом, который может быть пущен в ход и поэтому этот "заряд" достается в данном случае трудовым мигрантам с постсоветского пространства. А подобные резонансные преступления только увеличивают силу агрессии со стороны "потерпевшего" этноса.

Каждый трудовой мигрант из Средней Азии должен понимать, что он в глазах принимающего сообщества постсоветской России не просто приехавший на заработки человек, он увы, представитель всего этноса и в случае противоправных действий агрессивное коллективное бессознательное выплеснется на весь этнос, а не только на кого-то одного. Когда "свободные" медиа акцентируют свое внимание на этнической принадлежности преступника, рано или поздно срабатывает "накопительный эффект" и обыватель начинает проецировать агрессию на весь этнос, голос здравого смысла просто тонет в накале негативных эмоций. Это особенно актуально в моноэтнических республиках России. Это усугубляется также тем, что в массы правильные межнациональные установки увы не уходят, медийный негатив в данном случае оказывается сильнее, и это ещё один отягчающий фактор.

Аналогичное якутскому, но ещё более тяжкое в определенных аспектах преступление совершено в Волгограде. Почему не было реакции сродни якутской? Чем меньше этнос, тем более обостренные реакции у него на любые по отношению к нему негативные действия. Инстинкт самосохранения малого этноса обозначен резче чем у более многочисленных соседей по географическому пространству, реакция на нарушение неприкосновенности женщины воспринимается как угроза всему народу, т.к. женщина - мать, продолжательница рода.

К якутскому эксцессу привел комплекс причин. Очень хочется надеяться, что после тщательного анализа будут сделаны правильные вывод ответственных лиц.
Хотя...

Эрик Ханымамедов