Наш разговор о качестве исламизации. Не столько о формальных, а сколько духовных плодах восстановления мусульманской религии за годы Независимости Казахстана. В средние века на мусульманском Востоке никто не удивлялся такому духовному вопросу: "Каков твой Ислам?" или выражениям из исторических хроник " …и был прекрасен его Ислам" и пр. На самом деле все это восходит к глубокому постижению смысла наставлений самого Пророка. Когда ученики однажды спросили "какой Ислам лучший?" ("эйи Ислам хайрун?"), был получен ответ, что "лучший Ислам" - это когда кормят проголодавшегося, прощают людей, приветствуют всех. А лучшим мусульманином в хадисах признан тот, кто не вредит другому мусульманину языком и руками…

Вот почему надо видеть не только формальную, внешнюю или количественную исламизацию общества (по числу мулл, мечетей, "мероприятий") но и внутреннее измерение религии, качество того или иного Ислама, который мы создаем внутри себя и в стране. Кстати, даже суфизм бывает внешний, видимый, т.н тасаввуф, т.е. в форме организованного течения, иерархии, школ, традиций; и бывает суфизм как мудрость (хикма) и духовное превосходство человеческих душ, очистившихся от эгоцентризма и невежества. Поэтому и говорили великие шейхи: "Кто превосходит вас в нравственности, превосходит вас в суфизме".

В то же время сам Пророк Мухаммад (мир ему!) и святые вовсе не отрицали "пять столпов" Ислама, роль молитвы-намаза, чтения Корана; они, разумеется, призывали чтить закон и ритуалы. В действительности в Исламе внутреннее и внешнее взаимосвязано. Формальные индикаторы исламизации тоже, конечно, могут сказать о многом, в том числе об уровне и характере коллективного сознания.

В этой связи необходимо отметить, что одним из особенностей современного казахстанского общества является признанный многими экспертами-религиоведами, да и определяемый невооруженным глазом весьма низкий уровень конфессиональных, исламоведческих знаний и общей религиозной культуры населения. Часто говорят, что свыше 70 процентов населения Казахстана - это мусульмане-сунниты, ханафиты (в большинстве своем - этнические казахи), но на самом деле "практикующими мусульманами", т.е. активными и более или менее осведомленными в вопросах веры, ритуалов, религиозного этикета являются всего около 2% казахстанского населения. Если брать саму мусульманскую общину, то духовенство и практикующие мусульмане составят в ней не больше 20-30%.

Итак… Сегодня типичный среднестатистический казах (назовем его Кайрат; распространенное имя в советское время) не знает и не читает намаз, а только по пятницам с толпой идет в мечеть, чтобы его духовно "обслужили", т.е. почитали Коран за души предков и дали "бата" (благословение). Его жена и дочери не носят на голове платок и ходят, выражаясь по-древнерусски, "простоволосыми". Кайрат едва знает пару священных формул из Корана, это - "бисмилляхи рахмани рахим" и "ля илляха илля алла" (хотя знание последнего - под сомнением). А еще он путает слова "иман" (вера) и "имам" (мулла, мусульманский священник).

Наш герой полагает, что в ночь "Кадыр туни" (араб. "ляйлят ал кадр") месяца Рамадан по домам ходит "волшебник" Кыдыр Ата, т.к. слова Кыдыр (Хидр) и кадр (судьба) фонетически схожи. В целом, он не понимает и не желает вникать в суть различных сакральных историй, ритуалов и праздников. Также Кайрат представляет Бога человекообразным духовным существом, живущим на "седьмом небе", поэтому в своей речи употребляет возникший в среде бабушек советского духовного "подполья" словесный оборот "Кудайдын кози тузу болсын" ("пусть глаза Бога смотрят прямо") и т.п.

Кстати, о других религиях обычный казах-труженик не имеет вообще никакого представления, и что смешно (хотя должно быть грустно), в нем все еще живет инстинктивный страх предков перед словом "Иисус Христос" и "Библия", а при слове "буддизм" он тоже нахмурится, не желая далее ничего слушать, пробормотав дежурное казахское "Кудай сактасын!" (упаси Боже, т.е. от такой религии). Он не научен, разумеется, культуре межконфессионального общения и поведения (ежегодные съезды лидеров мировых религий, к сожаленью, не решают эту проблему масс).

Что касается мусульманской этики, то Кайрат еще не отказался от алкоголя и курения, хотя, возможно, старается бросить. Он также не считает смертельным грехом "зина", т.е. прелюбодеяние (большая часть мужчин-казахов, прежде всего богатые, занимающие высокие государственные должности, имеют молодых любовниц, брак с которыми остается незаконным как с точки зрения государства, так и шариата), а также дачу и получение взяток ("пара")…

(продолжение следует)

Назира Нуртазина