Президент Сооронбай Жээнбеков заявил о том, что 2019 год объявлен годом цифровизации страны, Всемирный банк на эти цели выделяет республике кредит в сумме 50 миллионов долларов. Хотелось бы высказать ряд замечаний, что в вопросах цифровизации делать не желательно, основываясь на опыте внедрения цифровых технологий в России.

Бывший министр связи РФ Никифоров усилено продвигал проект выдачи бесплатных пластиковых карточек, носителей трех видов информации: водительских прав, медицинского полиса, полиса пенсионного страхования. Данный проект широко рекламировался в СМИ, отображался положительный опыт внедрения этих карт в ряде регионов, тем более, что для получения карты необходимо было только подать заявление.

Вопрос в другом: каким образом использовать карту?

Для того чтобы идентифицировать документ по карте, необходимо открыть терминальную сеть в каждой патрульной автомашине ГИБДД, в каждой регистратуре поликлинике, больнице, у каждого работодателя по СНИЛС. Расходы по внедрению проекта обойдутся бюджету в сотни миллиардов рублей. Понадобились годы для того, чтобы в 2017 году Государственная дума отменила эту не нужную затею.
В вопросах развития цифровой инфраструктуры главным является то, что любой проект должен повышать производительность труда. Если в каждой амбулатории или фапе поставили компьютер, от этого производительность труда не возросла.

В настоящее время в ряде регионов России внедряются электронные больничные листы. Хорошо это или плохо? Во-первых, электронный больничный лист отправлять работодателю будет тот же работник, который сейчас выписывает этот лист на бумажном носителе, ни врач, ни медсестра этого делать не будут. Во-вторых, на сегодня еще ни у каждого работодателя, особенно в сельской местности, есть свой сайт или электронный адрес. Вывод заключается в том, что от этой затеи также никакого роста производительности труд не будет, усилится только «нервотрёпка». Поясню почему?

Для того чтобы индивидуальному предпринимателю в России закрыть свое дело надо обратиться с заявлением в межрайонную налоговую инспекцию или в районный многофункциональный Центр. Один из моих знакомых обратился в такой Центр, чтобы закрыть ИП – фермерство, заявление было принято, но через месяц пришел отказ налоговой службы.

Работники Центра вместо шифра 02 (фермерство), поставили шифр 01ИП для других сфер. Как итог, заявитель дважды за закрытие ИП уплатил государственную пошлину, а главное ему на месяцы задержали индексацию пенсии по старости, как бывшему работающему пенсионеру.

Другой пример. Для того чтобы поменять просроченные водительские права, необходимо оплатить государственную пошлину в размере 2000 рублей. Однако если заявитель зарегистрируется на очередь в портале госуслуг, то госпошлина уменьшается на 600 рублей. Парадокс этой дискриминации заключается в том, что в течении недели зарегистрироваться на сайте не возможно, а обмен прав в структурах ГИБДД только по субботам.

В ряде городов России внедряется оплата проезда в городском транспорте ведомственными электронными картами, по ним стоимость проезда снижена на 15 – 20 процентов. Здесь парадокс заключается в том, что очередность гашения предыдущего платежа по карте необходимо ожидать 5-6 минут, создается очередь, многие имея электронную карту вынуждены рассчитываться наличными, особенно а часы «пик».

Особенно отличается в вопросах того, чтобы не нарушая закона, «залезть» в карман потребителя сотовая связь. Оператор сотовой связи «МТС» в начале 2018 года рассылал пользователям СМС – срочно поменять существующий тариф, не объясняя причин такой смены, а с августа всех пользователей перевел на тариф, предусматривающий ежесуточное снятие с каждого счета по 5 рублей. Для того чтобы отключить этот тариф и перейти на другой, надо пользователю с паспортом явиться в операционный офис «МТС», которых не так уж и много на территории любого региона.

Другой пример, если пользователь выехал в другой регион России и не пользуется Интернетом, с него также ежесуточно МТС снимает 30 рублей и т.п. Россияне радовались, когда в крупных городах почтовые отделения перевели на оказание услуг в одно окно. Однако радость оказалась преждевременной. Внедренные почтовые программы часто зависают, не все операторы имеют соответствующую квалификацию, не подготовлены ресурсы для получения быстрой услуги. К примеру, купить конверт или получить письмо, надо отстоять всю очередь – 30 и более минут. Здесь парадокс заключается в том, что понеся большие расходы на внедрение цифровых программ, почта в основном работает по «старинке», посредством «живой» очереди.

В банковской сфере, оказание услуг в одно окно организованно лучше, однако пользуясь бесконтрольностью, некоторые операторы нарушают очередность в реализации полученных клиентами талонов.

Оплата квитанций ЖКХ всегда стоит на «последнем месте», клиента пригласят когда проедет реализация талонов по приему и выдаче денег и подобным быстрым в обслуживании, другим операциям банка.

Цифровые технологии очень слабыми темпами внедряются а сферу материального производства, где наблюдаются низкие темпы роста производительности труда, а выделяемые бюджетные средства не всегда реализуются в нужном направлении. Общеизвестно, что внедрение робототехники в первую очередь должно быть связано с любой производственной цепочкой. В автомобильных концернах Японии, где раньше в цехах трудилось 100 -200 человек, сейчас работает 2 оператора, работу выполняют роботы.

Однако, бюджетный научный Центр «Сколоково» реализует например, логистическую программу подачи автомобильных фур к складам разгрузки без водительского состава, который после рейса должен отдыхать. Неужели эти расходы кратно увеличат производительность труда?

Другой пример. Два месяца тому назад в Рязани так же за счет бюджета экспериментировали движение в городской черте автомобиля без водителя. Три года тому назад в Германии при испытании высокоскоростного поезда без машиниста, погибли два человека, робот «потащил» локомотив на красный цвет, после этого испытания прекратились.

Иногда складывается впечатление, что в вопросах реализации проблем цифровизации на первый план выступает не экономический эффект, а соревнование в том, кто больше израсходует бюджетных средств и «протолкнет эти расходы по статьям Программ Цифры.
Видимо в вузах страны была поздно введена дисциплина «Реинжиниринг бизнес процессов», что сказывается на молодых, растущих кадрах и масштабности приложения их сил.

На мой взгляд цифровой проект «Безопасный город» не должен «завязываться» на взимание штрафов за нарушение ПДД.

На днях, прошло сообщение, что в России за 11 месяцев текущего года по видиофиксации было выписано около 80 миллионов штрафов, ежегодно их количество увеличивается, хотя обстановка на дорогах остается сложной. Сумма штрафов, которая поступает в бюджет она не значительная, так как эксплуатацией видеокамер занимаются в основном частные коммерческие организации, к примеру в Подмосковье и других регионах или добровольные объединения казаков, во главе с их атаманами.

Предупреждающие знаки о том, что впереди висит видиокамера, установлены за 40- 50 метров, что проблематично в сбросе скорости, а треноги с видиокамерами устанавливаются на обочине дорог без всяких предупредительных знаков, то есть предусматриваются своего рода поборы с автоводителей, хуже того при нарушении нет световой вспышки камеры для водителя нарушителя
Для водителя, сложность вождения в городе заключается еще и в том, что надо постоянно наблюдать за показанием спидометра, отвлекаясь при этом за наблюдением за дорогой, что чревато созданием аварийной ситуации.

Штраф может прийти и за то, что водитель остановил автомобиль за разграничительной чертой СТОП перед светофором, то есть надо было ехать на желтый свет, переходящий в красный или тормозить за чертой и получить штраф. Хуже того бывают случаи, когда приходят суммы не обоснованных штрафов и их результат приходиться оспаривать в суде, а главное при низкой платёжеспособности населения, это причина социального напряжения в обществе.

Думается, что главное в "Безопасном городе" – это не фиксация нарушений ПДД, а безопасность нахождения взрослых и детей на улицах и площадях города в любое время дня и ночи.

Хотел бы обратить внимание на то, что любые затраты в реализации цифры, должны быть направлены прежде всего не на получение прибыли (любой ценной), а на повышение производительности труда.

Михаил Червонных, экономист, д.э.н