Зимняя советско-финская война 1939-1940 годов -- конфликт не международный. Это продолжение Гражданской войны двух составляющих единого, до 1917-го года, Государства Российского. К такому выводу я непроизвольно пришёл у воинского мемориала, посвящённого финским солдатам.

Мемориал находится в центре Лаппеенранты -- города, расположенного в нескольких десятках километров от российской границы. На чёрных мраморных плитах, с вписанными именами погибших финнов, увидел я русские фамилии. Вот какую информацию содержала одна из плит:

Ананьин Александр 1912 - 39
Андреев Александр 1910 - 40
Бородулин Алексей 1914 - 40
Елагин Николай 1905 - 39
Фокин Василий 1903 - 40
Эрикайнен Эйно 1910 - 40

Как ясно по датам, русские ребята родились в Великом княжестве Финляндском Российской империи. Жили в Лаппеенранте, откуда призвали их в армию уже как финских граждан. Погибли в Зимней войне. Присутствовали имена погибших и после 40-го, когда финские части с Вермахтом воевали против Советского Союза.

С погибшими в 1944-м неоднозначно. Став президентом Финляндии в августе 1944-го, Густав Маннергейм в сентябре заключил перемирие с СССР. А в октябре 1944-го Финляндия начала боевые действия против фашистской Германии. Поэтому не исключено: павшие в 44-м из тех, кто вели бои с частями Вермахта.

Имена погибших отражали яркий ситуационный трагизм. Он -- в психологическом состоянии ребят, сражавшихся со своими соотечественниками под красным знаменем. Разумеется, с высоты прошедших лет нам кажется всё понятным (заметим: кажется). А что тогда? Андреев Александр и Елагин Николай родились Лаппеенранте (Вильманстранде), бывшей в составе Российской империи с 1743 года. В 1917-м, в другой части империи, экстремисты-революционеры захватывают власть. Елагин с Андреевым, их родители, обоснованно узурпаторов в Петрограде законной властью не признали. Но Родина их находилась и там, за пределами Финляндии. В этом трагизм произошедшего для простых солдат: Андреева, Елагина, Фокина и тысячи других.

Трагизм ситуации охватывал не только этнических русских, но и многих финнов, не отделявших себя от России. Он присутствовал у финского маршала Маннергейма, державшего портрет Государя на рабочем столе до конца своих дней. Уместно здесь вспомнить о Гражданской войне в Финляндии в 1918-м. Правда, с революционным безумием в Суомисправились за несколько месяцев. Наводили порядок с помощью оставшихся на территории Финляндии частей бывшей Русской армии. В Лаппеенранте -- это 20-й драгунский Финляндский полк, офицеры которого покоятся на местном кладбище.

(Поразительна в связи с этим наша недостаточная внимательность к своему прошлому. Уникальный сборник -- "Финляндские драгуны. Воспоминания" с редчайшими иллюстрациями. Издавался лишь один раз в Сан-Франциско тиражом в 500 экземпляров. Его не найти в продаже. Зато полки книжных магазинов переполнены писаниной "Лжесуворова"-Резуна. Только в "Московском Доме Книги" в сентябре на продажу выставлено 22 наименования книг предателя).

Находясь у мемориала, знакомясь со списком погибших, я более реально осознал великую роль личности. Ведь прикажи Государь арестовать генералов Алексеева с Рузским в Ставке Русской армии в Могилёве и тогда история Отечества нашего сложилась бы иначе. Жизнь десятков миллионов была бы сохранена! А о событиях 1917-го в Петрограде мы вспоминали бы, как во Франции вспоминают 1871 год -- стеной на кладбище Пер-Лашез. 

Завершились мои размышления выводом категоричным: будь прокляты все революции с их кровавыми "буревестниками". Подави армия мятеж в Петрограде, и финн Эйно с русским Алексеем ежегодно, 25-го декабря, с внуками любовались бы красивым полковым праздником Финляндских драгун в Лаппеенранте. А в 2013-м мы вместе отметили бы 400-летие династии Романовых в единой и прекрасной стране. Однако история, как известно, не знает сослагательного наклонения. Извлечь из неё можно только уроки!

Устраханов Руслан