Неожиданно, и приятно Кыргызстан признан местом №1 для посещения туристами по версии издания BusinessInsider. В списке из 12 стран Кыргызстан обошел живописную Японию, колоритный Иран и даже Гренландию. «Дикие ландшафты» и «очарование, которое кроется в высокогорных зелёных «джайлоо» – так описывают Кыргызстан в статье.

В отчёте The Human Capital Report — 2015 Кыргызстан стоит на 44 месте по уровню человеческого капитала (71.82 баллов). Таким образом, по человеческому капиталу наша страна стоит выше ОАЭ (69.39 баллов), Китая (67.47 баллов), Турции (67.09 баллов) и даже Индии (57.62 баллов). На фоне пресловутого туристического потенциала страны и отдельных успехов Кыргызстанцев на международных творческих поприщах (кино, квн, мода, Всемирные игры кочевников и др) взгляд обывателя, не без тщеславия, воспримет эту информацию как факт успеха или же меру свершившихся достижений.

Но все это потенциальные показатели, которые склонны меняться в прямой зависимости от институциональной среды государства – системы законов и соразмерных механизмов их исполнения, благоприятствующих развитию общества. Как же мы будем “продавать” красоту нашей природы и расширять туристическую перспективу, имея кучу проблем с инфраструктурой, качеством услуг, безопасностью и т.п. Да и намного ли хватит этой красоты, когда мы продолжаем хищнически к ней относиться? Ну, а основу человеческого капитала составляет уровень образования, которую должна стабильно воспроизводить система эффективного образования. И она у нас не далеко успешная, к сожалению. Творческие прорывы кыргызстанцев, так, кстати, объяснила бы “теория пассионарности”, но она никак не снимает с повестки дня обеспечения долгосрочных побед на глобальной площадке так или иначе привязанных к институциональной среде.

Согласно исследованиям Transparency International по индексу восприятия коррупции Кыргызстан стоит на 123 месте из 167. На этой позиции находится также и Гамбия, Гватемала, Казахстан, Ливан и Мадагаскар с Восточным Тимором. Динамика коэффициента Джини (статистический показатель степени расслоения общества) показывает, что за последние пять лет неравенство в распределении доходов в Кыргызстане увеличилось.

Если в 2011 году этот коэффициент составлял 0,382, то в 2015-м он достиг уровня 0,408. Распределение общего объема денежных доходов в Кыргызстане складывается в пользу 20% населения с наибольшими доходами, у которых сконцентрировано более половины всех денежных доходов.

По данным Национального статистического комитета в 2016 году уровень бедного населения в Кыргызстане составлял 25.4%, или свыше 1.5 млн человек. (2014 – 30.6%, 2015 -32.1 %) Некоторые международные организации более пессимистичны в оценках. Согласно данным Азиатского банка развития (АБР), на данный момент за чертой бедности проживает треть населения республики.

И еще один показатель – по опросу Всемирного банка по индексу счастья (по крайней мере, среди стран СНГ) - в Кыргызстане живут самые счастливые люди.(!) Согласно данным исследований Евразийского банка реконструкции и развития (ЕБРР) за 2016 год люди с высоким уровнем дохода довольны жизнью примерно на 95%. Граждане со средним достатком удовлетворены жизнью на 85%, а с малым достатком - лишь на 20% меньше.(!!!)

Примечательно, что жители Западной Европы, согласно данным ЕБРР, удовлетворены жизнью лишь на 60%.(!!!) По оценке ЕБРР субъективное состояние (удовлетворенность жизнью) кыргызстанцев в первую очередь зависит от экономического статуса.

2014 году шведский политолог Йохан Энгвал презентовал своё знаковое исследование «Государство как инвестиционный рынок: осмысление коррупции в Кыргызстане». Основной вывод - за двадцать лишним лет независимости коррупция в Кыргызстане стала не просто одной из главных проблем, а самим «способом государственного управления»

- «На политическом уровне мы можем говорить о приватизации государства. Наиболее важным мотивом являются административные права, связанные с госдолжностью. Чиновники высшего и низшего звена покупают свои должности, чтобы получать еще большие доходы на свои инвестиции.- говорил Йохан Энгвал. - Методы возврата инвестиций различны – от хищений денежных средств на высоком уровне и продажи судебных решений до взяточничества сотрудников ГАИ, останавливающих машины для получения небольших платежей».

Аналитический центр «Биз Эксперт» привел авторский прогноз динамики рейтинга коррупции в Кыргызстане. Согласно ему, Кыргызстан придет к нулевому показателю коррупции только к 2085 году, при условии, если государство обеспечит выполнение текущих мер противодействия коррупции. Данный прогноз условен и не показывает потенциальные риски – с одной стороны институциональную слабость государства, с другой - “культурное отторжение” антикоррупционной идеологии - поскольку она связана с самим представлением о путях экономического и социального существования.

Говоря о социальном поведении надо указать что, жизненные ценности и установки часто приходят в противоречие с идеей государственности и социальной справедливости. На сегодня, основной жизненный императив – экономическое выживание индивида - при отсутсвии всякой регламентации и общих правил приводит к замкнутому кругу, в котором процветает коррупция. Согласно теории модернизации – экономическая модернизация ведёт к повышению жизненного и образовательного уровня населения и таким образом, согласно Ф.Фукуяме, освобождает людей от определённой разновидности страха, вызываемой существованием на грани “физического выживания”.

Можно сказать, что этот “страх” исторически – всегда был постоянным спутником кыргызского общества. Вплоть до 70-80 х годов 20 столетия - когда итоги индустриализации и плановой модернизации экономики СССР дали положительные результаты и “плоды” этой политики стали ощущатся в благосостоянии Киргизского ССР, экономическое производство фактически было экстенсивным т.е. традиционным,не были развиты инфраструктура и рынок. Период независимости начался с экономического кризиса, и до сих пор экономическая система не выстроена.

Таким образом, можно сказать, что ценности “личного облагараживания” исторически преемственны, и объясняют почему же диапазон потребностей в том числе социальных (умеренность, справедливость, социальная ответсвенность и др.) остаются в латентном состоянии (или же нивелируются). К примеру, вопросы доступа к власти и управления в социальной ментальности строго привязаны к экономическим благам и обеспечиваются кровнородственными, панибратскими, и другими не формальными связями, в то же время - выстраивают эти связи. В сложившейся системе ценностей власть - это высшая ценность. Вопросы доступа к власти, и использование власти рассматриваются неразрывно с понятиями избранности, элитарности, счастья. Власть - доступ к благам, т.е. коррупции и распределению ресурсов, при чем, власть, по крайней мере, на этом этапе, практически свободна от морали и других факторов общественного воздействия. Таким образом в этом стремлении к власти нивелируется принцип меритократии – власти достойных.(!)

Говоря о традиционной системе ценностей “ценности общего блага” конечно же заложены в традиционной этике кыргызов и выражены в понятиях “калыстык” (объективность, непредвятость, справедливость), “даанышмандык” (мудрость социальная), “кеменгердик” (умудренный опытом ) и других. Но при этом, на практике, ценности касающиеся “добродетели общественной” не определяют социальное поведение людей, и её влияние на политическую и социальную культуру является ничтожной.

“Все естественное - несправедливо” писал Анри де Монтерлан. Боязнь перемен, диктует застой и деградацию в “сложившихся устоях”. Социальная справедливость не может всегда обеспечиватся энтузиастами, или обездоленными или гражданскими организациями - она составляет саму суть деятельности государства. Социальная справеделивость – есть источник легитимности власти. Поэтому несмотря на вектор образцовой демократии “снизу”, мы неизбежно приходим к потребности “эффективного государства”, поскольку путь согласовывания интересов различных формальных и неформальных групп может спустить нас до “точки невозврата” и обречь на крах.

Уходя с поста президента А.Атамбаев публично объявил вступающего в должность нового президента С.Жээнбекова своим “близким и давним другом”. А вступающий в должность президент заявил что продолжит курс уходящего. Дружба сама по себе вещь хорошая. Но это заявление нельзя понимать без учета политического, да и культурного контекста. Это заявление как посыл на “моральную завязанность” нового президента с более амбициозным прежним президентом, как гарантию лояльности нового к политике прежнего, это заявление заверяет лояльность дружбой, как высшей и непререкаемой ценностью, стоящей по видимому выше добродетели государственной. (Здесь так кстати, всплывет образ Фемиды – абсолютно не вписывающейся в антураж современной действительности).

Не выпадая из контекста, напомним в каких политических условиях проходили выборы, какие громкие обвинения звучали в отношении первых лиц. Беря шире можно констатировать что в Кыргызстане все политики друзья, или же родственники, если нет – то друзья родственников. И вся номенклатура – завязана неформальными связями как по вертикали, так и по горизонтали. Политическая борьба обусловлена интересами сугубо меркантильными. Политической оппозиции, как явления борьбы альтернативных идей и ценностей развития – нет. Опять битый замкнутый круг.

Отец “Сингапурского чуда” Ли Куан Ю на вопрос, с чего начать реформы сказал «Начав бороться с коррупцией, первым делом посадите трех своих друзей. Вы знаете, за что, и они знают, за что».(!) И в действительности будучи идейным вдохновителем борьбы с коррупцией – основой реформ в Сингапуре – Ли Куан Ю ни кому не делал поблажек – меч правосудия коснулся и близких родственников Ли, и его соратников по политике. Говоря об уникальности Сингапурского опыта Ли Куан Ю говорил «Мы понимали, что если бы у нас были ресурсы соседних стран, мы бы пропали, т.к. мы не смогли бы предложить [миру] ничего уникального. Поэтому нам пришлось сделать что-то особое, и сделать это лучше, чем у других. Мы победили коррупцию. И это сработало».

В действительности за период с 1965 по 1990 годы, когда Ли непосредственно возглавлял сингапурское правительство, ключевой индикатор благосостояния — подушевой уровень ВВП в стране — вырос с $400 до $12,2 тыс.(!) До этого же страна была коррумпированной азиатской страной “третьего мира” с характерными проблемами. Вот что пишет Ли Куан Ю о проявлениях коррупции в Сингапуре “В некоторых сферах коррупция была организованной и приняла большие масштабы. В 1971 году БРК (Бюро по расследованию корруции) прекратил существование синдиката, состоявшего из более 250 передвижных полицейских патрулей, которые получали платежи от 5 до 10 долларов с владельцев грузовиков....

Таможенные чиновники получали взятки за «ускорение» проверки транспортных средств, перевозивших контрабанду и запрещенные товары. Персонал Центральной службы обеспечения (Central Supplies Office – правительственный департамент, занимавшийся заготовками и поставками) за определенную мзду давал заинтересованным лицам информацию о заявках, поступивших на тендер. Чиновники Импортно-экспортного департамента (Import and Export Department) получали взятки за ускорение выдачи разрешений..... Человеческая изобретательность практически бесконечна, когда дело касается конвертации власти в личную выгоду”. Несложно признать схожесть этой ситуации с тем как живет коррупция в Кыргызстане.(!)

В настоящее время Сингапур занимает лидирующие строки в мировых рейтингах: Transparency International Corruption Perceptions Index (CPI) 2016 - № 7 наименее коррумпированная страна в мире, № 1 наименее коррумпированная страна в Азиатско-Тихоокеанском регионе; BERI Report 2016 - Инвестиционный потенциал № 1; Doing Business Report 2017 by the World Bank - Легкость ведения бизнеса №2; WEF Global Competitiveness Report 2016-2017 Labour Market Efficiency - Эффективность и гибкость рынка труда № 2 в мире и № 1 в Азии.

Конфликтология объясняет причину конфликтов тем, что участники (стороны) начинают вести себя как оппоненты, потому, что у них разные цели или же они думают что цели разные.

В таких случаях отношения сторон конфликта портятся и приходят в конкурирующее состояние. Компромисс или же сотрудничество сторон возможно только при соглосовании целей, в итоге улучшаются и отношения. Конфликты – как явление, признак развития. Сотрудничество признак того, что есть понимание общих целей. Отсутствие и того и другого – плохой признак, признак того, что в общество нет политики – как публичной деятельности селекционирующей приоритетные цели, общество же живет по инерции, на основе сложивщихся уже отношений.

Азамат Бакиров