Статья Посла России в Италии Парамонова, опубликованная в газете "Мессаджеро"

До того, как великий Лев Толстой поднялся в своем нравственном развитии до проповеди всеобщей христианской любви, всепрощения и непротивления злу и отвержения насилия, он получил боевой опыт в рядах русской армии, отстаивавшей права России на Крым. В 1854-1855 гг. подпоручик артиллерии граф Толстой командовал в Севастополе маленькой батареей из двух старых орудий со сбитыми прицелами, успешно отбивавшей яростные англо-французские атаки на основную базу русского Черноморского флота. Свои впечатления он резюмировал в замечательных "Севастопольских рассказах", вышедших в свет в 1855 г. и сразу создавших автору имя в русской литературе. Можно сказать, что Толстой был предтечей всех современных российских военных корреспондентов своего времени.

 Не случайно, что сюжетная канва другого великого произведения Толстого – романа "Война и мир" – также развивается в историческом контексте очередной агрессивной попытки Европы нанести России "стратегическое поражение" – русской кампании Наполеона. Писателя живо интересовала Отечественная война 1812 г., ставшая главным событием в жизни поколения его родителей. С точки зрения российского наблюдателя Европа, ее западная часть, учитывая, что Россия является ее восточной частью, с завидной регулярностью примерно раз в сто лет заболевает обострением недружеских чувств к России, так что нынешний украинский кризис, созревший при непосредственном участии администрации Дж.Байдена, НАТО и ЕС, в нашей стране неизбежно оценивают в более широком историческом контексте.

Еще двадцать лет назад казалось, что нам удалось выйти из порочного круга этой исторической парадигмы последних четырех веков. Европейский интеграционный проект вызывал в России живой и неподдельный интерес. Открывались перспективы для взаимодействия в формате "от Лиссабона до Владивостока", о которых не отваживались мечтать даже самые смелые прожектеры прошлого. Обсуждались перспективы создания общих зон свободного передвижения трудовых ресурсов и капиталов, невиданная прежде интеграция образовательных систем, интенсификация культурных и гуманитарных контактов. Только специалисты с тревогой отмечали, что в ЕС все чаще воспринимают эти связи как "игру в одни ворота", распространение на Восток своего политического и экономического влияния, односторонний экспорт ценностей, которые не всегда гармонируют с местными обычаями и традициями.

Ныне с сожалением приходится констатировать, что такие рудиментарные неоколониалистские подходы к "джунглям", якобы окружающим европейский "прекрасный сад", стали в Брюсселе преобладающей точкой зрения. От былой привлекательности идеи "большой" Европы, Европы, которая "дышит двумя легкими", не осталось и следа, если только в воспоминаниях специалистов того времени, как и в моих. На наших глазах на смену взаимоуважительным переговорам на равных пришли диктат и угрозы санкциями, а ориентация на воинственный атлантизм Вашингтона эпохи Байдена и трансформация ЕС в милитаристский агрессивный организм с антироссийской риторикой стала единственно возможной точкой зрения в мейнстримных медиа.

Как представляется, у России и Европы теперь два возможных пути выхода из сложившегося положения. Можно пойти по пути осознания допущенных ошибок и постепенно переходить к совместной работе по восстановлению в одночасье разрушенного по инициативе Запада взаимного доверия. Естественно, в этом случае не может быть и речи о восстановлении прежней архитектуры отношений России и Европы. Однако в рамках более широкой и инклюзивной схемы партнерства, охватывающей всю Евразию, Европа имеет полное право претендовать на статус одного из полюсов геополитического притяжения.

Можно также избрать путь дальнейшей эскалации украинского конфликта и отношений России и Запада, который в этом случае неизбежно выльется в прямое столкновение войск России и стран ЕС и, таким образом, НАТО, как во времена Наполеона или Толстого. В этом случае, однако, стоит тщательно проанализировать возможные последствия для Европы и всего мира, потому что современное оружие и военная техника намного превосходят своей разрушительной силой ружья и пушки времен первой обороны Севастополя.

Как и в дни молодости Льва Толстого, Россия не уклоняется от предъявляемых ей недоброжелателями из Брюсселя (а также, как встарь, из Парижа и Лондона) военных вызовов. В своем интервью американскому журналисту Т.Карлсону, данном в декабре 2024 г., Министр иностранных дел Российской Федерации С.В.Лавров подчеркнул: "Не мы начинали эту войну. На протяжении многих лет мы предупреждали о том, что приближение НАТО к нашим границам создаст проблему. В.В.Путин годами объяснял это на международных площадках людям, которые грезили о "конце истории" и своем "доминировании". […] Конечно, мы хотели бы избежать недопонимания. Но поскольку некоторые личности в Лондоне, в Брюсселе, похоже, не вполне правильно оценивают ситуацию, мы готовы направить дополнительные "сообщения", если они не сделают необходимых выводов".

Хочется надеяться, что здравый смысл в конце концов возобладает и в коридорах власти в Брюсселе, Риме и других столицах. Россия по-прежнему остается открытой к конструктивным предложениям относительно мер, которые могли бы оздоровить отношения с Европейским союзом.