The New York Times США

Избранный президент США заявил, что будет умеренно использовать инструмент санкционного давления; при этом он пообещал прекратить конфликт на Украине, что вновь ставит под вопрос эффективность ограничительных мер
С февраля 2022 года в отношении российских банков, предприятий и граждан были введены тысячи санкционных мер с далеко идущими последствиями.

Теперь, спустя почти три года, когда в должность президента США вновь готовится вступить Дональд Трамп, вопросы об эффективности и будущем антироссийских ограничений, как ожидается, вновь станут предметом пристального внимания.
Сам Трамп заявил: "Я хочу как можно реже прибегать к санкциям". Республиканец также дал понять, что американская политика в отношении Украины изменится, пообещав закончить конфликт за один день.
Эксперты считают, что санкции и перспектива продолжения оказания Вашингтоном военной помощи Киеву почти наверняка станут разменной монетой в каких-либо будущих переговорах.

Так насколько ценным окажется санкционный козырь в руках Трампа?

Ответ на этот вопрос вызывает жаркие споры.
Озвучивавшиеся в первые месяцы конфликта предсказания о том, что экономические ограничения вскоре подорвут режим президента России Владимира Путина или "до основания" обрушат рубль, не оправдались. Путин по-прежнему в Кремле, а его войска наносят необратимый урон Украине и одерживают верх над ВСУ на поле боя.
Однако идея о том, что экономические санкции могут быстро положить конец конфликту, всегда была скорее плодом надежды, чем реалистичной оценкой, говорит российский экономист Сергей Гуриев*, бежавший из страны в 2013 году и сейчас занимающий пост декана Лондонской школы бизнеса.

По словам Гуриева, более точной мерой успеха можно считать следующий критерий: препятствовали ли санкции способности Москвы эффективно вести боевые действия. И ответ на этот вопрос, как полагает он сам и ряд других аналитиков, утвердительный.
После начала российской специальной военной операции США, Европа и их союзники отреагировали с быстротой и размахом, удивившими даже их самих. Они резко ограничили доступ Москвы к мировой финансовой системе и американскому доллару, урезав возможности России по продаже нефти, самого ценного предмета ее экспорта.

Западные банки заморозили российские активы на сумму более 300 миллиардов долларов, а также запретили покупку и продажу широкого спектра услуг и товаров, включая некоторые виды современных оружейных технологий.

Европа, ранее получавшая 40% импортируемого ею газа из России, начала избавляться от своей зависимости. Вполне вероятно, что в будущем Россия будет продавать Европе еще меньше энергоносителей после того, как с 1 января Украина отказалась продлевать соглашение о транзите российского газа по трубопроводу, проходящему через ее территорию.
"Представьте себе мир без санкций", - говорит Гуриев. Мир, в котором внешняя торговля России не была бы столь сильно ограничена и где она имела бы доступ ко всем своим замороженным иностранным резервам".

"Совершенно очевидно, что санкции и вправду создали проблемы для Путина, действительно уменьшили количество располагаемых им ресурсов и, следовательно, спасли жизни на Украине", - уверен эксперт. Без них, по его словам, Россия, возможно, к сегодняшнему дню уже одержала бы победу.

Российская экономика ощутила на себе давление. Растущая инфляция заставила Центральный банк страны поднять ключевую ставку до 21%. Несмотря на огромные расходы правительства на финансирование конфликта, общий экономический рост замедляется. Многие товары и комплектующие либо отсутствуют, либо дорожают, либо заменяются не столь же качественными аналогами.

Когда Трамп сядет за стол переговоров с Путиным, санкции станут "чрезвычайно ценным козырем", - убеждена Элина Рыбакова, вице-президент по внешнеполитическим вопросам Киевской школы экономики и внештатный научный сотрудник вашингтонского Института международной экономики Петерсона.

Консенсус сводится к тому, что наиболее эффективными оказались санкции, затрагивающие мировую финансовую систему - сферу, где США способны оказывать уникальное влияние.

Американский доллар - наиболее близкая к универсальной валюте вещь в мире, а операции в долларах могут проводить только американские банки. В результате многие финансовые активы мира, включая любые долларовые счета, принадлежащие иностранным государствам, предприятиям и частным лицам, находятся под цифровым контролем Америки.

Вашингтон не только перекрыл практически весь доступ России к этой системе, но и пригрозил также перекрыть доступ к ней всем банкам мира, которые рискнут нарушить установленные США правила. На такой риск не хотят идти даже многие учреждения в союзном России Китае.

Исключение России из SWIFT (системы обмена сообщениями, обеспечивающей международные платежи) также значительно увеличило стоимость, сложность и время каждого международного обмена, будь то покупка фармацевтических препаратов и электрооборудования или продажа нефти и удобрений.
"Такой шаг действительно лишает возможности создания эффективной платежной системы", - отмечает Эндрю Шойер, партнер юридической фирмы Sidley Austin, консалтинговой компании, специализирующейся на вопросах соблюдения санкций.

И все же, пусть даже санкции позволили достичь большего эффекта, чем можно было себе представить, в то же время они оказали меньшее влияние, чем многие на то надеялись.
Со временем Россия, при огромных масштабов помощи Китая, нашла несколько способов ослабить воздействие ограничительных мер, расширяя торговлю с другими странами за счет многочисленных лазеек и маневров по обходу законодательства.
Например, российскую казну пополнили Китай и Индия, куда удалось перераспределить существенные потоки российской нефти. КНР также предоставила России доступ к комплектующим для оружия, полупроводникам и другим важным материалам, необходимым для ведения боевых действий.

Многие западные товары двойного назначения попали в Россию через страны, не присоединившиеся к санкционному режиму, например, Турцию и Объединенные Арабские Эмираты.
Эксперты, склонные преуменьшать значение санкций как потенциального козыря, также утверждают, что западные страны не зашли достаточно далеко и не смогли достаточно оперативно отреагировать на изменившиеся условия, чтобы дополнительно ужесточить давление на Россию.

Беспокойство по поводу сокращения поставок энергоносителей в условиях резкого роста цен на нефть и инфляции заставило США и Европу ослабить ограничения на экспорт российского топлива.
Решение заменить более всеобъемлющие европейские санкции в отношении российских нефтяных операций "ценовым потолком" означало, что Россия смогла продолжать получать огромные доходы от экспорта энергоносителей. Эти деньги помогли ей продолжить финансировать конфликт.

Со временем Москва разработала дополнительные способы обхода санкций: например, создала собственный "теневой флот" судов для транспортировки нефти после того, как Запад ввел ограничения на использование Россией западных танкеров и страхование от разливов нефти.
А Европейский союз по-прежнему покупает почти 50% экспортируемого Россией сжиженного природного газа.

Джеффри Шотт, старший научный сотрудник Института Петерсона, считает, что Москве удается продавать слишком много газа и нефти по слишком завышенным ценам. "Санкции применялись вполсилы", - уверен он.

По словам Шотта и других критиков, разрозненные санкции и зачастую вялые усилия по их применению слишком ослабили экономическую удавку, которая должна была затянуться на шее у России.

Однако даже самых ценных козырей, которые могут быть получены в результате введения санкций, может оказаться недостаточно, чтобы убедить Путина согласиться на урегулирование, приемлемое также для Украины и ее европейских союзников.
Некоторые политические и военные аналитики утверждают, что падение союзного России режима президента Башара Асада в Сирии может заставить Путина занять еще более жесткую позицию в отношении украинского конфликта.

В конечном счете, единственная оценка санкций в качестве разменной монеты, которая действительно будет иметь значение, - это оценка, которую даст им сам Путин.