Уже почти год турецкий президент не может увидеться с российским визави. Последняя очная встреча Реджепа Тайипа Эрдогана и Владимира Путина прошла в Сочи в весьма напряженной обстановке. И вот, наконец, встреча лидеров произошла.

Все это время, хотя стороны и отмечали прогресс в торговле, энергетике и инвестициях, а перед президентскими выборами в Турции Путин поддержал продление важной для Эрдогана зерновой сделки, но на памяти еще были свежи воспоминания о переданных Украине "азовцах"*, одобрении членства Швеции в НАТО и других прозападных жестах Анкары. Эрдоган очень надеялся на дальнейшее продлении зерновой сделки, но Путин объяснил ее бессмысленность.

Тем не менее с начала 2024 года турецкая сторона очень ожидала визита Путина. Поездка постоянно откладывалась. То по причине выборов, то из-за трудного расписания президентов.

Но что-то подсказывало, что дело не только в президентских выборах в России и муниципальных в Турции, которые правящая партия проиграла. Ведь нашел же Путин время для поездок в Саудовскую Аравию, Эмираты, Беларусь, Китай и довольно экзотичные КНДР и Вьетнам. В двух последних странах российский президент не появлялся очень давно, а поездки в Турцию до СВО были чуть ли не регулярными.

Что же стряслось в отношениях двух стран на самом деле? Ответ кроется в попытках Турции восстановить пошатнувшиеся связи с Западом. Кремль никогда и не рассчитывал на выход турок из НАТО, но дрейф Эрдогана в сторону ЕС и США начал сказываться на экономических интересах России.

На Петербургском экономическом саммите Путин, наверное, впервые публично заговорил об этом. Он напомнил, что Украина, с которой Турция пытается строить партнерские отношения, периодически пытается атаковать важные для турецкой энергетики трубопроводы "Голубой поток" и "Турецкий поток".

Тогда же в Питере президент России коснулся и ставшей злободневной для российского и турецкого бизнеса темы финансов. "Мне кажется, что экономический блок правительства в Турции в последнее время делает упор на получение кредитов, инвестиций, на получение грантов из западных финансовых институтов. Наверное, это неплохо. Но если это связано с ограничениями торгово-экономических связей с Россией, то потерь для турецкой экономики будет больше, чем приобретений. На мой взгляд, такая угроза существует", - отметил российский президент.

Действительно, слова Путина подкреплены фактами. Товарооборот в этом году упал на один процент, на что российский президент и обратил внимание уже на встрече в Астане. Из средств массовой информации известно, что турецкие банки отказываются от взаимодействия с российскими, и некоторые из них начали закрывать счета компаниям из России.

В западных газетах периодически всплывали доносы на турок за поставку в Россию товаров двойного назначения - станков, электродвигателей, насосов. И теперь Турция такие поставки сократила.

Поведение турецкого правительства понять тоже можно. Ведь с начала СВО Минфин США постоянно угрожал стране санкциями за бизнес с Россией. Турция долгое время пыталась эти угрозы игнорировать, придумывала обходные схемы и благодаря этому сумела поднять товарооборот до 65 млрд долларов. Но в мае–июне США все-таки ввели санкции против десятков турецких фирм.

Европа и США дают понять Эрдогану, что, если он хочет оживить находящуюся в кризисе лиру, нужно сомкнуть натовские ряды в политике санкций. Но проблема подобного выбора - это результат многовекторной политики Эрдогана, политики сидения на многих стульях.

Путин думает прежде всего о российских интересах, и поведение турецких властей ему не нравится, о чем он и сообщает своему коллеге через прессу.

На очной встрече в Казахстане Путин и Эрдоган, во всяком случае под камеры, не стали зацикливаться на плохом. И это правильно. Ведь президенты встречались на полях Шанхайской организации сотрудничества, которую, как и БРИКС, Путин преподносит миру как альтернативу евроатлантическим системам и однополярному миру.

Да и, по правде говоря, позитивных моментов в отношениях между Москвой и Анкарой достаточно много, чтобы сгладить шероховатости из-за санкций.

Сейчас лето, курортный сезон, поэтому и Путин, и Эрдоган сфокусировались на туризме. За прошлый год Турцию посетили рекордные 6,3 млн российских граждан. Путин поблагодарил Анкару за создание хороших условий для наших туристов, а Эрдоган сказал, что придает важное значение взаимодействию в этой отрасли.

В отличие от Путина турецкий визави решил преподнести экономическое взаимодействие стран с точки зрения "стакана, который наполовину полон". Оно и понятно, ведь проблемы в торговле - вина турецкой стороны, а не российской.

Товарооборот - $55 млрд, воскликнул Эрдоган, напомнив о готовности довести его до $100 млрд. Взаимная торговля дошла до рекордных показателей благодаря игнорированию Турцией санкций, но при текущем поведении турецких банков едва ли возможно в ближайшей перспективе удвоить обороты.

Правительствам неплохо было бы найти способ сдержать дальнейшее падение. Один из способов подсказал присутствовавший в Астане вице-премьер Александр Новак: "Мы переходим на расчеты в национальных валютах, в частности, в первую очередь это рубль, а также национальные валюты наших стран-партнеров - если говорить о Турции, то это турецкая лира".

Следующим этапом, по оценке Новака, станут клиринговые платежи, а в будущем и переход к цифровым валютам.

Где уж точно у России и Турции полный порядок, так это энергетика. Наряду с поставками нефти и газа (по двум трубопроводам) это продолжение строительства АЭС "Аккую" и планы на возведение второй атомной станции "Синоп". По этим темам министерства энергетики, а также концерны "Газпром" и Botas находятся в постоянном контакте, сказал Эрдоган.

Но даже в жемчужине российско-турецкого бизнеса есть проблемы. Это не только попытки обстрелять черноморские газопроводы, но и санкции против "Аккую". Подробнее о них поведал гендиректор "Росатома" Алексей Лихачев. Третьи страны то и дело нарушают логистику и мешают взаиморасчетам, сказал он.

В рамках часовой встречи на полях многостороннего саммита обсудить все темы не хватает времени. Поэтому Эрдоган напомнил Путину о своем приглашении в Турцию, а тот сообщил, что принимает его с "удовольствием".

Полноценная двусторонняя встреча больше всего сейчас в интересах Анкары. Во-первых, потому что Эрдоган давно пытается организовать визит Путина, а если он не состоится, то это может быть расценено как потеря престижа и преференциальной роли Турции во внешней политики России. Во-вторых, есть двусторонние вопросы и экономического, и геополитического характера, которые лучше решать тет-а-тет.

И, в-третьих, Эрдоган уже принимал у себя Владимира Зеленского. Визит Путина - это часть дипломатии по турецкому посредничеству в урегулировании конфликта. В идеальном для Турции сценарии ее усилия должны были бы в конечном итоге увенчаться прямой встречей Путина и Зеленского где-нибудь в Стамбуле или Анкаре. Тогда Турция могла бы пожинать лавры миротворца. Однако на этом треке Эрдогану пока нечем похвастаться.

Более того, под занавес ШОС пресс-секретарь Кремля чуть ли не устранил Турцию из посредничества, сказав журналистам, что Анкара "не может быть" посредником. Казалось, что между Путиным и Эрдоганом успела пробежать черная кошка по имени то ли Зеленский, то ли Байден. Но спустя пару часов Дмитрий Песков недоразумение урегулировал: Турция не может быть посредником, потому что к миру не готова Украина.

Если говорить об итогах встречи, то главный результат ее в том, что она состоялась. Для Путина в последнее время все очевиднее становятся попытки Эрдогана помириться с Западом даже ценой торговли с Россией.

Но участие турецкого президента на саммите ШОС и заявления о стремлении Анкары присоединиться к этой организации (и БРИКС) оставляют надежды на то, что Турция будет все-таки маневрировать и не капитулирует полностью перед антироссийской политикой НАТО.

Что до визита Путина в Турцию, то его дата, как и перспективы турецкого посредничества на Украине, еще неясна. Но Эрдоган не теряет надежды. По возвращении из Астаны он заявил, что "на Западе есть страны и сегменты, которые придерживаются подхода, который прокладывает путь к третьей мировой войне", но Турция готова внести свой вклад в создание и защиту почвы для мира, "как мы это делали до сих пор".

Однако в ближайшие дни у Эрдогана будет повод отвлечься от переживаний о роли турецкого посредничества в предотвращении третьей мировой. 6 июля футбольная сборная Турции поборется с Нидерландами за право выхода в полуфинал Евро-2024.