Сегодня в Самарканде состоится первый саммит "Центральная Азия - Европейский Союз". Специальный представитель Евросоюза Эдуардс Стипрайс рассказал в эксклюзивном интервью агентству Kazinform о повестке саммита и его значении для обоих регионов.

- Расскажите подробнее, какие вопросы будут обсуждаться на саммите? Какое политическое значение он имеет для Центральной Азии и ЕС?

- Я считаю, что саммит имеет огромное значение, поскольку это будет первый саммит, на котором все пять лидеров Центральной Азии встретятся с руководством ЕС - президентами Европейского совета и Европейской комиссии. Мы рассматриваем это как партнерство в областях, представляющих общий интерес для обоих регионов, поскольку мы рассматриваем Центральную Азию как важного партнера в экономическом развитии, так и политическом диалоге.

Кроме того, Центральная Азия - как следует из ее названия - центральная. Она находится в самом центре Евразии и обеспечивает связь как в направлении Восток - Запад, так и Север - Юг. Этому будет посвящено обсуждение в Самарканде: связям, сотрудничеству в области критически важных сырьевых материалов, взаимодействию по вопросам окружающей среды, водных ресурсов, изменения климата, а также, разумеется, ситуации с безопасностью в регионах. Мы планируем обсудить эти темы и наметить своего рода дорожную карту для дальнейшей совместной работы.

- По Вашему мнению, как развивается сотрудничество между странами Центральной Азии в рамках ОДКБ, ШОС и других региональных организаций?

- На мой взгляд, для нас самое важное - это усиление внутреннего сотрудничества и интеграции в Центральной Азии. В последние годы в этом направлении происходят очень позитивные изменения. Регулярно проводятся консультативные встречи лидеров региона, они проходят на разных уровнях - на министерском, экспертном и других. В ходе этих встреч обсуждаются вопросы, представляющие общие интересы для стран Центральной Азии. Я считаю это крайне важным.

Кроме того, существуют различные международные площадки, в которых участвуют как Европейский союз, так и страны Центральной Азии. На самом деле, вашим странам остается решать, на каких площадках они найдут те цели, которые они перед собой ставят, и которые принесут им наибольшую пользу.

Мы знаем, что не все страны входят в организации: одни являются полноправными членами, другие - наблюдателями. Это решение принимает каждая страна самостоятельно. Разумеется, существуют и ключевые международные организации, где мы представлены вместе - такие как ООН или ОБСЕ.

Я думаю, там у нас есть возможность взаимодействовать и совместно работать над достижением общих целей, в том числе в вопросах сохранения и поддержки международного порядка, основанного на правилах.

- Следующий вопрос касается экономики. Какие европейские инвестиционные проекты сейчас реализуются в Центральной Азии?

- Пожалуй, стоит начать с того, что европейские инвестиционные проекты можно разделить на два направления. Я имею в виду, что Европейский Союз как организация реализует наши программы сотрудничества со странами ЦА, поддерживая экономическое, социальное развитие и вопросы, связанные с общими интересами, такими как водные ресурсы, климат и окружающая среда. Важную роль играет и развитие связности, например, есть европейская программа Global Gateway. ЕС выделил на эти цели до 550 миллионов евро.

И, конечно, инвестиции как таковые в экономику, в компании, в создание рабочих мест - это то, что делают частные инвесторы. Здесь важно отметить, что в целом ЕС является вторым по значимости торговым партнером Центральной Азии. Если я не ошибаюсь, около 40% всех иностранных прямых инвестиций в регионе поступает из Европы.

Таким образом, ЕС представлен в регионе как через частных инвесторов в ключевых секторах экономики, так и через инициативы Евросоюза, способствующие развитию экономики и улучшению транспортных связей между нашими регионами. При этом, говоря откровенно, недостаточно просто производить товары - необходимы внешние рынки и доставка продукции на эти рынки. Поэтому для развития двусторонней торговли крайне важно, чтобы торговые маршруты были открыты, функционировали и совершенствовались, обеспечивая бесперебойное движение товаров между двумя нашими регионами.

- Продолжая эту тему. Какие сектора экономики Центральной Азии сейчас наиболее привлекательны для европейских и международных инвесторов?

- Думаю, что не открою ничего нового, если скажу, что на сейчас наибольший интерес представляют критически важные сырьевые материалы. Европейский Союз и его государства-члены, а также мировое сообщество стремятся достичь климатических целей, связанных с переходом к более зеленой экономике. Страны Центральной Азии, включая Казахстан, также взяли на себя обязательства в этом направлении. Очень амбициозные цели, должен сказать, и мы им очень благодарны, потому что это глобальная проблема, и решать ее нужно совместно.

Для этого нам необходим переход к возобновляемым источникам энергии. Это подразумевает потребность в большом количестве различных сырьевых материалов, в основном металлов, чтобы производить больше аккумуляторов, а также оборудование для выработки электроэнергии, например, солнечные панели, ветрогенераторы и так далее. Нам нужна медь для прокладки кабелей, соединяющих генерирующие мощности с потребителями. Я бы сказал, этим была нефть в XX веке. В XXI веке то, что мы называем критически важным сырьем, является новой важнейшей областью. Оно необходимо нам в осуществлении зеленого перехода.

- Каковы текущие перспективы расширения экономического сотрудничества между Центральной Азией и ЕС?

- Я думаю, что в Центральной Азии существует потенциал, который еще не в полной мере раскрыт с европейской стороны. Откровенно говоря, на протяжении десятилетий как европейские инвесторы, так и европейские потребители обращали внимание на других производителей. Я имею в виду крупных игроков, таких как Китай, находящийся к востоку от вас, Юго-Восточную Азию и другие регионы, которые поставляют многие товары, в то время как Центральная Азия так же обладает огромным потенциалом для производства этих товаров. У вас есть доступная рабочая сила, и, что важно, эта рабочая сила достаточно квалифицирована и хорошо образована. У вас есть сырье, как-то, которое вы можете добыть из земли, так и то, которое вы можете вырастить здесь. Это касается как промышленных товаров и текстиля, так и продуктов питания. Есть товары, которые могут и должны проникнуть на европейские рынки, и европейские потребители должны иметь возможность наслаждаться тем, что производится здесь, в Центральной Азии.

- Один из секторов, о котором мы еще не говорили - это технологии. Казахстан активно развивает сферу ИИ. Есть ли у ЕС программы поддержки стартапов и инновационных технологий в Центральной Азии?

- Стартапы чрезвычайно важны, так как они могут совершить прорыв, когда уже устоявшиеся и крупные компании не решились бы рискнуть. Нам нужны молодые и амбициозные люди, готовые рисковать, не бояться этого и вносить инновации. У нас нет конкретной программы, ориентированной исключительно на стартапы, но есть программы, направленные на поддержку малого и среднего бизнеса.

Откровенно говоря, во многих случаях стартапы являются либо малыми, либо микропредприятиями. Они могут в полной мере воспользоваться уже доступными в Центральной Азии возможностями. Возможно, им необходимо больше информации об этих возможностях или даже тренингов и другой поддержки. Мы не инвестируем деньги непосредственно. Это скорее сфера для частных инвестиционных фондов. Думаю, что поскольку рынки в США и Европе становятся более насыщенными, венчурные капиталисты начинают искать возможности в других регионах.

Центральная Азия в этом плане обладает огромным нераскрытым потенциалом. Все, что нужно - это немного маркетинга.

- Недавно было объявлено, что Казахстан начнет экспортировать свой мед в ЕС. Планирует ли ЕС поддержать казахстанских производителей в сертификации их продукции по европейским стандартам? Рассматривает ли Евросоюз возможность предоставления технической или финансовой помощи казахстанским пчеловодам для адаптации их продукции к требованиям европейского рынка?

- Прежде всего, я должен поздравить Казахстан с тем, что он обеспечил доступ своего меда на европейский рынок. Во-первых, и это очень важно, мы не оказываем какую-то особую услугу. Нет. Просто любой производитель может получить доступ к европейскому рынку, если они соответствуют, иногда очень строгим, правилам в области здоровья и безопасности, особенно для продуктов животного происхождения. И я должен сказать, что Казахстан экспортирует не только мед, мясо и молочные продукты, но и выловленную в дикой природе рыбу. Я знаю, что Казахстан теперь хочет расширяться в сфере аквакультуры, помимо мяса и молочных продуктов.

Европейский Союз предоставляет помощь в виде необходимого обучения, необходимой документации для казахстанских властей и контрольных органов, потому что самое важное - это чтобы ваши собственные ветеринарные службы, ветеринарный контроль работали как должно, и чтобы система была надежной. И, конечно, мы предоставляем необходимое обучение, если нужно, пчеловодам, а также и другим сельскохозяйственным производителям, чтобы они знали, какие моменты нужно соблюдать. Например, чтобы избежать загрязнения меда различными сельскохозяйственными химикатами или осадками от промышленного загрязнения.

Мы предоставляем поддержку не отдельным фермерам, а фермерским организациям в тех странах Центральной Азии, которые, честно говоря, не так развиты в экономическом плане, как Казахстан. Например, они также получают выгоду от преференциальной системы доступа к тарифной системе Европейского Союза, именно потому, что это своего рода помощь в развитии. В Казахстане, я думаю, эти производители могут получать такие средства и на местном уровне. Я уверен, что существует такая возможность. Мы готовы и уже предоставляем по запросу техническую помощь. Я очень оптимистичен по поводу появления казахстанских продуктов на полках европейских магазинов в ближайшие годы.

- Будут ли экспортироваться другие казахстанские продукты в ЕС? Есть ли предварительные соглашения по этому поводу?

- Это зависит от частных операторов. Я не в курсе, но, например, в Европе я уже видел казахстанские дыни. Это всего лишь один пример, который показывает, что любой продукт, при условии, что производители соблюдают определенные правила, можно экспортировать на европейский рынок. И опять же, иногда может потребоваться немного маркетинга.

Затем, конечно, нужно подумать, из-за существующих расстояний, какую продукцию стоит транспортировать. Потому что транспортные расходы, конечно, также повлияют на конкурентоспособность вашей продукции, особенно если речь идет о сельскохозяйственных товарах.

Есть один продукт, товар, который присутствует на европейском рынке уже несколько лет, если не десятилетий, и, конечно же, это казахстанское зерно. Я знаю, что некоторые растительные масла, произведенные здесь, доступны в Европе. Вопрос лишь в том, имеет ли экономический смысл казахстанским экспортерам отправлять свою продукцию в Европу из-за расстояния, из-за цены. Я думаю, все продукты будут приветствоваться. Все зависит от того, что имеет смысл для операторов.

- Одним из ключевых направлений сотрудничества наших регионов является переход на зеленую энергетику. Как Вы оцениваете перспективы развития ядерной энергетики в регионе, например, планы Казахстана по строительству атомной электростанции?

- Я думаю, самое важное - это действительно придерживаться наших обязательств по борьбе с изменением климата, чтобы минимизировать его влияние на нашу повседневную жизнь.

В последние годы изменение климата преследует нас. Это не всегда означает более жаркое лето и теплые зимы. Я бы сказал, что из-за изменения климата мы наблюдаем все более частые экстремальные погодные условия, такие как прошлогодние паводки в Казахстане, а также в Европе, где мы сталкиваемся с периодами сильной жары и засухи, а затем внезапными проливными дождями, вызывающими наводнения.

Я считаю, что самое важное - это обеспечить зеленый переход, для которого одним из самых технологически простых решений является возобновляемая энергия. Но, конечно, это требует некоторых первоначальных инвестиций.

Что касается ядерной энергетики, она существует в Европе. Честно говоря, у Европейского союза как организации нет единого мнения по этому вопросу, потому что каждая страна-член самостоятельно решает, использовать ее или нет. Есть страны, такие как Франция, которые в значительной степени зависят от атомной энергии. Есть страны, которые запрещают ее использование в своем энергетическом балансе. Это решение остается за каждой страной.

На чем Европейский Союз фокусируется как союз, как организация, так это на ядерной безопасности. Потому что для нас ядерная безопасность, безопасное обращение с ядерным топливом, а также используемые технологические процессы имеют первостепенное значение. Мы до сих пор в Европе, да и не только в Европе, но и в других частях света, живем с последствиями Чернобыльской катастрофы 1986 года. Также все помнят недавнюю аварию на Фукусиме (2011 год).

Мы бы сказали, что самое главное - это безопасность. Мы не против ядерной энергетики. Многие наши страны успешно ее используют и даже строят новые реакторы. Конечно, реакторы нового поколения гораздо безопаснее старых. Я считаю, что атомная энергетика имеет место быть, но каждая страна должна сама решать, в какой степени ее использовать.

- По Вашему мнению, какое будущее ждет сотрудничество ЕС и Центральной Азии?

- Я вижу очень светлое будущее. Наше сотрудничество не является чем-то искусственным, когда можно подумать: "Ок, это нужно для символических целей или еще чего-то", потому что в таком случае оно просто зачахло бы. Здесь же у нас есть огромный взаимный интерес к совместной работе. Я считаю, что у Европейского союза налажено очень хорошее сотрудничество с каждой страной Центральной Азии и регионом в целом. Поскольку Центральная Азия все больше утверждает себя как целостный регион, партнерство будет еще более плодотворным.

Мы видим огромный потенциал во внутренней интеграции Центральной Азии, смотря на наш собственный пример. Европейский союз начинался более 70 лет назад как объединение угля и стали, а теперь превратился в один из сильнейших экономических и политических блоков в мире.