Как утверждают многочисленные политологи и экономисты, с началом военной операции на Украине мир кардинально изменился и прежним уже не станет. По их мнению, одним из основных трендов нового мироустройства станет отход от глобализации и создание различных союзов «по интересам». Уже обозначились центры будущего многополярного мира: слабеющие США, находящийся на пике своей экономической мощи Китай, дряхлеющий ЕС, Индия, которая по некоторым прогнозам к 2050 году обгонит Китай.

Сможет ли Россия стать еще одним полюсом силы или она просто сменит свою роль сырьевого придатка Запада на Восток, во многом зависит и от итогов войны. После распада СССР деиндустриализация России, потеря многих решающих технологических навыков и производств, обязательных для действенного статуса сверхдержавы, в некоторой мере связана с разрушением производственных связей с украинской промышленностью. Если индустриальный пояс Украины вновь окажется в российской сфере влияния, то она сможет выйти если и не на советский, но вполне самодостаточный уровень.

В условиях фрагментированного мира для нашей страны идеальным, конечно, был бы вариант оказаться частью (полноправной частью, учредителем, акционером) одного из центров силы, субъекта мировой политики, а не объектом приложения их экономической и политической мощи. Очевидно, что и с исторической, и географической, и экономической точки зрения ни США, ни Европа не ждут и не примут Кыргызстан в свой ближний круг. Мы не должны обольщаться и строить несбыточные планы, что когда-нибудь сможем попасть в члены западного клуба. Им проще и дешевле, со своим богатым колониальным опытом, как делали и делают сейчас с такими странами, скупить элиты без всяких обязательств (Чего стоит только наглядный пример Афганистана). 

Нам остается только два реальных варианта: Китай или Россия. Как уже выше отмечалось, вполне возможна вероятность, что в китайской сфере влияния мы можем оказаться вместе с Россией, но очень бы этого не хотелось. Не знаю, как сейчас китайцы относятся к своим «подневольным друзьям», но как человек, интересующийся историей, знаю, что у них в национальном сознании, как и у других стран с многочисленным населением, под влиянием тысячелетий жизни в скученных условиях выработалось некоторое равнодушное (политкорректное определение) отношение к человеку. На первом месте земля и другие природные ресурсы, а не люди. 

В этом отношении у русских и других народов, населяющих сейчас Россию, как и у кыргызов и кочевников Центральной Азии, самым ценным ресурсом был человек. Раньше в прямом, материальном смысле, который со временем развился уже в альтруистическом русле. В этом наше ментальное сходство с русскими и отличие от китайцев. Также можно добавить, что если следовать учению Гумилева, то мы, как и большинство этносов бывшего СССР, относимся к одному суперэтносу Золотой Орды. (Кстати, если бы Сталин был знаком с этой теорией и всерьез воспринял ее, то он бы не свел западных и восточных украинцев, представителей разных суперэтносов, в одну республику). 

Кроме такого нетрадиционного исторического обоснования, можно привести и весьма убедительную экономическую причину. Если наша самая весомая статья экспорта — золото, в лучшие годы еле доходила до 1 млрд долларов, и теперь резко снижается, то экспорт рабочей силы в Россию составляет 2,5 млрд (это только переводы в Кыргызстан, сюда нужно смело прибавить и расходы на потребление наших трудовых мигрантов в стране пребывания), и имеет постоянную тенденцию к росту. Наши сограждане уже давно ногами проголосовали и поддержали союз с Россией. Действительно, если нашим самым ценным внешнеэкономическим товаром является рабочая сила, то она востребована в подавляющем большинстве случаев только в России. 

Так как Россию, в первую очередь, интересуют наши трудовые ресурсы, т. е. по-другому, наши кыргызские граждане, наши интересы тут на обозримое будущее совпадают. Например, обучая своих работников, они повышают их квалификацию, по-нашему, дают им образование. Обеспечивая их медицинской и социальной страховкой, помогают нашему здравоохранению и Соцфонду и т.п, и т. д. При этом у них не может быть никакого нездорового интереса к нашим природным ресурсам. 

Ладно, скажете вы, союз с Россией выгоден нам, отвечает взаимным интересам, но сможет ли она если и не победить, хотя бы устоять в экономической войне с Западом? С кем мы собираемся дружить, если не сегодня-завтра ее экономика будет разорвана в клочья, а затем наступит и политический крах? Утверждая, что у нее нет никаких шансов, обычно сравнивают, в первую очередь, экономический вес антироссийской коалиции (ок 70% мирового ВВП) и российский (2%). Для того чтобы ответить на этот вопрос, попробуем разобраться в текущих экономических процессах.

Сейчас в мире самой насущной проблемой становится инфляция. Во многих странах по темпам роста цен фиксируются рекорды за последние 30-40 лет. Экономисты заговорили уже о стагфляции по образцу 70х годов прошлого века. Стремительно, в разы, вначале выросли цены на энергию и многие сырьевые товары, которые потом потянули за собой и остальные цены. На этом фоне многие политики на Западе, начиная с президента США, склонны обвинять Россию, начавшую военную операцию на Украине, в разгоне инфляции.

Но каким образом Россия, имеющая весьма скромную долю, может вызывать глобальные катаклизмы? Это связано прежде всего с местом России в надвигающемся постепенно и неотвратимо кризисе исчерпания или недостатка энергетических и других сырьевых ресурсов, которые не могут уже удовлетворять растущие аппетиты человечества. Проблема более или менее еще решалась, вернее, не была просто актуальной, когда существенная доля роста потребления всего человечества приходилась на развитые страны, т. н. «золотой миллиард». Бурный экономический рост стран с многочисленным бедным населением, прежде всего Китая и Индии, привел соответственно и к бурному росту потребления в этих странах. 

Наступает или уже наступила эпоха дефицита ресурсов и, соответственно, растет конкуренция за обладание ими. Россия как последняя неосвоенная и ставшая снова после развала Союза недоступной сырьевая база для Запада не дает ему покоя сама по себе. Мало того, она еще подает дурной пример другим. (Например, страны ОПЕК опираясь на соглашение с ней, взвинтили и держат цены на нефть и не поддаются на уговоры и угрозы «самих» США.)

Таким образом, преобладающая сырьевая направленность экономики России отражается на его маленькой доле в мировой экономике, но при этом она занимает позиции поставщика многих жизненно необходимых, порой даже незаменимых, видов сырья и энергоресурсов. И отсюда ее влияние на мировую инфляцию не сопоставимую с ее экономическим весом, т. е. ее реальная сила. А экономический вес Запада, наоборот, в значительной мере носит виртуальный характер и не имеет никакого отношения к реальным товарам и услугам. 

Ведь как работает западная экономика? Она покупает дешевое сырье и накручивает стоимость готовых товаров за счет глубокой переработки с максимальным использованием возможностей прав интеллектуальной собственности (патенты, лицензии, торговые марки и пр.), финансовых инструментов (кредит, лизинг, страхование, гарантии и пр.). В структуре себестоимости готовых изделий доля материальных расходов (сырья и энергии) занимает ничтожную часть (около 10 процентов), большая часть достается добавленной стоимости промышленников, а львиная доля — финансистам.

Для наглядности просто сравните цены айфонов и китайских смартфонов: хотя и те, и другие производятся в Китае, из одинаковых комплектующих, примерно с сопоставимыми потребительскими параметрами, первые стоят за тысячу долларов, вторые — 2-3 сотни. Даже сельское хозяйство Европы имеет максимальную добавленную стоимость, используя дешевые корма, удобрения, ГСМ из России. При таком положении дел, резкое удорожание материальной и энергетической составляющей, вызывает с высокой долей корреляции соответствующий рост цены готовых товаров в стремлении обеспечить прежнюю сверхвысокую норму прибыли.

Весьма вероятно, что даже сама концепция непрерывного роста мировой экономики исчерпала себя. Исчерпание ресурсов, рост сторонников «зеленой повестки», обострившийся до пределов долговой кризис (объем мирового долга на конец 2020 года составил 281 трлн долларов США, что в 3,5 раза больше мирового ВВП, и при этом продолжает быстро увеличиваться) может привести глобальную экономику к длительному периоду экономических неурядиц, череде различных кризисов с грандиозным финалом в конце — обвалом долларовой экономики. 
А Кыргызстан в союзе с Россией будет как ни в чем ни бывало и дальше строить свое счастливое будущее. 

Кыдыралиев Улан, экономист и немножко фантазер