На прошедших 11 мая этого года двусторонних переговорах министров иностранных дел Кыргызской Республики и КНР Китай дал согласие не начислять Кыргызстану доплату за отсрочку платежей по госдолгу. Факт сам по себе, конечно, интересный, однако он, как и все, что связано с Поднебесной, в результате может оказаться совсем не тем, чем кажется на первый взгляд.
Нужно отметить, что освещение этого процесса в прессе прошло достаточно тихо и незаметно, так как видимых причин для буйства вроде как не наблюдается – все «чинно, благородно».

Что случилось за неполный год с Китаем?
В ходе прошедших переговоров Кыргызстану насыпали полную корзину «ништяков». Китай даже пообещал выделить республике дополнительный грант в $54 млн, а также помочь с продовольствием.
По последним данным, внешний госдолг Кыргызстана на сегодня составляет $4,2 млрд, из которых почти $1,8 млрд страна должна Китаю.
И здесь невольно возникает вопрос: почему в апреле 2020 года на просьбу тогдашнего президента Кыргызстана Сооронбая Жээнбекова «рассмотреть возможность облегчения и пролонгации выплат по внешнему долгу Кыргызстана перед Китаем», высказанную им во время телефонного разговора с китайским лидером Си Цзиньпинем, власти Поднебесной никак не отреагировали?
Потом уже в августе прошлого года Бишкек еще раз обратился за поддержкой к КНР, но уже по линии внешнеполитического ведомства. И снова в ответ тишина…

Что изменилось в головах пекинских правителей в период между весной 2020-го и весной 2021 года? Существует несколько версий ответа на этот вопрос.
Версия первая. Возможно, осознав, что пандемия коронавируса никуда не собирается уходить, Китай пришел к выводу, что лучше лишний раз не грузить проблемами центральноазиатского партнера, сохранив с ним хорошие отношения.
Версия вторая. Долг Кыргызстана в почти $1,8 млрд для Пекина – как дробь для слона. На фоне заявленных бывшим президентом США Дональдом Трампом в качестве компенсации экономического ущерба от коронавируса, в распространении которого экс-хозяин Белого дома обвиняет Китай, $10 трлн это мелочь.

Для Кыргызстана это деньги, причем существенные
Если $1,8 млрд для Китая – пыль, то для Кыргызстана это довольно большая сумма.
Всего на борьбу с коронавирусом и его последствиями Кыргызстан планировал потратить около $645 млн – $15,7 млн из республиканского бюджета, почти $2,2 млн пожертвований и денег от международных организаций. Остальное рассчитывали наскрести по сусекам.
Еще за 22 года на строительство и ремонт дорог в Кыргызстане потратили почти $2 млрд.
То есть на борьбу с коронавирусом Кыргызстан тратит в три раза меньше, чем должен Китаю. Сопоставимую сумму он вкладывает в благоустройство и строительство дорог, но в течение 22 лет.
Между тем бюджет соседней страны трещит по всем швам.
Судите сами: по информации Министерства экономики и финансов КР, за январь-февраль 2021 года из республиканского бюджета на обслуживание государственного долга выделено 5 млрд 457 млн 800 тысяч сомов. Это $64,2 млн по курсу 85 сомов за доллар.
Из них 3 млрд 49 млн сомов были предназначены для обслуживания внешнего долга, 2 млрд 408 млн сомов – для внутреннего.
Ежегодно Кыргызстан тратит только на обслуживание внешнего долга до 20–30 млрд сомов – $235-$353 млн (обратите внимание – речь идет об обслуживании, а не о погашении). Дальше – больше. Согласно прогнозам, в 2025 – 2026 годах эта сумма может удвоиться.

Не только Кыргызстан
Помимо Кыргызстана в должниках у Китая ходят все государства Центральной Азии.
Основная сумма киргизского кредита пришла из китайского «Эксимбанка», откуда кредитуется и Таджикистан.
Государственный долг этой центральноазиатской страны в октябре 2020 года составлял $3,7 млрд, или 44,9% к ВВП. Госдолг Таджикистана на 80% состоит из внешнего долга, оставшаяся часть приходится на долг внутренний.
Из этой суммы больше $1,1 млрд (около трети всего внешнего долга страны) Таджикистан должен китайскому «Эксимбанку».
Но и это еще не все.
Как сообщил Минфин Узбекистана, государственный долг республики на 1 января 2021 года составил $23,3 млрд долларов, или 40,4% к валовому внутреннему продукту. Больше всего Узбекистан задолжал Азиатскому банку развития ($5 млрд) и Китаю (в общей сложности $4 млрд).

В Нацбанке Казахстана в начале февраля текущего года подтвердили, что внешний долг нашей страны по состоянию на 1 октября 2020 года составил $160,9 млрд, или 90,7% к ВВП. На одного казахстанца приходится $3,1 тыс. внешнего долга. Больше всего мы задолжали Нидерландам, Великобритании и США.

Чем расплачиваться?
Любой долг устроен просто. Если государство платит «живыми» деньгами, то кредитору без разницы, где и каким образом заемщик находит деньги. Если же государство начинает испытывать трудности с обслуживанием долга, оно, как правило, в первую очередь просит дать отсрочку. Затем заемщик или объявляет дефолт, что чревато большим проблемами, или реструктурирует долг. При этом сумма не становится меньше, выплаты лишь растягиваются по времени.

И если в вопросе о том, насколько опасно для государства иметь внешний долг, большинство экспертов сходятся во мнении, что никакой опасности нет, если страна способна вовремя и без проволочек этот долг обслуживать. То ситуация, когда государству в долг не дают, намного опаснее, поскольку это означает, что ему не доверяют и боятся потерять деньги.

Если Кыргызстан, Таджикистан и Узбекистан смогут обслуживать свои долги перед Китаем и другими странами, то их размеры не имеют значения. Если Казахстан способен платить по счетам, то сумма в $160,9 млрд не должна его страшить.
Гораздо страшнее, когда какая-то из перечисленных стран не сможет обслуживать свой долг и вынуждена будет потихоньку расплачиваться другими имеющимися в ее распоряжении активами, стоимость которых зачастую исчисляется не только деньгами.
 https://spik.kz/