Карл Маркс в предисловии к своему труду «К критике политической экономии» дал определение общественно-экономической формации и связи ее со способом производства. При этом он выдели шесть формаций. Это уже советская наука остановилась на пяти – первобытнообщинный строй, рабовладельческий, феодальный, капиталистический и социалистический, он же коммунистический. Был и шестой способ производства – азиатский, от которого позднее Маркс как бы отказался. Но идея была рождена и долго обсуждалась.

Если очень грубо, то «азиатский способ производства — в марксизме — особая стадия развития общества, следующая за первобытнообщинным строем и основанная на централизованной системе ирригационного земледелия в сельских общинах». Были и другие характеристики вроде отсутствия частной собственности на землю, то есть общинное землевладение, абсолютная власть правителя, общественные работы. Соответственно, это касалось таких стран, как Китай, Индия, страны Ближнего Востока, история которых и стала материалом для вывода классика. Впоследствии уже другие ученые говорили, что азиатский способ производства возникает не только при переходе к рабовладельческому строю, но может быть промежуточным при смене любой формации.

То, что происходит в Кыргызстане назвать капитализмом нельзя. Скорее именно азиатским способом производства, но с новыми признаками, отличающимися от всего того, что изложено в марксовой теории. Хотя возможны варианты. Мы постараемся проанализировать ситуацию и взглянуть на происходящее в Кыргызстане почти с научной точки зрения. Хотя учение Маркса не принимается ныне всерьез, но другого об общественно-экономических формациях нет.

Начнем с английской революции, которая, как считается, завершила эпоху феодализма и дала начало капитализму. Если коротко, то развитие буржуазных отношений, производства в аграрной Англии, стало угрозой для высшего дворянства. Мелкие крестьянские хозяйства разорялись, так как их земли захватывали те же дворяне, но зачастую мелкому и среднему она была нужна для выпаса овец, так как Англия постепенно стала превращаться в экспортера шерсти. Соответственно, король и высшее дворянство облагали непомерными налогами всех производителей, в том числе, скажем так, дворян-бизнесменов и мелких производителей, которые стали плодиться с большой скоростью.

Увеличение производства шерсти и повышение спроса на нее стало толчком развития ткачества, обработки шерсти, стали развиваться другие, сопутствующие, виды производства. Ведь тем же мануфактурам – мелким производственным предприятиям – требовались рабочие руки, которых не хватало, а восполнить недостаток можно было за счет разорившихся крестьян, которые устремлялись в города в поисках пропитания, ведь их земля была захвачена. Соответственно, эти люди, работая на хозяев мануфактур, нуждались в еде, одежде, жилье, инструментах. Все это поставлялось на рынок- развивались товарно-денежные отношения, натуральное хозяйство постепенно сокращалось.

И, естественно, центральная, то есть королевская, власть нуждалась в деньгах. На оплату чиновничьего аппарата, на вознаграждение преданных аристократов, содержание армии, на ведение войн, на предметы роскоши. А деньги можно было добыть в виде налогов, больших налогов. И понятно, что денег у дворян-предпринимателей и владельцев мануфактур было больше, чем у крестьян. То есть, от высоких налогов страдала как знать, так и крестьянство, и городские ремесленники. Все это привело к гражданской войне, свержению короля и его казни. С течением времени монархия все же была восстановлена, но английская промышленность вздохнула чуть свободней, стала развиваться, что и привело к господству Англии в европейской торговле и производстве как промышленной, так и сельскохозяйственной продукции. И начался капитализм.

Теперь сравним ситуацию в современном Кыргызстане. Власть короля, то есть, Кремля рухнула. Никто не указывал что производить и что сеять. В отличие от Англии XVII века, в стране уже существовала промышленность, энергетика, развитое сельское хозяйство. Не было товарных отношений. Но был простор для экспериментов, плавного перехода к рыночным отношениям. Вдобавок английский монарх Карл все время был в долгах: необходимость постоянно подавлять восстания внутри страны, вести войны за ее пределами требовали астрономических сумм, содержание армии и, в особенности, флота выливалось в огромные деньги. У нового Кыргызстана долга не было. Россия, как правопреемница Советского Союза, взяла все внешние долги развалившегося государства на себя. То есть, все республики, кроме России, были в одинаковых условиях.

И каков итог? Промышленности нет. Если не считать немногочисленные мелкие предприятия. Есть иностранные инвесторы-золотодобытчики. Но это добывающая промышленность, о производстве средств производства, как любили говорить классики марксизма, вспоминать не приходится. Сельское хозяйство при смерти, по крайней мере, та его часть, которая, по идее, должна была работать на экспорт, то есть большинство продуктов потребляется внутри страны. Та часть, что попадает на иностранный, прежде всего, казахский и российский рынки, погоду в экспортных цифрах не делает.

Голландский экономический прорыв XVI-XVII веков привел к тому, что страна стала лидером в европейском производстве и торговле. Это больно било по Англии, которая столкнулась с большими проблемами с реализацией своих товаров на внешние рынки. Конкурировать с недорогими голландскими товарами и с теми, что привозились из колоний, опять же многочисленными голландскими торговыми кораблями, было весьма сложно. Но постепенно лидерство в экономике перешло от промышленности к торговле, к банковскому капиталу. Ощущение того, что торговля важнее производства, сыграло злую шутку с Голландией. Постепенно, с годами, экономические лидерство в Европе перешло к Англии.

Кыргызстан также «не заметил опасности». Ощутимая часть поступлений в казну составлял налоги от транзитной торговли. Являясь единственным членом ВТО среди бывших союзных республик и имея соседом Китай, тоже член ВТО, Кыргызстан стал перевалочной базой для китайских товаров, поставляемых на рынки СНГ. Разница в таможенных пошлинах, налогах позволяла республике если не богатеть, то хотя бы сводить концы с концами. Но вдруг появился Таможенный союз, вдобавок Россия и Казахстан устремились также в ВТО. Смысл от перепродажи китайских товаров исчез.

И тут выяснилось, что больше стране зарабатывать не на чем. Да, есть золотодобывающая промышленность, но там правят бал канадцы. Что-то перепадает в казну, но не существенно. Отсутствие производства, экспортных товаров, массовая безработица продолжают толкать республику в объятия нищеты.

Если в средневековой Англии захват дворянами земель крестьян привел к тому, то они массово переселялись в города, пополняя рынок рабочих рук для производственных предприятий, то есть мануфактур, то в Кыргызстане работы для них в городах нет. Потому что нет заводов, фабрик, ни мелкого, ни крупного промышленного производства. Накопление в городах безработных уже не раз становилось одной из причин «революций». Предохранительным клапаном стала трудовая миграция. Уже почти 20 процентов трудоспособного населения уехало на заработки за границу. Присланные оттуда деньги помогают не протянуть ноги их родственникам и стране в целом.

И, в отличие от английских лендлордов, оставленная крестьянами земля никому не нужна. Для банков, которые отобрали землю у крестьян в счет долгов, это мертвый капитал, эту землю никто не купит. Она бы могла стать лакомым куском для агрокомплексов, крупных сельскохозяйственных предприятий. Но их нет.

Стране могли бы помочь иностранные инвестиции. Однако их тоже нет. Никто не хочет вкладывать деньги в нестабильную с политической точки зрения республику. В соседнем Узбекистане почти одновременно с Кыргызстаном сменился лидер. За прошедшее время узбекский автопром сделал огромные успехи – строятся заводы «МАН», «Пежо», КАМАЗ, «Фольксваген», завод по производству китайских электромобилей. И это плюс к уже существующему производству корейских ДЭУ и американских «Шевроле». А в Кыргызстане ничего.

Общий вывод всех ученых, которые изучали азиатский способ производства таков – страна либо меняет формацию, либо исчезает. У Кыргызстана есть шанс выкарабкаться. Хотя…

То, в какой форме существует кыргызское государство и его экономика, вполне можно назвать новым азиатским способом производства – власть чиновничьего аппарата и торгового капитала, минимум товарной продукции, экспорт рабочих рук, финансовое относительное благополучие за счет грантов, льготных или очень нельготных кредитов, зависимость от иностранного, прежде всего, китайского капитала.

Думается, что Маркс согласился бы с такой формулировкой.

StanRadar.com