Чиновник, который боится быть уволенным – это НЕэффективный чиновник!
Такой чиновник (специалист/эксперт/зав.отдела/руководитель) будет нацелен на то, чтобы НЕ проявлять активность, лишь бы НЕ получить выговор или НЕ привлекать лишнее внимание.

Пассивность становится щитом и стратегией поведения, и результат – это последнее, о чем думает госслужащий и, как следствие, инициативность и эффективность отторгаются на системном уровне как потенциально опасные модели поведения – в стране наступает паралич госслужбы, снижая потенциал эффективной реакции на ситуативные и продолжающиеся десятилетиями кризисы.

Можно констатировать, что в Кыргызстане окончательно сформировался и сложился формат или формула работы госслужбы – «имитация важнее результатов» или "за активность накажут, за пассивность не будет ничего". К сожалению, во время пандемии с COVID-19 мы увидели, что неэффективность госслужбы – это не просто еще один абстрактный повод к критике, но это уже конкретная и прямая угроза безопасности, здоровью и жизням граждан!

Более того, такой опасный микс факторов, как объективный непрофессионализм и субъективная пассивность госслужбы, в ситуации грядущего экономического и финансового кризисов - это уже прямой ущерб и угроза интересам государства, суверенитету и национальной безопасности.
Системное желание чиновников быть «тише воды, ниже травы» должно стать основанием для системных увольнений по критериям общей профессиональной некомпетентности, отсутствия инициативности и неготовности проводить активные и эффективные реформы.

К примеру, многие задают вопрос - почему за такое количество времени, как в стране начали подготовку к эпидемии, мы так и не смогли подготовиться к ожидаемому кризису.
При всей трагичности, текущий провал имеет ситуативную актуальность, и он призван только обозначить общую нерешительность и неэффективность госслужбы.
Очевидно, что это системная и устоявшаяся тенденция, к которой мы шли годами, которая усугубилась и вышла на свой пик в последние 2-3 года.

Каковы же черты этого нового стиля госуправления по-кыргызски (по формуле «имитация важнее результата)?

1) Стиль речи чиновников – размытый, вялый, пустой – словесность вместо позиции!Концепция выжидания вместо планирования и реальной активности!
В выступлениях и заявлениях вы не увидите конкретики, чиновниками будут использоваться красивые и сложные слова, но только те, которые НЕ несут никакой ответственности - вроде «решается вопрос…», «прорабатывается алгоритм…», «ведутся переговоры…», «инициированы процессы…» и т.д.

2) Бюрократия как самозащита - основной концепт госслужбы – это НЕ решить проблему, но растянуть процесс, обозначив населению, что бюрократический процесс – это и есть успешный промежуточный результат, и сместить фокус общественного ожидания с требований реального результата на «…вроде что-то делается, буюрса, возможно, будет результат, подождем…»).

3) Желание размыть ответственность – возможно, здесь постарались и силовики (которые, в свою очередь, тоже играют в свои «имитации» успешности) – а потому во время пандемии все тендеры и все возможные эффективные решения оказались парализованы, первый (полевой) уровень исполнителей не смог проявить активность, а в верхах не оказалось и не нашлось критического числа чиновников-«чемпионов», которые бы взяли на себя ответственность и дали импульс административной машине.

4) Зачем решать сейчас, если можно «согласовывать» - классика для имитации работы!
К сожалению, у ряда правительственных юристов (особенно, если они ранее служили в органах) в приоритете позиция, когда пассивность - лучшая стратегия, то есть «…если есть уголовное дело на директора завода, то надо остановить работу всего завода» и при этом игнорируется то, что ущерб от остановки завода государству в сотни раз ущерб больше, чем ущерб в рамках дела против директора.

Можно наблюдать тенденцию, когда многие чиновники стараются завалокитить какой-либо вопрос под надуманными поводами (даже если очевидна общая неразумность такого подхода), в первую очередь якобы из-за того, что есть какое-либо уголовное дело (или возможно будет в будущем) и потому «лучше в этот вопрос не лезть, путь полежит».
При этом, в свете текущего кризиса общественность ведь даже не говорит о фундаментальных проблемах в вопросах подготовки к эпидемии, вроде отсутствия современных больниц и игнорирования в течение десятилетий интересов медицинских работников.

Вопросы у населения попроще и касаются очевидных и простых вещей - почему нет системы оценки потребностей медучреждений (здесь очень много вопросов к правительству, которое по мнению многих сорвало и заволокитило уже готовую к вводу систему «Тирек» и т.д.), почему тупо не закупили лекарства, чтобы это не делали фармкомпании, которые взвинтили цели, почему под арестом простаивали десятки новых реанимобилей (кареты скорой помощи), когда уже были массовые смерти, почему новая Кыргызско-турецкая больница была закрыта годами и даже после начала пандемии?

Таких примеров сотни, и становится ясно, что многие аналогичные тупиковые кризисные ситуации можно было бы избежать, если бы у чиновников была в приоритете нацеленность на результат, а их действия оценивались именно с точки зрения инициативности, решительности и эффективности, а не с точки зрения того, насколько каждый из них активничает на бумаге/отчетах и бесконечных совещаниях, и имитирует бурную деятельность.

Аяз Баетов