24 февраля 2020г. вице-министр торговли и интеграции РК Жанель КУШУКОВА заявила, что Казахстан сейчас готовит обращения в ВТО о несоответствии национального законодательства Кыргызстана нормам организации, и уже на этой неделе претензии готов представить. Однако, как отметила Ж. Кушукова важно, что проблемы могут и должны решаться на существующих евразийских интеграционных площадках. Об истоках конфликта и путях его решения – в материале Егора ВАСИЛЬЕВА

Откуда идут корни
Напомним, что в середине февраля Кыргызстан вынес вопрос о проблемах своего торгового взаимодействия с Казахстаном на рассмотрение Всемирной Торговой Организации. Это при том, что обе страны являются участницами Евразийского экономического союза и изначально должны снимать взаимные претензии в рамках этого интеграционного объединения.
Выход Бишкека «за флажки» стал демонстрацией определенного недоверия кыргызской стороны к способности ЕАЭС регулировать внутренние экономические противоречия: в конце января премьер Кыргызской Республики Мухаммедкалый Абылгазиев настаивал на наделении Евразийской экономической комиссии (ЕЭК) дополнительными полномочиями в части устранения торговых барьеров внутри союза.

На прошлой неделе министерство экономики Кыргызстана сообщило о том, что Комитет по упрощению процедур торговли ВТО принял к рассмотрению вопрос торгового ограничения Казахстаном транзитных товаров из Кыргызстана. Еще в октябре 2019 года Бишкек обратился в Секретариат ВТО по ситуации, сложившейся на кыргызско-казахстанской государственной границе. Кыргызстан тогда мотивировал обращение фактами нарушения Казахстаном ключевых норм Генерального соглашения по тарифам и торговле и Соглашения об учреждении ВТО.

Речь шла о введенных казахстанской стороной 10 октября прошлого года дополнительных мерах контроля на кыргызско-казахстанской и российско-казахстанской государственной границе, в результате которых среднее ежедневное количество пропуска из Кыргызстана лиц и транспортных средств на крупных и самых оживленных пунктах пропуска «Ак-Жол» и «Ак-Тилек» сократилось в 2,4 раза.

В итоге, к январю на двух этих основных пунктах пропуска казахстанско-кыргызской границе ежедневно скапливались пробки из грузовиков длиной до 10 километров, а количество единиц грузового транспорта, простаивающих на границе и в специализированных зонах, составляло порядка 250 автомашин в сутки.

В Бишкеке подчеркивают, что с октября прошлого года пытались разрешить ситуацию на площадке ЕАЭС, но переговоры не привели к улучшению ситуации. Поэтому 11 февраля 2020 года заместитель министра экономики Кыргызстана Эльдар Алишеров и руководитель представительства Минэкономики по вопросам ВТО Нурбек Максутов приняли участие на заседании комитета по упрощению процедур торговли ВТО в Женеве, где фактически дали ход октябрьской жалобе на действия Казахстана, оценив свои экономические потери из-за ограничений в сумму более $200 млн. 

Почему Казахстан ужесточил требования к кыргызским грузам
В министерстве торговли и интеграции Казахстана при этом считают, что дальнобойщики и таможенники из Кыргызстана сами спровоцировали ужесточение контроля, поскольку еще в прошлом году Нур-Султан неоднократно заявлял, что недостаточное таможенное администрирование и неисполнение ряда требований к перемещениям транзитных товаров со стороны Кыргызстана приводят к потерям бюджета Казахстана и других государств-членов ЕАЭС от неуплаты НДС и таможенных пошлин. 
Так, в 2019 году на территории Казахстана было выявлено более 2,6 тысячи случаев, когда из Кыргызстана ввозили товары в адрес фиктивных резидентов Казахстана без уплаты НДС. Кроме того, во втором полугодии 2019 года установлено 4,8 тысячи случаев, когда в товарно-транспортных накладных был оформлен транзит товаров из Кыргызстана в Россию, но они фактически остались на территории Казахстана – опять же без уплаты НДС.

Кроме того, как утверждают в Казахстане, кыргызские партнеры не исполняют двусторонние договоренности с Казахстаном по совершенствованию таможенного администрирования – например, в части совместного контроля транзита грузов, которые Кыргызстан отправляет в страны ЕАЭС через территорию Казахстана. Изначально страны договаривались осуществлять этот контроль посредством применения навигационных пломб, однако, как заявляют в казахстанском министерстве торговли и интеграции, Кыргызстан не реализовал эти договоренности. Поэтому Казахстан начал ставить навигационные пломбы в одностороннем порядке на фуры из Кыргызстана с октября 2019 года.

«В рамках применения данного пилотного проекта выявлены 10 фактов отклонения от заявленного в документах маршрута, которые оказывались на рынках Республики Казахстан, 26 фактов отказа автоперевозчиков от применения данных пломб, 12 фактов срыва пломб, что свидетельствует о нежелании Кыргызской Республики соблюдать достигнутые договоренности», – говорится в сообщении Минторговли Казахстана. При этом казахстанская сторона свои потери, в отличие от Бишкека, пока не озвучивала официально, зато за нее это сделал экс-вице-министр по инвестициям и развитию Республики Казахстан, глава Центра прикладных исследований «Талап» Рахим Ошакбаев. 

Казахстан был обречен на торговый конфликт с Бишкеком
Эксперт на своей странице в Facebook напомнил, что с момента вступления Кыргызстана в ЕАЭС существовал серьезный риск наплыва в Казахстан и в другие страны союза, прежде всего – в Россию, китайского импорта с лейблами «Сделано в Кыргызстане». И, по его словам, осеннее «обострение» на казахстанско-кыргызской границе было доказательством того, что проблема наличия «серых схем» завоза товаров из КНР в Кыргызстан по заниженной стоимости с последующим реэкспортом в РК и РФ до сих пор не решена.

По данным Ошакбаева, импорт китайских товаров в Казахстан сократился практически пропорционально увеличению транзита китайских товаров в Кыргызстан – то есть фактически он просто пошел на казахстанский рынок в обход, через южного соседа Казахстана.
По его словам, если делать сопоставление индексов таможенной стоимости товаров при растаможке в Казахстане и в Кыргызстане, то таможенная стоимость у последнего ниже той, которая принимается таможенными органами Казахстана, а по отдельным товарным группам разница достигает 70% от таможенной стоимости стран ЕАЭС. В результате предполагаемые потери общего бюджета таможенных платежей государств – членов ЕАЭС из-за занижения таможенной стоимости в Кыргызстане, по оценке Центра прикладных исследований «Талап», могут составлять порядка $101,3 млн. в год.

Если исходить из доли Казахстана в общем котле таможенных сборов по периметру ЕАЭС в 7,11%, то потери Нур-Султана составят $7,2 млн. К которым Ошакбаев предлагает приплюсовать недополученный Казахстаном НДС на импорт за счет оттягивания Кыргызстаном растаможки китайских товаров в размере порядка $155,8 млн.

«Итого, наше «дружеское закрытие глаз» на серые схемы растаможки в Кыргызстане может стоить нашему бюджету $163 млн в год, не говоря уже о том, что дешевые китайские товары, проникающие к нам через территорию Кыргызстана серьезно подрывают конкурентоспособность производства аналогичных товаров у нас. Такую сумму, полагаю, можно потенциально обосновать и предъявить как ущерб от нелегальных таможенных практик и это может стать достаточным обоснованием для введения специальных защитных мер в соответствии с Соглашением о защитных мерах ВТО», – считает Ошакбаев.

Кто примирит стороны?
Таким образом, достаточно серьезные претензии друг к другу есть у обеих сторон приграничного противостояния, и весь вопрос состоит в том, как стороны будут их решать. Казахстанская сторона уже заявила, что все вопросы нужно решать либо в двустороннем порядке, либо на площадке Евразийского экономического союза. Однако существуют большие сомнения в том, что на переговоры в таком формате пойдет Бишкек.

что в конце января этого года на заседании Межправсовета ЕАЭС в Алматы премьер-министр Кыргызстана  предложил наделить ЕЭК полномочиями по принятию решений об отмене национальных актов стран-участниц, нарушающих право этого экономического союза. По его мнению, ЕЭК должна получить дополнительные полномочия для создания более эффективного механизма по устранению барьеров, которые препятствуют развитию торговли на пространстве Евразийского экономического союза. 

Премьер-министр Кыргызстана заявил тогда, что основной задачей участников ЕАЭС после завершения формирования единого рынка стала необходимость снятия внутренних барьеров, которые препятствуют свободному движению товаров, услуг, капитала и рабочей силы.

Кроме того, он предложил уполномочить Евразийскую экономическую комиссию правом подачи исков в суд ЕАЭС в случае неисполнения государством-членом решений ЕЭК. В отличие от ЕЭК, ВТО уже владеет определенными экономическими и политическими рычагами влияния на страны, которые признаны нарушителями установленных правил игры. С учетом этого, Кыргызстан предпочтет разбирательства на площадке Всемирной Торговой Организации – другой вопрос, насколько его аргументация и контраргументы Нур-Султана позволят ему заполучить желаемую резолюцию ВТО. И устранит ли эта резолюция торговое противостояние внутри ЕАЭС, которое вполне может перерасти в локальную торговую войну.  

Источник - ia-centr.ru