В течение 2019 г., завершившего первый пятилетний цикл развития Евразийского союза, большое внимание уделялось подведению итогов. Кыргызстан за годы членства ощутимо улучшил свои экономические показатели, однако не все политические силы довольны происходящими изменениями.

Так, в ноябре кыргызские депутаты Кенжебек Бокоев и Эльвира Сурабалдиева пожаловались на сохранение множества ограничений и препятствий, из-за которых Союз «не приносит пользы» республике. Об истоках подобной критики и о восприятии ЕАЭС в киргизском обществе в целом портал «Евразия.Эксперт» побеседовал с директором аналитического центра «Трансграничная исследовательская сеть Центральной Евразии» Денисом Бердаковым.

– Денис Михайлович, под конец 2019 г. ряд депутатов Жогорку Кенеша раскритиковал ЕАЭС, заявив, что озвученные перед вступлением обещания не были выполнены. Почему именно сейчас заговорили о том, что Кыргызстану сейчас не выгодно членство в ЕАЭС?
– На мой взгляд, это связано с предвыборной борьбой (до голосования осталось 10 месяцев). Выборы в парламент очень важны. Они у нас конкурентные, соответственно, любые методы хороши.
Многие возлагали на Евразийский экономический союз изначально завышенные ожидания. Плохо была проведена информационная компания при вступлении. Мало кто вообще понимал, что это.

Были совсем негативные сценарии, что все ужасно, а были и сценарии, что все будет как при Советском Союзе. Соответственно, ни те, ни другие сценарии не сбылись, но в экономике сейчас ситуация довольно сложная. Она не критическая, но есть отдельные сегменты, так как у нас была до этого, по сути, торговая республика британского типа. Плавающий обмен валют, огромные свободы для бизнеса, поэтому есть определенные кластеры людей, бизнесменов, которые имеют сильнейший выход наверх, то есть в политику, и которые защищают свои интересы.
Есть особый кластер бизнесменов, которые, как им кажется, страдают от ЕАЭС, которые не понимают, что происходит тяжелейшим образом, с кровью, смена социально-экономической модели.

Меняются целые отрасли. Это тяжелый процесс, требующий огромного финансирования, времени, серьезной политической координации. Всего этого не хватает: ни ресурсов, ни политической сработанной вертикали власти. Соответственно, есть группа людей, которая говорит, что лично им стало не выгодно, они будут против. Депутаты ищут свой электорат, в политике это нормально.

В ряде стран, например России, Беларуси, Казахстане, это сложно понять политикам или чиновникам, которые зачастую не слышат открытой жесткой оппозиции, но политика – это и есть открытая жесткая оппозиция, где любые политические группы будут играть на самых разных политических интересах. Если хоть один гражданин, теоретически, как ему кажется, необоснованно пострадал от ЕАЭС, то он будет поддерживать эту тему. Тема актуальная.

– А какую позицию занимает общество Кыргызстана?
– Здесь есть люди, которые страстно ненавидят ЕАЭС, мечтают, чтобы страна из него вышла. Есть те, кто поддерживает. Большинство людей просто пассивно «за», или даже темой толком не интересуются, хотя по всем евразийским медиарейтингам Кыргызстан по цитируемости в СМИ занимает первое место почти всегда. Но опять же: такая специфика у страны. Люди свободно говорят и о проблемах – о них особенно, потому что негатив всегда интересует, хотя понятно, что и позитива огромное количество, для трудовых мигрантов там.

Но, опять же, какой-то согласованной политики по продвижению ЕАЭС нет.
Страна уже два года в ЕАЭС, но нет какой-то машины для госпропаганды, которая поддерживает векторы Евразийского экономического союза. Это очень интересно: когда я бываю в России или Беларуси, то там низкий уровень информированности о ЕАЭС. Никто не понимает, что это за четыре буквы. В Кыргызстане как раз таки люди знают, что это такое.

– Вы упомянули, что ажиотаж вокруг участия в ЕАЭС – это просто политический ход. А если оценивать объективно, есть ли какие-то предпосылки для сомнений в выгоде Союза?
– Для государства это скорее выгодно, поэтому мы и вступили. Это и вопрос почти миллиона трудящихся в ЕАЭС, и вопрос воссоздания сельской промышленности, новых инвестиций, стандартов. Но не нужно путать другие страны ЕАЭС с Кыргызстаном: это страна со слабой вертикалью власти. Любой политик может поднимать темы, которые в России, Белоруссии и Казахстане в принципе невозможны.
– Вы также говорили, что в ЕАЭС есть ряд вопросов, которые не устраивают кыргызстанских предпринимателей…
– Не то чтобы не устраивают. Есть определенные группы людей, которые просто занимались продажей китайских и арабских тканей и хотят продолжать и дальше. Их вообще не волнуют вопросы ЕАЭС.
Сейчас не из-за ЕАЭС проблема, а из-за того, что раньше были свободные зоны торговли СНГ и ВТО. Мы за центы буквально могли ввозить товары из ВТО и в результате зоны свободной торговли с СНГ мы собственно то же вывозили. Это уже не будет работать.
– Возвращаясь к теме предвыборной борьбы, в Кыргызстане, какие политические силы можно назвать фаворитами?
– Никакие абсолютно. Опять же, ситуация отличается от других стран ЕАЭС: формирования партий абсолютно ничего не значат. Партия – это такой стимулятор, который проявляется раз в 4 месяца. [Сейчас] этот вопрос неактуален, он будет иметь место перед выборами. Их итоги будут сюрпризом. Это конкурентные выборы, и на них всегда жесточайшая борьба, которая может привести и к становлению нового правительства и перераспределению финансовых потоков.
 
Источник - Евразия. Эксперт