Современная цивилизация находится в глубочайшем кризисе, все сильнее напоминающим тупик. Называются десятки причин этого кризиса-тупика, но если смотреть в самую суть проблемы, то главная причина в исчезновении смысла Истории. Для чего мы существуем, для чего созданы? Имеет ли цивилизация смысл и какой это смысл? Сейчас уже очевидно, что идея материального прогресса приводит к экологической катастрофе и деградации человечества. Чисто религиозная картина мира пугает современное человечество, ориентированное на идею комфорта и жизненных благ. Традиции многих народов исчезли или уже сильно деградировали под натиском современной цивилизации. Но ответы и выходы все равно придется искать, если человечество хочет остаться человечеством, а не дикими стадами двуногих. Концептуализация этих возможных ответов является одной из самых важных духовных и интеллектуальных задач современности.

Сначала рассмотрим сам феномен современной цивилизации. Не всегда осознается тот факт, что «современная цивилизация» - цивилизация западная. Ценности и модели либерального Запада стали в ХХ веке референтными для всего мира. Если говорить предельно кратко, то суть либерализма – это индивидуализм, права и комфорт индивида, частного лица с точки зрения его физического существования. Все ценностные установки и институты либерализма основаны на этих фундаментальных духовных основаниях. Сейчас, в ХХI веке все человечество по сути дела «либеральное» и «западное».

Запад как цивилизация есть результат длительной культурной работы, симбиоза и синтеза многих цивилизаций и культур. Он наследник не только собственно Европы, включая античные Грецию и Рим, но и Шумера, Египта, Персии, Иудеи, Византии. Интеллектуальная мобильность, научная работоспособность, врожденный прагматизм европейцев позволили им абсорбировать, освоить плоды даже весьма далеких во всех отношениях цивилизаций, таких как Исламский мир, Индия, Китай. Результатом стало концептуальное доминирование и господство над миром.

С известной долей схематизма, человечество можно разделить на цивилизации «оседлые» и «кочевые». Это изначальное деление отражено в библейском рассказе об Авеле и Каине – сыновьях Адама. Земледелец Каин убивает скотовода Авеля. Земледелие связано с оседлым образом жизни, скотоводство с кочевым. Библейский рассказ указывает на победу оседлого уклада, оседлых народов, города над кочевничеством. Кстати, Каин считается основателем первого города.

Так вот, Запад есть совокупное наследие и апофеоз оседлой цивилизации, «линии Каина».
А что же «кочевые» культуры и цивилизации? В мировой истории кочевники чаще всего выступали как завоеватели, разрушители, они проносились подобно смерчу, сметая армии, города, государства. На месте отдельных обособленных государств, кочевники создавали великие империи, содействующие знакомству стран и народов, взаимообогащению культур, стиранию ненужных границ. Арабы создали Халифат от Атлантики до Китая, Тюркский Великий Эль простирался от Желтого до Черного моря, Монгольская империя стала крупнейшим государством в истории, раскинувшись от Тихого океана на востоке до Средиземного моря на западе, кыргызы оставили свой след в названиях племен и местностей от Енисея до Кавказа. Но создав великие империи, кочевники, как правило, уже во втором- третьем поколении подпадали под разлагающее для них воздействие покоренных оседлых народов, принимали чуждые религии, образ жизни, погрязали в лени и интригах, и в конце концов бывали поглощены завоеванными народами, исчезали, не оставив и следа. В лучшем случае от них оставались имя да недобрая память, потому что летописи и хроники писались народами оседлыми. Каин неизменно побеждал Авеля.

Современные представители «кочевых культур», зараженные западными гуманистическими установками, стеснительно «оправдывают» своих буйных воинственных предков, бормочут о «вкладе кочевников в мировую культуру и искусство», говорят о «европоцентризме» и «культурном расизме». Само их поведение наглядно демонстрирует вышеупомянутое западное интеллектуальное доминирование.

Если же отойти от чужих ценностных установок, то с метаисторической и метафизической точек зрения, миссия кочевников в истории и состояла в разрушении «оседлого порядка» как чрезмерной заботы только о материальном, физическом. И ученые традиционного оседлого мира так их и воспринимали, когда писали о «биче Божьем», о «наказании за грехи», «искуплении» через огненную лаву кочевых набегов. «Да будет благословен приход твой – Бич Бога, Которому я служу, и не мне останавливать тебя» - так обратился папа римский Лев I к вождю гуннов Аттиле. Когда человек преуспевает в материальном, внешнем, вещественном, то его одолевает гордыня личного могущества, он мнит себя равным Богу либо, по меньшей мере, Божьим любимцем, богоизбранным. В пылу накопления и строительства, он забывает о главном, о духовном, о том, что «выше мира сего».

Согласно преданию, именно это произошло с Атлантидой, не внявшей проповеди Ноя-Нуха. Бог потопил нечестивых атлантов. В человеческой истории кочевники выполняли роль «потопа» для богатых кичливых оседлых царств.

Здесь надо указать, что согласно сакральному символизму, кочевники относятся к мужскому полюсу проявления, а оседлые к женскому (разумеется, здесь не идет речь о гендере). Согласно традиционному кастовому делению, кочевник - это воин, поэтому многие династии в оседлых государствах происходили от кочевников, а человек оседлой земледельческой культуры относится к касте вайшьев: крестьян, ремесленников, торговцев, горожан. Эта каста нуждается в духовном руководстве и тяготеет к жрецам, священникам. Поэтому в оседлых государствах так важна роль организованной религии и служителей культа, церкви, а также отшельников, монахов, посвященных.

Кстати, первоначальный импульс ислама – «кочевой», поэтому в Коране и Сунне ничего не говорится о духовенстве, оно появилось в исламе уже под воздействием оседлой культуры, «незаконно». «Воинственность» ислама также носит «кочевой» характер. Интересно, что монотеизм, Единобожие в наиболее ясной и четкой форме открылись именно кочевникам или их прямым потомкам. Это касается, как тенгрианства для тюрков и монголов, так и авраамических религий (иудаизм, христианство, ислам) для семитских народов. Недаром, пророк Мухаммад говорил, что "все пророки были пастухами". Неслучайно также, что большинство тюркских народов приняло именно ислам.

Но все это в прошлом. Сегодня полноценных «кочевых цивилизаций» не существует. Есть современные государства, полностью находящиеся в современной (западной) парадигме развития, использующие остатки кочевой культуры в туристических или пропагандистских целях. Но как уже упомянуто в самом начале нашего разговора, современная («оседлая») цивилизация находится в глубочайшем системном кризисе. Бывшие «кочевые» страны, пытаясь стать «современными» и «продвинутыми» внедряют у себя те же самые механизмы тупика. Что же можно почерпнуть в собственных «кочевых» истоках?

Проблемой является полная концептуальная беспомощность элит некогда кочевых цивилизаций. Признаться, элиты, собственно говоря, и нет… Но, в качестве рабочей гипотезы, назовем «элитой» некие верхи, власть предержащих. Данная элита находится полностью внутри западных, даже не ценностей, а клише, либеральных штампов. «Кочевая тематика» используется для манипулирования собственным населением, для разжигания национализма, отвлечения внимания от насущных социально-экономических проблем, камуфляжа политического деспотизма и разграбления собственной страны. «Поднятие духа кочевников, духа нации» прикрывает новый виток оболванивания народа, укрепление власти компрадоров-плутократов. Они готовы торговать всем, в том числе, собственным кочевым наследием.

А ведь если мы всерьез говорим о поисках выхода из тупика современности, то нам нужна беспощадная интеллектуальная честность, ясность, трезвость, авангардное, свободное мышление. Мы должны взять от наших предков (разбудить в себе) воинский дух, героизм, отвагу, мужественность и проявить это в интеллектуальной сфере. В которой до сих пор напоминали несмышленых беззащитных младенцев. Именно об этом некогда сказал советник Чингиз-хана Елюй Чуцай кагану Угедею: «Можно завоевать мир, сидя в седле, но управлять миром с седла невозможно».

Здесь необходимо затронуть несколько важных вопросов.
Никакой возврат к первоначальному кочевому образу жизни, да еще в масштабах государственных, не только невозможен, он абсурден в ХХI веке, и приведет к тотальной системной деградации. Под «кочевой цивилизацией» надо понимать не этнографию, не фольклор, а отношение к миру, тип сознания, философию (будущую).

Как некогда скифы, гунны, тюрки, монголы, арабы, берберы-туареги сокрушали «оседлые» цивилизации, так и нам надо духовно разгромить современную цивилизацию. Надо сделать заявку на активное участие в мировой истории. Кочевники играли колоссальную роль в прошлом, но не смогли создать прочные формы для трансляции своего духовного импульса, он был поглощен «глобалистами» минувших веков. Нам, людям этого века, надо попытаться решить эту сложнейшую задачу, наши завоевания должны стать интеллектуальными. Нашим оружием является культура. Это «мягкая сила» потомков кочевников. Именно на этом можно строить и геополитическое государственное позиционирование. Обретение собственной концептуальности – это и есть подлинный суверенитет и субъектность. Далее можно было бы работать целенаправленно и осознанно, пусть медленно, зато в правильном направлении.

На заре времен человечество было кочевым, люди перемещались по белому свету и заселили землю. Но, видимо, все внешнее, стабильное, материальное считалось временным, греховным, отвлекающим от главного. Человек в этой жизни был кочевником, странником, гостем, он не должен был привязываться ни к чему. В глубинах человеческой (неважно: «оседлой» или «кочевой») прапамяти осталась эта благая весть, этот зов. Мы физические существа и нуждаемся в пропитании и укрытии от непогоды. Эти первоначальные потребности - источник возникновения общества и государства. Поэтому кочевник не отвергает материальный мир вообще. Он просто не делает из него идола. Этот мир – мост, надо перейти его, а не строить на нем дом.

Хотя следует сказать, что деградировавший кочевник, утративший органику материнской почвенной культуры, но не желающий осваивать сложность современной цивилизации – явление крайне несимпатичное и деструктивное. Например, по отношению к природе, окружающей среде он часто выступает как варвар и хищник, стремясь все исчерпать, разрушить, уничтожить, вырубить и продать, совершенно не думая о будущем и не отягощая себя нравственными мучениями. При этом может распинаться в любви к родной земле, говорить о «гармонии кочевой культуры и экологии» и т.п. В нем проявляется негативная сторона «космического кочевого разрушения» и особая «кочевая лень». Надо учесть и разлагающий характер глобализма, в котором отныне затерян потомок кочевников.

Необходимо исследовать и выявить в собственных традициях некие культурные коды и на их основе строить философию «кочевников». Для кыргызского интеллектуала первостепенное значение будет иметь исследование «Манаса» и малого эпоса «Эр-Тоштук», а также изучение современной кыргызской культуры как продолжения и преломления кочевого духа.
В чем же идеал «кочевого мира»? Это единство с Бытием, а не встраивание в обреченный глобализм. Единство с Бытием означает единство со всем сущим, со всеми народами и людьми во имя продолжения жизни и познания себя.
Это преодоление и Каина, и Авеля. Это возвращение к Адаму.

Эмиль Джумабаев