К началу XXI века в сознании некоторых политиков, ученых, военачальников сложилось устойчивое представление о том, что человечество пришло к новому мировому порядку, в фундаменте которого – военное превосходство США, их пренебрежение к действующей с XVII столетия Вестфальской системе государственных суверенитетов. После 11 сентября 2001 года Америка конструирует более изощренные методы и средства ведения боевых действий. Новые технологии, доминирование в информационном пространстве создают у американцев иллюзию незыблемости существующего мироустройства, для поддержания которого хороши все средства, вплоть до биотерроризма.

Мир стал более безопасным, чем в XX веке, утверждают архитекторы американского лидерства. Но многие политики, ученые из разных стран оценивают ситуацию иначе. Например, американский футуролог Брюс Стерлинг окрестил ее новым мировым беспорядком. Появляются концепции, призванные объяснить его "логику". Согласно теории вихревой глобализации новый мировой порядок больше похож не на устойчивый однополярный мир, а на социальный смерч, в эпицентре которого (США) – видимая стабильность, а на периферии – масштабное разрушение. Управляемый хаос на определенных территориях предпочтительнее, чем обещанная демократия.

Одеяла колонизаторов

Анализ эволюции нынешнего международного терроризма показал, что это не самостоятельное явление, а инструмент, созданный странами-агрессорами (финансовыми группами) для решения своих внешнеполитических, экономических и внутренних вопросов. Наиболее полезными формами международного сотрудничества в борьбе с этим явлением видится не взаимодействие разведывательных органов и военных структур (хотя оно нелишне), а тесные полицейские контакты и работа под эгидой международной организации уголовной полиции – Интерпола. Кроме того, здесь не должно быть двойных стандартов, особенно если речь идет об угрозе попадания в руки террористов ОМП, в том числе биологического. Их инструментом в таком случае могут стать возбудители опасных инфекций.

" Вспышка африканской чумы свиней на юге и в центре России в 2012–2013 годах могла быть диверсией "
В истории человечества сохранились сведения о применении биологических агентов во время захватнических войн, следствием чего были опустошающие эпидемии чумы и оспы. Так, в 1346 году по приказу хана Золотой Орды Тохтамыша в колодцы и другие источники воды в осажденной генуэзской крепости Каффа (нынешняя Феодосия) в Крыму забрасывались трупы людей и животных, погибших от бубонной чумы. В итоге Каффа сдалась, но чума распространилась по всей Европе, вызвав страшную эпидемию, которая унесла жизни 25 миллионов человек, что соответствовало примерно 10 процентам населения тогдашнего мира.

При колонизации Америки среди индейских племен распространяли оспу. В 1763 году белые колонисты вероломно передавали им в знак дружбы зараженные одеяла. Это привело к гибели миллионов индейцев, не имевших иммунитета к опасному заболеванию. В 1754–1767 годах командующий британскими войсками в Северной Америке Джефри Арчер практиковал против коренных жителей те же приемы. В ходе Первой мировой немцы применяли биологическое оружие для заражения домашнего скота, особенно лошадей, мулов, поставляемых в армию. Однако в течение ХХ века оно в отличие от химического использовалось крайнее редко. Документально подтверждено лишь применение Японией (Отряд 731) возбудителей чумы и других бактериальных агентов против Китая в ходе Второй мировой войны. Об этом чуть подробнее.

Отряд был создан в 1932 году, имел в составе три тысячи человек, дислоцировался на оккупированной территории Китая в районе поселка Пинфан провинции Биньцзян, в 20 километрах южнее Харбина. Командирами были генерал-лейтенант Сиро Исии (1932–1942), Китано Масадзо (1942–1944). По данным национального архива Японии, раскрытым в апреле 2018-го, в экспериментах над людьми также участвовали Ясудзи Канонко, Есио Синодзука, Рейти Найто – впоследствии учредитель фармацевтической корпорации "Зеленый Крест".

По показаниям в суде командующего Квантунской армией генерала Оцуздо Ямады, Отряд 731 был организован для подготовки бактериологической войны главным образом против Советского Союза, Монгольской Народной Республики и Китая. Судебным следствием было доказано, что на китайцах, русских, монголах, корейцах ставились опыты, мучительные для людей.

В структуру входили:

1-й отдел:

Группа Касахары – исследования вирусов;
Группа Танаки – исследования насекомых;
Группа Есимуры – исследование обморожения (в том числе маленьких детей), опыты с ядовитыми газами (в сотрудничестве с "отрядом 516" Химического управления Квантунской армии);
Группа Такахаси – исследования чумы;
Группа Эдзимы – исследования дизентерии;
Группа Ооты – исследования сибирской язвы;
Группа Минато – исследования холеры;
Группа Окамото – исследования патогенеза;
Группа Утими – исследования сыворотки крови;
Группа Танабэ – исследования тифа;
Группа Футаки – исследования туберкулеза;
Группа Кусами – фармакологические исследования;
Группа Ногути – исследования риккетсии;
Группа Ариты – рентгеновская съемка.
2-й отдел:

Группа Ягисавы – исследование растений;
Группа Якэнари – производство бомб с БО.
4-й отдел:

Группа Карасавы – производство бактерий;
Группа Асахины – исследование сыпного тифа и производство вакцины.
По воспоминаниям сотрудников Отряда 731, за время его существования в стенах лабораторий погибли около трех тысяч человек. По другим данным, число умерщвленных подопытных достигает 10 тысяч. Национальный состав заключенных был следующим: около 70 процентов – китайцы, 30 процентов – русские, остальные – корейцы и монголы. Возраст – от 20 до 40 лет.

Основная база Отряда № 100 находилась в 10 километрах южнее Синьцзяна, штат насчитывал до 700 сотрудников. В его распоряжении была даже авиация. Бактериологическому нападению подверглись 11 городов Китая.

Казалось бы, дело прошлое. Но в США нашлись последователи Китано Масадзо.

Вирусы за доллары
За океаном в последние два десятилетия начали уделять самое пристальное внимание биологическим исследованиям по всему земному шару, особенно в республиках бывшего Советского Союза, странах Юго-Восточной Азии и Африки. Центральные референс-лаборатории (ЦРЛ) США, дополненные сетью менее крупных зональных станций, с 2010 года действуют на Украине, с 2011-го – в Грузии, с 2016-го – в Казахстане. Предпринимались попытки создания ЦРЛ в Киргизии. В программы сотрудничества США в этой области были вовлечены Армения, Азербайджан, Узбекистан.

" Боевые штаммы микроорганизмов, созданные в СССР, Тбилиси, Киев, Баку и Астана обменяли на американскую помощь "
Так, на Украине по соглашению между Минздравом Украины и Пентагоном от 29 августа 2005 года № 840138 открыты лаборатории по изучению особо опасных инфекций, в том числе в Киеве, Одессе, Херсоне, Тернополе, Ужгороде, Виннице, Харькове, Луганске, Днепропетровске, Львове. Восемь из тринадцати лабораторий работают в городах-миллионниках (Киев, Львов, Одесса, Днепропетровск, Харьков) с общим населением около 10 миллионов человек. Интегрирующим подрядчиком их строительства выступила американская компания Blak & Veatch Special Projects Corp. Казалось бы, благородная миссия – борьба с болезнями. Но чем на самом деле заняты эти лаборатории, никто не знает.

В пригороде Тбилиси (поселок Алексеевка) функционирует лаборатория "Центр исследования общественного здоровья им. Ричарда Лугара". После неоднократных протестов России она была передана Национальному центру по контролю заболеваний Грузии. Но там же действуют биологические объекты, подконтрольные Пентагону: Тбилисский национальный центр по контролю инфекционных заболеваний, Центр поддержки уменьшения угроз в Кутаиси, хранилище высокоопасных биосубстанций на военной базе в окрестностях Тбилиси, Растительная лаборатория в Кобулети, Институт микробиологии, вирусологии и бактериофагов в Тбилиси. Создан банк возбудителей остропротекающих и опасных заболеваний.

В Казахстане завершается сооружение подобной лаборатории на базе Казахского научного центра карантинных и зоонозных инфекций им. М. Айкимбаева в Алма-Ате. Строительство ведет американская компания AECOM, подрядчик Агентства по сокращению военной угрозы (DTRA) Министерства обороны США. На проект выделено 5,6 миллиона долларов. Кроме того, в 2001 году правительством Казахстана создана межведомственная комиссия по проведению исследовательских работ и предотвращению распространения испытанных биологических средств на острове Возрождения в Аральском море. В реализации проекта участвовало то же агентство.

В 2013 году в Баку построена ЦРЛ с 3-м уровнем биологической безопасности, специализирующаяся на исследовании патогенных микроорганизмов в образцах человеческого и животного происхождения. Строительство спонсировалось опять же DTRA.

Летом 2016 года открылась ЦРЛ в Ереване. Аналогичные открыты в 2017-м в Лори, Гехаркуникской и Сюникской областях, в Гюмри. Весной 2016 года в Иджеване при поддержке США закончена реконструкция лаборатории Национального центра по контролю и профилактике болезней Минздрава Армении.

В Молдавии в 2008 году по проекту "Предупреждение ВИЧ/СПИДа и гепатитов В, С" при поддержке USAID открыта ЦРЛ в Кишиневе.

В Таджикистане западными компаниями, аффилированными с ВПК США, создана сеть бактериологических лабораторий в Согдийской и Хатлонской областях, Душанбе и республиканской туберкулезной больнице "Шифо" в Вахдате. В данные лаборатории разрешен вход только специалистам и представителям ООН.

В Узбекистане Национальная референс-лаборатория открыта в 2007 году при финансовой поддержке USAID. В 2011-м DTRA оплатило строительство двух диагностических лабораторий второго уровня биологической безопасности в Андижане и Фергане. Всего на территории Узбекистана функционируют 10 таких объектов.

Возникает вопрос: неужели США прониклись человеколюбием и заботятся исключительно о здоровье населения окраин бывшего СССР? Да, декларируется гражданское назначение этих объектов – обеспечение биологической безопасности постсоветских республик. Но ЦРЛ могут быть использованы, а по заявлению экс-министра госбезопасности Грузии Игоря Гиоргадзе – уже задействуются во враждебных России целях.

Все лаборатории возводятся на средства Минобороны США, а не Министерства здравоохранения. По стоимости это сейчас самые дорогие объекты, финансируемые правительством США в регионе (расход на ЦРЛ на Украине – свыше 175 млн долл., в Грузии – 150 млн, в Казахстане – 130 млн), что говорит о приоритетности программы для Вашингтона. Именно американское военное командование ставит перед ЦРЛ научные цели и является получателем систематизированной информации. При этом не только сторонним наблюдателям, но и непосредственным исполнителям научных работ на местах может быть неизвестно, имеют ли биологические исследования конечный мирный или наступательный характер. В силу специфики отрасли это понятно только заказчику, то есть Пентагону.

Практика использования американцами подобных объектов показывает, что они выведены из-под национального контроля, функционируют в закрытом режиме. Лаборатории укомплектовываются иностранным персоналом, в том числе обладающим дипломатическим иммунитетом, а представители местного гражданского здравоохранения прямого доступа к "исследованиям" не имеют. Число сотрудников ЦРЛ (от 50 до 250 человек) намного превышает потребность в персонале, необходимом для обслуживания подобных объектов с заявленными целями.

Финансируемые США на постсоветском пространстве, они являются частью глобальной системы лабораторий, которую Вашингтон разворачивает по всему миру. У многих стран, где появились такие комплексы, возникают типичные проблемы. Так, в 2010 году Индонезия настояла на закрытии медицинского научного подразделения ВМС США NAMRU-2, деятельность которого она никак не контролировала, несмотря на то, что работы проводились в комплексе зданий Минздрава страны. Джакартой были зафиксированы засекреченные эксперименты и несанкционированный мониторинг национальных исследований. Причинами закрытия стали также требования американской стороны предоставить сотрудникам лаборатории дипломатический статус и отказ передать на безвозмездной основе результаты изучения отобранных на индонезийской территории образцов вируса птичьего гриппа H5N1. Министр здравоохранения Индонезии Сити Фадила Супари тогда выразила опасения, что результаты работы NAMRU-2 с образцами местных патогенов будут использованы США для создания биологического оружия или коммерческого продвижения в развивающиеся страны вакцин западных фармацевтических компаний.

Троянский штамм
Руководителями объектов часто назначаются лояльные Вашингтону военные или сотрудники спецслужб. ЦРЛ в Тбилиси ранее возглавляла шеф грузинской разведки Анна Жвания. Возможным главой алма-атинской ЦРЛ называют Канатжана Алибекова – советского военного микробиолога-"перебежчика", который продолжительное время работал в США.

ЦРЛ располагаются в городах-миллионниках (Одесса, Харьков, Алма-Ата) или в непосредственной близости от них. С точки зрения обеспечения безопасности их местоположение чрезвычайно уязвимо, особенно в Казахстане – регионе с повышенным риском экстремистской угрозы.

Вызывает вопросы и тот факт, что хотя обычно вспышки опасных инфекций фиксируются в Африке и Южной Азии, американские военные проявляют повышенный интерес к странам с относительно благополучной эпидемиологической обстановкой, но расположенным вблизи границ основных геополитических конкурентов США. Система создаваемых лабораторных комплексов по периметру границ России потенциально позволяет Пентагону решать ряд задач.

1. Собирать информацию (о территориальных микроорганизмах, эндемичных патогенах, средствах борьбы с ними, каналах распространения заболеваний и т. д.), которая потенциально будет иметь ценность для создания нового поколения наступательного биологического оружия избирательного действия, эффективного против России, Ирана, КНР.

2. Проводить диверсионные операции, направленные на нанесение ущерба экономике (уничтожение поголовья скота, дискредитацию продукции государства на мировых рынках) и человеческому потенциалу России. Речь о снижении иммунитета и способности к воспроизводству. Одной из первых таких диверсий могла быть вспышка африканской чумы свиней на юге и в центре России в 2012–2013 годах. Атипичная устойчивость вируса к условиям северных широт могла быть результатом деятельности американской ЦРЛ в Грузии, откуда он распространился и где велись работы с соответствующим штаммом. Подобные операции ранее широко практиковались США против Кубы.

3. Испытывать биологические разработки в районах, приближенных к территории потенциальных противников (отслеживать вирулентность, пути распространения и другие свойства возбудителей опасных болезней).

4. Усиливать зависимость России, Ирана, КНР от продукции западной фармацевтической индустрии, рассчитывая в будущем предлагать лекарственные препараты от заболеваний, искусственно синтезированных или модифицированных с помощью сети ЦРЛ. Тем более что генная инженерия в США достигла впечатляющих результатов.

5. Обходить ограничения, налагаемые Женевской конвенцией от 1972 года о запрещении бактериологического и токсинного оружия, отказывая иностранным инспекторам в доступе к объектам за пределами национальной территории (американцы последовательно уклоняются от создания верификационного механизма в отношении КБТО, в том числе от подписания соответствующего протокола), не опасаться протестов общественности США и последствий нарушения собственного законодательства в данной сфере.

6. Иметь доступ к результатам советской военно-биологической программы. Так, свои коллекции возбудителей опасных болезней (в том числе боевые штаммы микроорганизмов, созданные в СССР) в обмен на американскую помощь в США передали Украина, Грузия, Азербайджан и Казахстан. Указанные коллекции – уникальный продукт деятельности советских ученых, накопленный за десятилетия. Это, помимо прочего, позволяет составить представление о текущем военно-биологическом потенциале России, предусмотреть средства защиты от него.

И последнее: продукция данных лабораторий вокруг нашей страны может быть использована для создания внутренней напряженности, предпосылок для "цветных революций" в России.

ВПК