У многих журналистов, блоггеров, экспертов, да и у обычных граждан Казахстана и России, по тем или иным причинам интересующихся состоянием отношений между нашими странами, складывается полная уверенность в том, что официальные власти и уполномоченные лица обеих стран негласно следуют правилу: не можешь сказать правду – промолчи. Оно явно применяется в отношении спорных тем и острых вопросов в казахстанско-российских отношениях. Мотивация такого умолчания различная и в чём-то вполне объяснимая, но она со всей очевидностью не идёт на пользу успешному развитию отношений между нашими странами.
Три наиболее болезненные темы, инициируемые с российской стороны публицистами, журналистами и экспертами: «латинизация» казахского алфавита, отказ Казахстана признавать присоединение Крыма к России, независимость Абхазии и Южной Осетии, заявления и демонстративные действия Казахстана, представляемые как наличие у него с США неких особых отношений стратегического партнёрства, действительно, не находят какого то внятного официального объяснения и комментирования. Нежелание казахстанских официальных лиц высказываться по поводу санкционного давления стран Запада вместе с перечисленными фактами рассматривается как антироссийская переориентация казахстанской внешней политики.
Введение «латиницы» как предмета острой дискуссии в российских общественных кругах представляется, по меньшей мере, странным, поскольку уровень интереса к казахскому языку и степень востребованности казахского языкознания в России таковы, что для подавляющего большинства россиян совершенно безразлично какой алфавит используются в казахской письменной речи. В тоже время в российских медиа непонятным образом замалчивается тема введения трёхъязычия в Казахстане, которое в том виде как оно сейчас осуществляется, прежде всего, ведёт к реальному сокращению использования русского языка в образовании, науке, предпринимательской деятельности в пользу английского. Возникает явная угроза подрыва и эрозии социально-культурных основ успешного динамичного развития казахстанско-российских отношений.
Нежелание казахстанских официальных лиц обсуждать тему непризнания Крыма вызывает у россиян подозрения в недружественном осуждении присоединения этой территории и дезориентирует казахстанцев, которые хотели бы там вести бизнес или отдыхать. Интересно узнать, а как реагируют казахстанские пограничные службы на въезд в страну россиян с регистрацией в Цхинвале, Сухуми, Гудауте и Пицунде? Ведь подавляющее большинство граждан Абхазии и Южной Осетии имеют российские паспорта. И это, притом, что Казахстан активно сотрудничает с Грузией во всех сферах и является одним из наиболее крупных инвесторов в грузинскую экономику.
Отсутствие сколько-нибудь развёрнутых официальных комментариев по поводу разного рода спекуляций в казахстанских СМИ о возможностях применения Россией «крымского сценария» в отношении ряда приграничных областей Казахстана с многочисленным русскоязычным населением вполне может расцениваться как подтверждение наличия у казахстанской стороны подобных опасений или своего рода способ получения российских заверений обо обратном. Казахстану необходимо сформулировать собственную продуманную и выверенную позицию по вопросам присоединения Крыма, антироссийских санкций стран Запада, Украины, выразив своё отношение и к тому и другому, исходя из отношений казахстанско-российского стратегического партнёрства и союзничества, а не номинально декларируемого стратегического партнёрства с США.
Это принципиально значимо для будущего развития отношений Казахстана с Россией. Взаимопонимание и взаимодоверие между нашими странами не может основываться на произвольно трактуемых умолчаниях по таким жизненно важным для обеих стран вопросам. Опасения по поводу распространения на Казахстан западных санкций или резкого ухудшения отношения с Россией объясняют эти умолчания, но не оправдывают. Непризнание присоединения Крыма, отсутствие официальных объяснений, оценок этого факта международных отношений (вхождение, воссоединение, аннексия, оккупация или др.) оставляет свободу различных толкований, но все они будут являться нелицеприятными характеристиками казахстанско-российских отношений.
Откровенная враждебность намерений и устремлений «майданной власти» на Украине, открыто поддержанная странами Запада и США в первую очередь, предопределила жёсткую российскую ответную реакцию и готовность российских властей воспользоваться давними сепаратистскими настроениями в Крыму для оказания противодействия геополитическим угрозам, исходящим от намеренно антироссийской переориентации внешней политики Украины. Казахстан не обязан вовлекаться в санкционное противостояние России с Западом и российская сторона этого, и не требует от него, но казахстанское руководство не может уклоняться от выражения своего отношения к событиям «украинского кризиса» будучи геостратегическим партнёром и союзником России.
Ещё одной наиболее острой и широко обсуждаемой в Казахстане темой в развитии экономических отношений между Казахстаном и Россией, но не находящей должного освящения в официальных заявлениях стала оценка последствий участия Казахстана в процессах евразийской интеграции в рамках ЕАЭС. В большинстве комментариев, размещаемых на различных интернет сайтах казахстанскими экспертами, преобладают отрицательные характеристики в полном противоречии с бодрыми официозными заявлениями об успехах и достижениях евразийской экономической интеграции при всех имеющихся трудностях.
С казахстанской стороны умолчание об этих самых определённых трудностях евразийской интеграции объясняется нежеланием признавать просчёты, допущенные при формировании ЕАЭС. Казахстан оговорил сохранение применения односторонних мер нетарифного регулирования (квот, разрешений и изъятий, технических регламентов, санэпидемических требований, налоговое регулирование и др.) внешнеэкономической деятельности в пределах ЕАЭС под контролем национального государства. Применение этих мер оказалось намного болезненней для казахстанских производителей.
Единое экономическое пространство рассматривалось казахстанской стороной в первую очередь как поле экономической конкуренции на равных производителей всех стран-участниц, а только потом как условие развития кооперации, специализации и интеграции производств. Без протекционистской поддержки казахстанские производители сразу же стали проигрывать по многим товарным позициям российским. Кроме того, российские производители воспользовались преференциями и льготами, которые предоставлялись им на казахстанском рынке как инвесторам, в то время как казахстанские производители, выходившие на российский рынок, подпали под усиление контроля и налогового бремени со стороны своих государственных органов.
Казахстанские импортёры, выиграв на снижении тарифов за грузоперевозки, проиграли на импортных пошлинах в торговле с третьими странами и транзите товаров из третьих стран. Казахстанские бизнесмены показали большую заинтересованность в создании совместных производств с российскими предпринимателями в Казахстане, а российские бизнесмены, наоборот, при том, что российских предпринимателей, пришедших на казахстанский рынок оказалось значительно больше.
Экономическая политика казахстанского государства в 2014 – 2017 годах ничем не помогла казахстанским предпринимателям ни на внутреннем ни на российском рынках, а российская государственная экономическая политика явно оказала мощное стимулирующее воздействие. Сверхмерная забота о сохранении неприкосновенности экономического суверенитета Казахстана в процессах развития евразийской экономической интеграции приводит к ослаблению казахстанских экономических позиций в отношениях с Россией и усилению внешнеэкономической, финансовой и технологической зависимости Казахстана от стран Запада.
С российской стороны умолчание о проблемах развития евразийской интеграции во многом объясняется нежеланием признавать неготовность российских предпринимателей без государственной поддержки вовлекаться в затратные масштабные и долговременные экономические интеграционные проекты в Казахстане. Российское же государство на данный момент просто не обладает достаточными ресурсами для оказания такой поддержки.
Все заявленные в 2013 – 2018 годах казахстанские и российские стратегические программы экономического развития странным образом проигнорировали проекты евразийской экономической интеграции, которые после образования ЕАЭС должны были бы стать составной частью долгосрочного экономического планирования во всех странах-участницах. Это может означать: отсутствие понимания необходимости скоординированности долговременных перспективных экономических планов, соответствующих договоренностей, нежелание, неготовность к взаимному учёту интересов. В любом случае из-за подобных умолчаний возникают серьёзные основания сомневаться в перспективах ЕАЭС.
Много и часто говорилось, и говориться о развитии казахстанско-российского образовательного сотрудничества, но на официальном уровне никак не объяснялось - почему самой массовой формой этого сотрудничества является организация массового выезда из страны русскоязычного выпускников для поступления в российские вузы. Большая часть этих молодых людей не возвращается обратно в Казахстан и предпочитает принимать российское гражданство. Понятно чем такое «сотрудничество» способствует развитию высшего российского образования, но что оно даёт казахстанскому образованию совсем не понятно.
Единственный очевидный результат данного направления сотрудничества – это усиление миграционного потока, приводящий к прогрессирующему сокращению доли русскоязычных граждан в составе населения Казахстана. Это свидетельство неблагополучия в межнациональных отношениях и проявление мотивированного нежелания русскоязычной молодёжи получать высшее образование в Казахстане. Подобное «сотрудничество» в образовательной сфере явно не идёт на пользу казахстанско-российским отношениям.
Необходимость и возможности научного сотрудничества между нашими странами в атомной энергетике, космических исследованиях, органической химии, казалось бы, сельскохозяйственных науках, предопределены всеми условиями, но ничего о значимых успехах казахстанской науке в этих сферах не слышно. В Казахстане в сотрудничестве с Россией не построено за 25 лет ни одной атомной электростанции, ни одного нефтехимического комбината, ни одного казахстанского космического спутника, не появились новые сорта растений и новые породы животных сельскохозяйственного назначения. Если эти достижения казахстанско-российского научного сотрудничества всё же имеются, то почему о них умалчивается? Если их нет, то почему не происходит обсуждения причин торможения научно-технического и технологического сотрудничества между нашими странами в этих важнейших сферах?
Распространённое и разделяемое большинством населения в наших странах общее понимание обоюдной жизненной важности, особой экономической и политической значимости, стратегической необходимости дружеских, союзнических, партнёрских казахстанско-российских отношений является надёжной идейной основой реализации самых смелых и далеко идущих планов сотрудничества и разрешения всех недоразумений, разногласий и противоречий. Необходимы политическая воля, открытость, взаимное доверие, взаимный поиск возможностей, ресурсов и вариантов разрешения всех возникающих проблем компетентными и уполномоченными государственными и общественными организациями и структурами Казахстана и России.
Источник - rezonans.kz