Когда многие сейчас взялись восхвалить  заслуги нынешнего президента, мои высказывания могут выглядеть    диссонансом  к тому,  что он сделал и не сделал   за время  своего правления страной.  Вообще – то семь лет – достаточный срок для президента, чтобы он   навел  порядок в  своей  небольшой стране.  Но Атамбаева  упустил время и не мог это сделать. Используя поддержку народа, оказанную ему  в периоды  двух революций, он должен был  исправить все,  что  натворили  в стране  Акаев и Бакиев.    

Но он упустил время и  не осуществил  практическую работу  по исправлению ситуации. Он знал, что  из–за отсутствия  порядка  законы  страны  давно не работают. Вместо того, чтобы решительными действиями ликвидировать последствия дурного  правления страной,  он начал кормить людей  обещаниями, что они через  1,5-2 года заживут счастливой жизнью. Для этого  он  должен был сделать  глубокую реформу в стране,  в первую очередь в  государственном аппарате страны. Реформу не  обычную, а всесторонне продуманную, сделанную сразу  без оглядки назад. Было ясно, что прежние президенты завели страну не туда. По результатам начатых преобразований люди должны были поверить, что он имеет твердые  намерения изменить ситуацию, улучшить жизнь,  и на база этого  остановить  массовый  исход людей  из страны.  

Государственный аппарат, состоящий из многих министерств и ведомств, выполнял свои обязанности отвратительно плохо, и он привел  страну к обстановке безответственности,  безнаказанности  и коррупции. Должностные лица свои властные полномочия использовали, в основном, для извлечения личной выгоды, а мздоимство стало обычным делом. Поскольку многие вещи зависели от государственного  аппарата, он в первую очередь должен был в корне изменить его работу.  Но, он не мог это сделать.   

Почему он  не посчитал своим первейшим долгом  возвращение стране Кумторского месторождение  золота, которое считалось  грандиозным месторождением в мире,  - никто не знает? Он же  хорошо знал, что это   месторождение было отдано канадской компании для извлечения огромной личной выгоды прежними правителями. Мы ему говорили, что 18–20 тонн золота, ежегодно добываемых  канадской   компанией,  – это огромное богатство,  которого  лишилась  страна в результате преступных их действий.  Богатство «Кумтор» он должен был вернуть стране, чтобы   поправить ее эконмическое положение.            

Атамбаев не мог  отстранить от работы даже тех, кто  привел страну к энергетической несостоятельности, а  отрасль - к хозяйственному развалу. В результате не достающую стране электроэнергии мы сейчас покупаем у  соседей. Несмотря на то, что строительство  маленькой Камбар–Атинской ГЭС – 2 ведется  с  1984 года,  ничего не сделано,  чтобы завершить ее строительство в кратчайшие сроки - в течение 2-3 лет. Руководители электроэнергетических компаний  даже  не собирались  начать  реконструкцию каскада Токтогульских ГЭС, которые прослужили нам по   40-50 лет. Только тогда, когда   в декабре 2015 года одновременно из строя вышли два агрегата ГЭС,  они заговорили о  реконструкции станций, и начали искать деньги для этого дела. Почему катастрофические провалы в электроэнергетике страны  он не включил  в перечень  особых проблем,  с которыми он должен был заниматься днем и ночью?  

Разве он не знал,  что  ему необходимо восстановить сахарную промышленность страны и вернуть на работу 200 тысяч свекловодов  Чуйской, Таласской и Исык–Кульской областей, оставшихся без работы? Мы ему тоже говорили,  как это сделать! Многие простаивающие предприятия он должен был запустить, передав  их состоятельным иностранным компаниям под инвестиционную программу.  Но он ни одно из них  не отдал.  

Наши дехкане издревле производят шерсть, хлопок и шелкопряд. В такой ситуации он не принял меры, чтобы  запустить простаивающий  текстильный  комбинат  в Оше и фабрику первичной обработки шерсти в Токмаке, чтобы мы могли переработать нашу сельхоз продукцию. Иностранные компании, желающие запустить  указанные  предприятия, у нас до сих пор много. В стране успешно работали заводы  по производству комплектных  трансформаторных подстанций, кабельно-проводниковой продукции, глубинных насосов,  прицепного оборудования для сельхозмашин  и  других, в которых  нуждалась наша  страна. И запуск указанных производств  никакого труда нам не представляли.   

Но он был далек от таких проблем. И свои способности он  не использовал для  экономического возрождения  страны. Состояние экономики определяется показателями произведенного в стране ВВП. С 2011 года по 2016 год ВВП у нас  увеличился  в 1,6 раза, но он заявлял,  что он вырос в три раза.  У нас  на душу населения  приходится 2 тысяч долларов ВВП, в Узбекистане 5,5 тысячи, в Таджикистане 4,5 тысячи, в России и Казахстане 25 тысяч долларов. Мы  имеем  примитивную экономику, основанную  на купле–продаже  товаров.  

Исходя из специфики природных условий  страны,  он должен  был запустить  столько  молочно-товарных ферм, чтобы  десятки раз увеличить  производство сливочного, масла, сыров, сметаны и других, которые  большим спросом пользовались  на рынке  соседних стран.  Мы могли   в каждом  районе создать по несколько крупных комплексов  по откорму скота, чтобы в большом количестве  производить мясо. Все это  было   бы  удачным экономическим поведением страны.  К сожалению, страна такими возможностями опять не воспользовалась.  В результате мы из нашей  мясо–молочной продукции на рынки Евразийского  экономического союз  ничего сейчас  не поставляем.   

Почему наш правитель не смог спросить за провал этого дела с виновных?  Кто–то должен же был за это отвечать. Республиканский бюджет  в долларовом исчислении  составляет  2 млрд. долларов, в Грузии, Молдавии и Армении по 4 млрд. долларов, в Литве, где 3,5 миллионное население,  – 18 млрд. долларов.  Для покрытия бюджета мы ежегодно занимаем до  300 млн. долларов у международных финансовых институтов.  Средняя зарплата у нас 2600 сомов.  Многие  социально–экономические проблемы  страны долгое время оставались не решенными.  Экономика  разваливалась  по той простой причине, что он ничего  в противовес развалу   не мог выставить.

Он любил  на  ключевые  посты в экономике страны назначать, в основном, не имеющих соответствующего образования и опыта  людей. 

Особенно это было видно по линии министерств экономики, финансов,  сельского хозяйства, промышленности и энергетики, природных ресурсов, фискальных органов. Фискальные органы привели страну к тому, что   для покрытия  бюджета ежегодно набирая   до 300 млн. долларов долга   и финансовой помощи стран – доноров,   столько же  мы отдаем для обслуживания внешнего долга страны. По этой причине   доходная часть республиканского бюджета   второй год стоит на отметке 123 млрд. сомов, и при галопирующей инфляции  из этих денег мало что остается  для обеспечения возрастающих расходов бюджета. Руководители фискальных органов президенту докладывали  то, что он хотел  услышать. По большому счету,  за провал финансовой политики страны за 7 лет Атамбаев  должен был трижды сменить руководителей указанных ведомств, но он этого  не сделал.   

 Да, многие социально–экономические проблемы годами оставались не решенными.  Он, выдвигая своих людей из одной должности в другой,  распределял не работу, а  должности.  А замену   провалившихся руководителей такими же работниками  мы воспринимали, как само собой разумеющуюся вещь. Вместо созидательной работы, он государственным органам давал указание  разработать концепцию, программу и стратегию устойчивого развития, которые никакую пользу  стране не приносили.    

Он должен был в корне  изменить работу органов   следствия, прокуратуры, судов и милиции, которые  привели страну к беззаконию,  вседозволенности, неподсудности чиновников и криминальных  элементов. Органы прокуратуры  практически перестали заниматься вопросами прокурорского  реагирования на случаи противоправных действий людей.  Исходя из складывающейся ситуации, например, Казахстан свой  уголовно - процессуальный кодекс,  кодекс об административной ответственности, законы о прокуратуре, о судах и других,   за это время  переделали  несколько раз, притом они это сделали основательно, а у нас ни разу.

Он не любил договариваться  с кыргызской элитой, которая могла подсказать ему, что делать. Он не хотел проблемы страны решать за столом открытых обсуждений и дискуссий.  Он считал, что  все в стране  должны думать, как он. Это было порозительно!

Базарбай Мамбетов