Тема признания палестинского государства начинает развиваться как снежный ком. За признанием и, соответственно, превращением миссий Палестины в полноценные посольства (а это уже совершенно иной не просто политический, но юридический статус) со стороны ядра Британского содружества наций - Великобритании, Канады и Австралии, - а также Португалии последовало признание и со стороны Франции. Оговорки, которые постоянно делал Э. Макрон, оказались неожиданно сняты. Ожидается и заметное расширение числа признавших Палестину государств на начавшейся сессии Генассамблеи ООН.

Напомним, что палестинское государство было провозглашено еще 15 ноября 1988 года. Советский Союз признал его уже 19 ноября, а Россия является правопреемницей этого решения. Но для стран "атлантического мира" признание палестинского государства было полным табу. Некоторые нынешние государства - члены ЕС, признавшие Палестину еще в 1988 году, в бытность государствами "социалистического содружества", затем, став частью "евро-атлантического мира", отказались от своего решения, не побоявшись потерять лицо.

Отрицать то, что одним из факторов, обусловивших признание палестинского государства после долгих десятилетий игнорирования, были действия Израиля в секторе Газа, нельзя. При всем геополитическом цинизме европейских элит меняющаяся социально-демографическая обстановка внутри "европейского сада", а также кризис позиций на мировой арене заставляют не просто прислушиваться к общественному мнению, но и отказываться от прежних стереотипов геополитического поведения. Но было бы наивно считать, что действия европейских политиканов продиктованы заботой о судьбе народа Палестины. Демонстративно устроившие "парад признаний" европейцы с октября 2023 года игнорировали нарастание эскалации конфликта в регионе и превращение Восточного Средиземноморья в арену хаоса. Что же изменилось теперь? Выделим четыре обстоятельства, о которых европейские гуманисты стараются не говорить.

Первое и самое очевидное. Израиль стал вести себя так, как будто является полностью независимым от Европы в экономическом и политическом плане. Б. Нетаньяху считает, что Израиль (под его правлением, естественно) настолько важен для европейцев и американцев, что они закроют глаза на любую эскалацию в Палестине и на любые ее гуманитарные последствия. Во многом европейцы сами в этом виноваты, так как предоставили не столько Израилю, сколько лично Нетаньяху карт-бланш на операции против ХАМАС, превратившие Газу в зону гуманитарной катастрофы. Затем не прореагировали на, по сути, террористические методы борьбы Израиля с "Хезболлой". Наконец, закрыли глаза на нападение Израиля на Иран. Почему Нетаньяху, фактически сражающийся за свое политическое выживание, должен обращать внимание на позицию европейцев? И вряд ли "парад признаний" Палестины что-то серьезно изменит. Но можно попытаться поставить израильского премьер-министра, испытывающего сложности внутри своей страны, "на место".

Второе и самое значимое. Признание палестинского государства - демонстрация геополитической фронды по отношению к США. Дело не только в том, что Д. Трампу не удастся провести сессию ГА ООН как свой политический бенефис. А это, напомним, первая сессия на его втором сроке... И едва ли Трамп упустил бы возможность подчеркнуть на ней свое глобальное лидерство и миротворческие усилия. Важнее другое: крайне сложно не заметить, что "пионеры признания Палестины" - Великобритания и Австралия - составляют ядро конструируемого политико-экономического блока AUKUS. А без этого блока какие-либо реально наступательные действия США против КНР в Восточной Азии будут затруднены. Геоэкономическое значение Канады для судьбы Евро-Атлантики в доказательствах не нуждается. Любопытно и лидерство "глобального Лондона", а не пока дружественного Трампу Брюсселя в европейской фронде. Похоже, Д. Трампу показывают, что он преждевременно начал воспринимать Европу как только свой протекторат, слишком откровенно продемонстрировав это в ходе визита в Лондон.

Третье и самое любопытное, а потенциально и опасное. Мы наблюдаем попытку евроатлантистов сыграть на внутренних противоречиях в США. Отметим, что попытка, очень неплохо выверенная по времени. Дело в том, что в США впервые в политической элите наметился раскол относительно того, есть ли пределы у американской поддержки Израиля. Да, в основном такие вопросы возникают у оппонентов Трампа, но вопросы о том, насколько американский президент контролирует идеологически близкого Нетаньяху, начали появляться и у республиканцев. А опасность в том, что Трамп едва ли потерпит попытки евроатлантистов "залезть" на его политическую территорию, попытавшись подорвать один из немногих вопросов, остающихся "точкой сопряжения" в американской политической элите.

Четвертое и самое значимое. Реализация "плана Нетаньяху", даже если Трампу и удастся восстановить контроль над своим партнером (что пока выглядит сомнительно), означает полную утрату европейцами политических позиций в Восточном Средиземноморье, да и в целом - до Евфрата. Будут демонтированы все позиции, достигнутые Европой с начала 1990-х годов, с "Соглашения Осло" 1993 года. Но дело не только в политике. Европейцы, очевидно, боятся новых волн миграции из Восточного Средиземноморья, причем миграции в рамках "плана Трампа", когда их просто заставят принять как минимум миллион беженцев, включая молодежь, не имеющую никакого опыта работы, если не считать распределения гуманитарной помощи и ведения партизанских боевых действий. В таких условиях надежды на возрождение Европы как значимой политической силы наивны. Коллективное демонстративное признание палестинского государства видится как средство навязать Израилю - с Нетаньяху или без него - диалог о месте европейцев в переформатировании региона. То, что для этого пришлось снимать табу на признание Палестины, говорит о глубине раскола между Европой и Израилем.