В Улан-Удэ установили двойной памятник российской императрице Екатерине II и первому бурятскому хамбо-ламе Дамба-Доржо Заяеву. В металле запечатлен исторический момент, с которого принято вести отсчет независимой буддийской иерархии в России. Монумент готовятся торжественно открыть 7 сентября.

Годовщина исторического события не совсем юбилейная, но актуальная в свете активизации работы российских властей с отечественной буддийской общиной, которую можно наблюдать в последние год-два. И историзм тут не случаен. Он включает в себя преемственность политики как в отношении традиционной религии народов Забайкалья, так и в связях с китайским государством. В чем-то сегодняшние реалии востребуют государственнический опыт екатерининских времен, а в чем-то предлагают новые подходы к межгосударственным контактам, обусловленные так называемым поворотом на Восток из-за конфронтации с Западом.

Когда Екатерина II и ее предшественники на российском престоле принимали меры к тому, чтобы оторвать бурятские роды от иностранного влияния и централизовать контроль над ними, они повторяли политику маньчжурской династии Цин. Как раз к середине XVIII века эта правившая Китаем династия централизовала управление Тибетом под духовным и светским лидерством далай-лам и установила над этим регионом прочный контроль. Кроме того, цинские властители использовали буддизм для интеграции монгольского меньшинства в объединенную империю. То же самое делала и Екатерина: она создала институт хамбо-лам и подчинила им всю буддийскую иерархию бурятских родов. С тех пор буряты ощущают себя частью многонационального Российского государства.

В некотором смысле Китай остается ориентиром для РФ и в наши времена. Сейчас в КНР большое внимание уделяют буддийскому образованию. Как говорят специалисты, в стране построен большой центр тибетологии, восстанавливают древние храмы, работают с текстовым религиозным наследием. Взамен власти ждут от общины лояльности. Подобные процессы можно наблюдать и в Российской Федерации. В Бурятском государственном университете открыли набор на бакалавриат по специальности "Буддийская философия", на базе одного из московских вузов читают лекции по буддизму для будущих духовных наставников и т.д.

Недавно в Улан-Удэ состоялся международный форум, в котором участвовали представители разных буддийских стран, но наиболее весомым видится присутствие там большой китайской делегации. Вице-президент Китайской буддийской ассоциации Ху Сюэфэн на мероприятии призвал "стремиться к культурным обменам и взаимному обучению" и сочетать традиции и современность. Монахи из Шаолиня продемонстрировали участникам принципы культурного обмена не только словом, но и делом, благо что руководят сегодня буддийским возрождением в России специалисты по китайским духовным практикам.

Когда минувшей весной заместитель председателя Синодального отдела по взаимоотношениям церкви с обществом и СМИ Александр Щипков заговорил о "богословском диалоге" между Россией и Китаем, это вызвало некоторое недоумение, учитывая пропасть между главными религиозными традициями двух стран. И вот сейчас протоиерей Павел Великанов, специализирующийся в вопросах религиозного образования, провел и опубликовал беседу с востоковедом Алексеем Масловым о сходстве и различии в образе мысли русских и китайцев.

Одним из способов преодолеть мировоззренческую пропасть между Москвой и Пекином, как и в екатерининские времена, становится буддизм. В том числе и этим можно объяснить работу по оживлению российского буддизма, вывод его из разряда традиционных, но периферийных религий в один из важных факторов международных отношений. Видимо, власти РФ в этом одновременно и копируют политику Китая, и пытаются найти общие ценности с Поднебесной.