Изменения на международной арене, наметившиеся после начала специальной военной операции (СВО) на Украине, все больше стали оказывать влияние на страны, которые ранее находились на периферии мировой политики. В первую очередь речь идет о государствах Центральной Азии, интерес к которым со стороны Запада с 2022 года резко возрос. ЕС и США значительно активизировали свои попытки усилить влияние в регионе, в том числе для того, чтобы вытеснить из него Россию и Китай. Это в очередной раз подтвердил прошедший 3-4 апреля в Самарканде саммит "ЕС – Центральная Азия".

Необходимо отметить, что стратегия ЕС в отношении ЦА начала меняться еще в 2019 году, но лишь после начала СВО она стала приобретать характер, близкий к агрессивному. За последние три года регион превратился в настоящее место паломничества европейских политиков и чиновников, которые стремятся укрепить связи Евросоюза со всеми центральноазиатскими государствами. Для этого в том числе проводились различные форумы и министерские встречи, последняя из которых состоялась в Люксембурге в 2023 году, где была согласована совместная дорожная карта по углублению связей между ЕС и Центральной Азией.

Одним из самых важных моментов последних лет можно считать начало проведения глобальных саммитов "ЕС – ЦА", которые прошли в октябре 2022 года в Казахстане и в июне 2023 года в Киргизии. Третий раз стороны должны были собраться еще в 2024 году, однако из-за "переходного периода в связи с выборами в Европарламент и формирования нового руководства ЕС" он был перенесен и состоялся в Узбекистане.

Причем в этот раз Евросоюз изначально проявил более серьезную заинтересованность в мероприятии, так как было объявлено, что нынешний саммит будет первой в истории встречей на высоком уровне между ЕС и странами региона, так как в нем примут участие президент Европейского совета Антониу Кошта и глава Европейской комиссии (ЕК) Урсула фон дер Ляйен. Как отмечали в Брюсселе, мероприятие должно было стать "ключевой возможностью для ЕС продемонстрировать свой геополитический интерес в углублении взаимодействия и расширении регионального сотрудничества с Центральной Азией". Одновременно своих надежд не скрывали и лидеры центральноазиатских стран. Как заявлял перед встречей президент Узбекистана Шавкат Мирзиеев, данный саммит может стать "историческим шансом" для стран региона.

В Брюсселе готовится к саммиту начали заранее. В частности, с 12 по 18 марта еврокомиссар Йозеф Сикела совершил настоящее турне по ЦА, успев даже заключить соглашения о спутниковом интернете для стран региона (TEI Digital Connectivity), которые подразумевают подключение к Сети отдаленных регионов Казахстана, Узбекистана, Киргизии и Таджикистана. В Астане 13 марта стороны подписали контракт на сумму 3 млн евро для сотрудничества в области критически важного сырья, а в Таджикистане было объявлено о выделении ЕС 10 млн евро на развитие образования до 2030 года.

Кроме того, 27 марта в Ашхабаде состоялась 20-я встреча руководителей внешнеполитических ведомств Центральной Азии и ЕС, где вице-президент Еврокомиссии Кая Каллас призвала страны региона поддержать санкции против России. Она также провела переговоры с президентами Туркменистана, Узбекистана и Казахстана, пообещав им финансовую и иную поддержку по различным направлениям, а также помощь Узбекистану и Туркменистану во вступлении их во Всемирную торговую организацию. Примечательно то, что Каллас не скрывала главный интерес ЕС в ЦА – получение доступа к природным богатствам региона, а также сокращение влияния здесь РФ и Китая.

Важным событием накануне саммита стало заявление Урсулы фон дер Ляйен на сессии Европарламента в Страсбурге 1 апреля. По ее словам, ЕК рассматривала предстоявший форум как один из элементов европейского ответа на пошлины США в рамках стратегии диверсификации торговых отношений ЕС с иностранными партнерами.

Таким образом, главные цели, которые преследовали представители Евросоюза в Самарканде, были вполне очевидны, хотя формально заявлялось о том, что в ходе мероприятия будут обсуждаться перспективы сотрудничества в торгово-экономической, экологической, инвестиционной и культурно-гуманитарной сферах, а особое внимание планировалось уделить альтернативным источникам энергии, зеленой экономике, транспорту, в первую очередь Транскаспийскому международному транспортному маршруту (ТМТМ), и цифровизации.

Одним из важнейших мероприятий в ходе саммита должен был стать Международный климатический форум, так как именно вопросы экологии имеют самое непосредственное влияние на экономику региона, и в их решении заинтересованы все страны ЦА. Однако, как показали события на саммите и его итоги, цели и задачи ЕС в отношении Центральной Азии в реальности выглядят более меркантильными и никак не связаны с публично заявленным желанием Брюсселя сделать регион процветающим и конкурентоспособным.

В первый день мероприятия, проводившегося под девизом "Инвестируя в будущее", в столицу Узбекистана прибыли лидеры Казахстана – Касым-Жомарт Токаев, Киргизии – Садыр Жапаров, Таджикистана – Эмомали Рахмон и Туркменистана – Сердар Бердымухамедов. Все они, как и президент Узбекистана, успели лично пообщаться с представителями ЕС. Причем тематика их встреч была приблизительно одинаковой. Стороны обсуждали совместные программы в области инноваций, зеленой энергетики, добывающей отрасли, сельского хозяйства, транспорта, логистики, цифровизации и пр.

Кроме того, с некоторыми лидерами руководство ЕС отдельно обговорило подготовку и подписание соглашений о расширенном партнерстве и сотрудничестве. И каждый раз официально заявлялось о том, что на переговорах стороны выразили "удовлетворение по поводу прогресса в расширении двустороннего сотрудничества" и подтвердили свою приверженность "дальнейшему укреплению партнерских отношений". Примечательно то, что открыто тема Украины и антироссийских санкций изначально не поднималась, однако в дальнейшем стало понятно, что без этих вопросов саммит был бы не интересен ЕС.

В частности, в ходе пленарного заседания фон дер Ляйен напомнила, что сегодня "возникают новые глобальные барьеры", а "державы перекраивают сферы влияния". Именно поэтому она подчеркнула важность в "надежном партнерстве", в рамках которого стороны обязаны поддерживать друг друга. При этом высокопоставленная чиновница, совершенно не стесняясь, заявила, что от стран ЦА Европе нужны редкоземельные металлы, которых в регионе огромное количество: 38,6% мировых запасов марганцевой руды, 30,07% хрома, 20% свинца, 12,6% цинка и 8,7% титана. По ее словам, "эти сырьевые ресурсы – источник жизненной силы для глобальной экономики будущего", а потому ЕС якобы готов сделать партнерские предложения странам ЦА. "Мы также хотим быть вашими партнерами в развитии местной промышленности. Добавленная стоимость должна быть локальной", – заявила она.

Правда, фон дер Ляйен не уточнила, в какой форме предлагается такое сотрудничество и не станет ли оно еще одним инструментом закабаления региона. Хотя, конечно, формально пакет европейской "помощи" в рамках инициативы Global Gateway, озвученный в Самарканде, кажется довольно солидным: 12 млрд евро, из которых в транспортную сферу будет направлено 3 млрд, на критически важное сырье – 2,5 млрд, в энергетику – 6,4 млрд, а на развитие спутникового интернета в Центральной Азии – еще 100 млн. В конце своего выступления фон дер Ляйен заявила, что запуск стратегического партнерства показывает, что "вы можете положиться на Евросоюз", а "лучшее действительно еще впереди".

Аналогичные заявления прозвучали и со стороны Антониу Кошты, который дополнительно ко всему решил сделать акцент на вопросах геополитики. По его словам, "угрозы безопасности сегодня носят транснациональный характер", а потому он призвал к более активному сотрудничеству на двустороннем, региональном и многостороннем уровнях, в том числе по "сдерживанию" России, которая, по его словам, "нарушила Устав ООН и международное право" в ситуации с Украиной. При этом он заявил, что ЕС "продолжит усиливать давление на Россию, где это необходимо", добавив, что Брюссель рассчитывает на содействие в этом вопросе и стран ЦА.

Примечательно то, что со стороны центральноазиатских лидеров не было возражений относительно заявлений представителей ЕС. Главы пяти стран ЦА много говорили о перспективах сотрудничества, в том числе в деле упрощения визового режима, выражали свою готовность совместно с ЕС разрабатывать местные природные богатства, наращивать поставки своей продукции на европейский рынок, формировать новые транспортно-логистические цепочки, совместно обеспечивать региональную безопасность, бороться с изменениями климата, противостоять незаконному обороту наркотиков и пр.

Однако все они так или иначе отмечали, что остаются приверженными "сбалансированной" внешней политике, расширению сотрудничества со всеми заинтересованными государствами и основными организациями, включая ЕС, соблюдению "принципов и норм международного права", а также мирному урегулированию конфликта на Украине. Проще говоря, исходя из выступлений лидеров стран ЦА, стало очевидно, что они пока не готовы идти на поводу у ЕС, подключаясь к санкционному давлению на Россию, но планируют получить максимальную для себя выгоду от сложившейся сегодня ситуации на международной арене.

Об этом, в частности, свидетельствует итоговый пресс-релиз, где сообщено все то, о чем стороны говорили во время саммита, и были отмечены "набирающее силу стремление к расширению двустороннего сотрудничества в ряде ключевых областей, а также общая приверженность миру, безопасности, демократии и основополагающим принципам международного права".

Не принесла неожиданностей и совместная декларация участников саммита, где было объявлено об установлении стратегического партнерства между Центральной Азией и Европейским союзом, что многие поспешили назвать "историческим событием". Правда, ничего кардинально меняющего внешнюю политику стран ЦА в документе, состоящем из 20 пунктов, не указано, как не были прописаны четкие механизмы и сроки сближения между двумя регионами. Сам по себе документ носит скорее декларативный характер и содержит уже не раз заявленные сторонами тезисы, среди которых вопросы климата и зеленой энергетики, расширения отношений в сфере торговли и транспортной логистики, совместной добычи редкоземельных металлов, сотрудничества ради мира и безопасности, в также необходимости стабилизации ситуации в Афганистане, важности достижения мира на Украине и пр. Стороны даже договорились продолжить взаимодействие по предотвращению обхода санкций, о чем за последние три года не раз заявлялось лидерами стран ЦА.

Кроме того, на саммите была принята декларация и об углублении сотрудничества и инвестициях в сферу критических минеральных ресурсов. Однако конкретные шаги в данном направлении в настоящее время неизвестны и, по всей видимости, будут определяться сторонами отдельно. Также лидеры ЦА и ЕС договорились о проведении в конце нынешнего года Форума инвесторов для привлечения дополнительных инвестиций, в первую очередь в ТМТМ, а также в создание местного офиса Европейского инвестиционного банка в Узбекистане.

Помимо этого, стороны поддержали идею проведения подобных саммитов каждые два года, а также Экономического форума "Центральная Азия - Европейский союз", по всей видимости, рассчитывая таким образом добиться более конкретных результатов от контактов.

В целом же прошедший в Самарканде саммит вряд ли можно считать прорывным в отношениях ЕС и ЦА, хотя он и стал еще одним шагом Брюсселя по наращиванию своего влияния в Центрально-Азиатском регионе. При этом в самой Центральной Азии также не против расширения сотрудничества с Евросоюзом по самым различным направлениям, которые не противоречат их национальным интересам. Правда, с учетом происходящего сегодня в ЕС странам ЦА вряд ли стоит рассчитывать на поток денег из Европы, особенно если в Брюсселе решат, что их инвестиции не меняют здесь политическую ситуацию.