Официально уровень безработицы в Казахстане составляет чуть больше 5%. Однако все прекрасно знают, что это лишь те, кто зарегистрировался в качестве безработного в государственных центрах занятости. А все остальные, сколько бы их ни было, раз не обратились, то безработными не считаются.

Пыль в глаза

По данным Минтруда РК, в стране насчитывается около двух миллионов человек, работающих без оформления трудовых отношений, или так называемых самозанятых. Шестьсот тысяч из них — молодые люди. Из этого следует, что уровень безработицы в Казахстане может быть занижен как минимум в три раза. И показатель этот может составлять до 15% от реального экономически активного населения.

В общем, согласно последним подсчетам Национального бюро статистики Казахстана, уровень безработицы в республике сегодня выше, чем в странах Африки, таких как Нигерия и Чад. В четвертом квартале 2024 года насчитывалось 448,2 тыс. безработных, что на 0,5% больше, чем в 2023 году. Среди них 211,1 тыс. мужчин и 237,1 тыс. женщин.

Больше всего безработных насчитывается в Алма-Ате: 51,9 тыс. человек — на 0,4% больше, чем годом ранее. Затем следуют Туркестанская (40,9 тыс. человек) и Алма-Атинская (35,5 тыс. человек) области. Наименьше число безработных в Улытауской (4,2 тыс. человек), Северо-Казахстанской (13,1 тыс. человек) и Абайской (14,5 тыс. человек) областях.

Однако повторимся, что в учет тут идут лишь те, кто официально зарегистрировался в качестве безработного. Соответственно, чтобы получить реальную цифру, надо умножать как минимум на 3.

Наиболее остро обстоит дело с безработицей среди молодежи. Доля молодых людей, которые нигде не учатся и не работают, составляет порядка 10%. Особенно высок этот показатель в Мангистауской и Карагандинской областях, где ничем не занят уже каждый шестой. И в ближайшие пять лет, по мнению экспертов, эта ситуация будет только ухудшаться. Потому что в результате высокой рождаемости в скором времени на казахстанский рынок труда выйдут более миллиона молодых людей. А сальдо за минусом выбытия в результате достижения пенсионного возраста, инвалидности и смерти составит всего лишь более 100 тысяч человек.

Брошенные на самовыживание

Таким образом, экономический либерализм, в омут которого Казахстан радостно бросился больше тридцати лет назад, ожидаемого счастья так и не принес. Заморские советники, «срубив» свое, благополучно и удовлетворенно укатились восвояси. А казахстанцы остались со своими разваленными заводами, заброшенными полями, вырубленными садами и почти вымершими селами. Теперь вот пожинают плоды.

Конечно же, в стране появились собственные небожители, живущие по своим небожительским законам, их мажористые дети, для которых никаких законов не существует вообще, и вороватые чиновники, считающие, что тоже достойны быть небожителями. Но простой народ далеко не жирует. И это очевидно.

На словах позакрывать предприятия, которые кому-то показались нерентабельными, было более плевым делом, чем оказалось в реальности. Никто ведь не думал в период их активного демонтажа, что многие из них были градообразующими и что вслед за ними позакрываются целые города. Вот так год за годом некогда цветущие населенные пункты с фонтанами и плескающимися в них детишками превращались в декорации для съемок фильмов-ужасов. Теперь для них придуман один общий официальный термин — моногорода, для развития которых была опять же разработана целая государственная программа, которая, как можно догадаться, так и не реализовалась. Самое интересно, что никто не думает, что с ними, вернее с их жителями, а еще вернее, с их молодежью, делать.

Неформальная занятость населения — явление в Казахстане широко распространенное. На первый взгляд, безобидное оно на самом деле представляет собой весьма серьезную проблему, основная суть которой — неопределенный социально-экономический и правовой статус людей, представляющих эту категорию. То есть они, эти люди, реально существуют, но в то же время их словно нет. Поскольку их трудовая деятельность никак не оформлена, они не платят налоги, не имеют доступа к банковским услугам и исключены из систем социальной и правовой защиты, а также страхования. О профессионализме или уровне квалификации тоже речи быть не может, так как чаще всего никакими специальностями эти люди не владеют. А потому их заработки нестабильны и в большинстве случаев стихийны.

Казалось бы, ну и что? Кому какое дело до того, кто как зарабатывает. Но это только на первый неглубокий дилетантский взгляд. А вот знающие люди бьют по этому поводу тревогу. Поскольку внешнее относительное благополучие самозанятых людей на самом деле влечет за собой массу проблем в будущем. Так называемая неформальная занятость ведет к депрофессионализации и экономической маргинализации населения. Нестабильный заработок приводит к снижению удовлетворенности жизнью. И тут возникает питательная среда для криминализации и религиозной радикализации населения. И особенно сильно эти факторы влияют на молодежь, проживающую в моногородах и малых населенных пунктах.

Если проблему не замечать, она сама не решится

В Казахстане уже которое десятилетие реализуют государственные программы, направленные на повышение благосостояния населения, включая снижение неформальной занятости, в частности среди молодежи. Однако воз с места никак не двигается.

И это обусловлено отсутствием профильных ведомств (таких, как, примеру, в СССР был ВЛКСМ), необходимых знаний и наработанной практики взаимодействия с молодежью, находящейся вне официальных институтов и формальных трудовых отношений. Реализуемые меры чаще всего охватывают доступные молодежные группы, а политика по вовлечению неформально занятых не достигает своих конечных результатов.

«Для того, чтобы решать проблему, профильные государственные и местные исполнительные органы должны в первую очередь наладить работающую двустороннюю коммуникацию с этой аудиторией, при этом язык общения должен быть доступным в части разъяснения и ответов. Важно использовать новые социальные технологии в сочетании с креативными подходами — например, вести активную работу в социальных сетях и непосредственно «на земле», — заявляют по этому поводу в парламенте.

Все это звучит убедительно и возможно является правильным. Но на данном пути решения проблемы стоит наш закоренелый менталитет, который, по всей видимости, изменить нам вряд ли когда-нибудь удастся.

В реальности-то дело в следующем: доступный рынок формального трудоустройства представлен главным образом низкооплачиваемой работой, которая не привлекает молодежь. Чтобы претендовать на более высокую оплату труда, например, в крупных предприятиях, нацкомпаниях, необходимо преодолевать коррупционный барьер — это хорошие связи или взятка.

А на взятку у безработного или самозанятого, как можно понять, денег нет. Потому этот слой населения представляет собой серьезное бремя для бюджета страны, так как не платит налогов и социально не защищен. Благодаря этому образ неформально занятых-самозанятых демонизируется в СМИ, которые преподносят их образ в виде иждивенцев, незаслуженно пользующихся социальными, медицинскими и образовательными услугами от государства. Даже врачи говорят: если они не платят налоги и медстраховку, почему мы должны их лечить?

Однако и тут все далеко не однозначно. Поскольку неформально занятые делятся на два слоя — верхний и нижний. Первые осознанно выбирают неформальный рынок, у них все хорошо, и они не являются социально уязвимыми слоями населения, имея доходы выше, чем если бы работали на легальной основе. А вот нижний слой — дело другое. Печальное. В большинстве своем они социально уязвимые. Поскольку в связи с недостатком квалификации либо по каким-то другим причинам его представители не имеют возможности трудоустроиться на легальной основе. И в неформальном секторе их ждет в основном что-то вроде толкания тачки на базаре или низкооплачиваемый труд разнорабочего.

И все же ничего хорошего нет ни в первом, ни во втором случаях. Поскольку, первые, если даже и не пухнут с голоду, то и налогов не платят. Каких сумм из-за этого недосчитывается государственный бюджет, никто сегодня не скажет. Потому что никто не знает точное количество самозанятых.

Либеральное экспертное сообщество предлагает свои, уже набившие оскомину методы, — создание наиболее благоприятного бизнес-климата, снижение налоговых, коррупционных и регулятивных издержек, а также минимизация участия государства в экономике и т.д. и т.п.

Однако думается, что для того, чтобы решить проблему, ее вначале стоит признать. Не пускать пыль в глаза международным рейтинговым агентствам низким процентом официально зарегистрированных безработных, а включить в их число всех самозанятых. Поскольку, если проблемы официально не существует, то и решать ее никто не будет.

https://asia-today.news/03032025/5641/