27 февраля социальные сети взбудоражил видеоролик, на котором боевики движения "Талибан" обсуждают возможный захват Таджикистана. Командующий одним из армейских корпусов талибов Амануддин Мансури заявил, что его бойцы готовы к вторжению в эту страну в случае получения соответствующего приказа от своего руководства.

Публикация вызвала множество споров в социальных сетях и мессенджерах, пользователи которых выражают серьезнейшие опасения и тревогу, особенно на фоне недавнего падения светского политического режима в Сирии. Попробуем разобраться в нынешних реалиях.

Следует отметить, что подобные заявления о захвате Таджикистана периодически звучат с момента прихода талибов к власти:

• Так, в октябре 2021 года один из командиров движения "Талибан" Махди Арсалан сообщил, что он и его бойцы готовы к вторжению и захвату власти в Таджикистане.
• В феврале 2022 года начальник генштаба ВС талибов Каи Фасихуддин Фитрат предупредил, что в случае малейшей угрозы со стороны Таджикистана ему будет дан молниеносный ответ.
• В августе 2022 года заместитель командира корпуса талибов "Омари" Моххамад Джан Хамза со страниц афганской газеты "Хашт-е собх" заявил, что "если Таджикистан не прекратит вмешиваться во внутренние дела Афганистана, а Россия не будет стоять за спиной Таджикистана, то талибы захватят эту страну в течение недели".

Как правило, Душанбе никак не реагирует на подобные демарши и заявления. Причина в том, что Таджикистан не признает официально власть талибов.

После того, как три с половиной года назад "Талибан" установил в Афганистане свой режим, ситуация в регионе начала постепенно обостряться. Таджикистан, имеющий с этой страной общую границу протяженностью 1344 км, исторически имел на нее определенное влияние. Таджики составляют от 25 до 30% населения Афганистана, большинство из них традиционно проживает в северных и центральных районах, включая такие провинции, как Баглан, Кундуз, Паншер. До прихода к власти "Талибана" они играли значительную роль в военно-политической жизни страны, занимали важные позиции в системе управления, в правительстве, вооруженных силах, органах безопасности.

Афганские таджики рассматриваются талибами (в основе своей этническими пуштунами) как исторические враги, поскольку именно они составляли большинство в Северном альянсе, оказывавшем активное сопротивление "Талибану" в 90-х годах прошлого столетия. Также таджики стали основой оппозиционного талибам движения после их победы над США в 2021-м.

Существенное обострение отношений между Таджикистаном и Афганистаном произошло в конце сентября того же 2021 года, когда президент РТ Эмомали Рахмон в ходе очередной сессии Генассамблеи ООН призвал талибов к проведению в своей стране выборов и формированию инклюзивного правительства, в которое должны войти представители различных политических движений, этносов, народностей и религиозных групп.

Пытаясь не допустить реализации на севере страны многократно отработанных в мировой практике сценариев и технологий аннексирования приграничных районов и областей, населенных большим количеством национальных меньшинств, "Талибан" после прихода к власти принял программу пуштунизации региона и переселения таджиков вглубь Афганистана.

Складывающаяся ситуация, естественно, не устраивает официальный Душанбе. Власти Таджикистана на всех площадках выражают озабоченность действиями "Талибана" в отношении национальных и религиозных меньшинств. Оказывают гуманитарную помощь пострадавшему населению. Принимают на своей территории беженцев, пытающихся спастись от насилия в Афганистане. Все эти меры определенные круги "Талибана" расценивают как вмешательство во внутренние дела своей страны.

Однако в настоящее время вероятность реального нападения талибов на Таджикистан, несмотря на агрессивные заявления отдельных высокопоставленных лиц, невысока. Талибы заняты укреплением своей власти, прежде всего, в самом Афганистане.

Нынешний афганский режим нацелен на реализацию различных инфраструктурных проектов. Это строительство железных дорог, связывающих страну с Китаем и Европой, возведение плотин, дамб и других гидротехнических сооружений совместно с Узбекистаном. Кроме того, в апреле 2024 года Кабул договорился с другими государствами региона – Казахстаном и Туркменистаном – об ускорении пропуска контейнерных перевозок из Китая через эти страны.

Плюс имеются геополитические факторы, с которыми талибам придется считаться:
• Таджикистан является частью Организации Договора коллективной безопасности.
• Стоит учитывать интересы Китая в проектах в Таджикистане.
• Афганистан имеет серьезнейшие противоречия с Пакистаном и в случае масштабного конфликта может оказаться между двух фронтов.

Беря во внимание совокупность этих обстоятельств, можно сделать вывод, что вероятность масштабного нападения со стороны талибов в ближайшее время практически равна нулю. Однако это не исключает возможности локальных стычек и приграничных конфликтов, особенно с учетом существующих этнических и политических противоречий в приграничных провинциях Афганистана.