Данияр Ашимбаев

Правительство обосновывает необходимость повышения налогов нехваткой средств на государственные инвестиции в рамках бюджета развития.

Частный бизнес, мол, не хочет инвестировать и государство должно взять эту функцию на себя.

Но это, если подумать, лукавство.

Частник видит рост издержек в виде повышения тарифов. Частник видит нестабильность налогового законодательства и госрегулирования. Частник видит курсовые скачки - в силу новой политики США. Частник видит не очень четко прописанные нормы по демонополизации и возврату активов. Частник видит курс на государственные требования к социальной ответственности.

Инвестиционный климат в целом оставляет желать лучшего.

Большинство потенциальных инвесторов предпочитают занять выжидательную позицию или готовиться к выводу активов.

Является ли государство хорошим инвестором?

Мы видим отсутствие обещанной системы мониторинга и управления инвестиционным процессом. Сильно завышенные сметы и непродуманный маркетинг. Коррупционную составляющую. Отсутствует стратегическое планирование. Рекомендации госаудита остаются на бумаге годами.

Да, когда-то государство показывало себя мощным организатором - взять хотя бы переезд Астаны, проведение Экспо и строительство Туркестана. Но там никто особо не требовал окупаемости - это были политические проекты.

На этом фоне мы видим нескончаемые проблемы с качеством автомобильных дорог, на которых уже несколько лет пытаются навести порядок. Но материалы аудита, многочисленные уголовные дела и жалобы потребителей говорят сами за себя.

Резко увеличен объем субсидий в сельское хозяйство, которое, по данным МСХ, способствовало высоким урожаем. Но есть опять-таки многочисленные уголовные дела по расхищению субсидий и итоги недавней проверки ВАП, которая указала на серьезные проблемы с планированием, организацией и контролем результатов системы субсидирования. Понятно, что тут серьезные вопросы к операторам, через которые проходят бюджетные миллиарды.

Назвать государство хорошим инвестором сегодня практически невозможно.

Бизнес-климат в стране не отличается стабильностью, при этом он еще не испытал ценового шока в связи с отменой госрегулирования цен на ГСМ, очередным повышением тарифов и цен на электроэнергию.

Повышение налогов, как отметил один умный человек, может происходить, когда государство исчерпало иные резервы - оптимизацию расходов, выявление скрытых доходов в теневом секторе, преодоление схем серого импорта и контрабанды.

У нас практически со всеми торговыми партнерами есть расхождение в таможенной статистике. Введение мониторинга платежей, по данным налоговиков, уже выявило немало случаев очень больших оборотов торговли. Есть еще огромный рынок аренды, который никак не могут обложить хотя бы по минималке (а только в Алматы и Астане некоторые эксперты оценивают годовой оборот в этой сфере в 1,5-2 млрд. долларов).

При этом нужно понимать и тот факт, что в условиях высокой процентной ставки МСБ опирается на собственные финансовые ресурсы для пополнения оборотных средств и расширении бизнеса.

И есть проблема, что усиление администрирования и повышение налогов плохо скажется на бизнес-активности в целом.

Вице-премьер жаловался на сокращение полномочий органов КГД, но так их, помнится, сокращали из-за коррупционных рисков. Об этом сейчас что-то никто не вспоминает.

Государство твердит о социальной составляющей бюджета и необходимости бюджета развития, но аудит показывает, что планирование, исполнение и качество бюджетной политики в целом ниже плинтуса. Растут заимствования из Нацфонда и привлечение заемных средств. У нас очень плохая статистика по размеру и обслуживанию внешнего долга.

При этом государство любит упрекать население в закредитованности, плохой финансовой грамотности и пристрастии к азартным играм, но само, получается, демонстрирует ту же самую модель поведения.

В этой ситуации повышение налогов выглядит очень дурацкой идеей.

Это как наркоману, вместо принудительного лечения, всем подъездом скидываются на очередную дозу.