Наши граждане ужаснулись, особенно матери, увидев кошмарные издевательства старослужащих над новобранцами, которые имеют место в одной из воинских частей МЧС, распространенных в социальных сетях. Тема «дедовщины» в армии давно уже стала «притчей во языцех».

Прошел и я, как и многие советские люди, через этот смрад, хотя и выдержал. Но в душе у меня до сих пор сохранилось отвращение к этому уродливому явлению, позорящему Армию. Часто думаю, как можно было бы эффективно победить это зло.

Помню, в один из дней своей службы в Афганистане, куда нас, совсем еще молодых младших лейтенантов, направили в 1983 году исполнять свой интернациональный долг, во время проведения очередной боевой операции, в ожидании дальнейшего приказа командования, разговорился с одним из наших боевых генералов, к которому я был прикреплен в качестве военного переводчика, о проблемах «дедовщины» в армии.

На мой осторожный вопрос, когда появилось «дедовщина» в советской армии, он гневно ответил:

- Такого безобразия в Красной Армии, тем более в русской, никогда не было. Это гад Берия со своими палачами убедили Сталина в 1943 году разрешить мобилизацию урков на фронт. Вот они и привнесли свои воровские порядки в армию. До сих пор хлебаем это дерьмо.

Воинская часть разрушается не от действий вероятного противника, а вследствие морально-психологического разложения личного состава под влиянием такого опасного явления как «армейская дедовщина», унижающего достоинство молодых людей, по сути еще детей, которые добросовестно приходят в армию честно исполнить свой воинский долг перед родиной.

Парадокс заключается в том, что вся армейская система в лице отцов-командиров и военных воспитателей до сих пор ничего не может сделать в плане его искоренения. Причем это уродство сохраняется, как ни странно, только в армиях постсоветских республик. Ни в одной армии стран НАТО эта проблема так остро не стоит, как у нас.

И как результат, «дедовщина», как страшная машина, не перестает морально и физически уничтожать и калечить тысячи и тысячи молодых людей.

Что делать молодому солдату, если «старики» его совсем одолели и куда жаловаться?

Обращаться к своим офицерам бесполезно, ибо они являются неотъемлемой частью этой порочной системы. Лучше, конечно, написать письмо в военную прокуратуру, но не факт, что письмо дойдет до адресата. Сообщить о своей горькой доле родителям? Можно, но жалко их впутывать в этот процесс, да и мужская гордость не каждого новобранца позволит это сделать.

К сожалению, именно безысходность порой толкает молодых людей к отчаянному шагу — наложить на себя руки или расправиться с обидчиками посредством АКМ.

Многие считают, что этот недуг можно излечить посредством проведения в армии глубоких и эффективных реформ, с переводом её на профессиональные рельсы. Но современные социологические исследования говорят, что и в профессиональных армиях постсоветских республик не удается побороть это зло.

Увы, подавляющее большинство офицеров равнодушно относится к тому, что происходит в казарме в их отсутствие. Дедовщина им даже помогает нести службу, потому что старослужащие круглосуточно контролируют ситуацию в подразделении и при необходимости проследят исполнение отданных приказов.

Конечно, при желании офицер всегда сможет пресечь неуставные взаимоотношения в отдельно взятом подразделении, в том числе не допустить издевательств, но это мало влияет на общую ситуацию. В армии таких офицеров немало и их заслуженно за это уважают. Но большинство офицеров воюют с дедовщиной лишь формально, несистемно, заставляя личный состав жить строго по уставу, а в это время за их спинами нередко творятся бесчинства и беспредел.

В целом же офицеры, как показывает жизненная статистика, слабая защита от казарменного произвола, а тех, кто пытается все-таки бороться с этим и сообщает командованию о творящихся безобразиях, причисляют к стукачам, со всеми вытекающими последствиями.

Как же все-таки молодому солдату этому сопротивляться?

Прежде всего, надо помнить, что в разряд «непутевых» больше всего попадают слабаки и неумейки. Если «дух», как называют «старики» новобранца, не соблюдает личную гигиену, физически и духовно слаб, не умеет мыть полы, элементарно вдеть нитку в иголку или излишне задумчив, рассеян, медлителен, то он — первый кандидат на роль козла отпущения.

Если неумение, впрочем, можно как-то компенсировать старанием, желанием научиться, исполнительностью, то какие-то свойственные человеку от природы качества как медлительность, утомляемость, трусость невозможно переделать, что и становится основной причиной того, что этого «духа» начинают гонять и издеваться над ним.

По истечении стольких лет, часто размышляя об этой проблеме, я пришел к выводу, что в каждом подразделении должен быть по штату психолог, в обществе родительские комитеты, надо открыто говорить о «дедовщине» и не делать из этого «военную тайну», а призывников и новобранцев, не стесняясь, надо учить побеждать это уродливое явление, как системно учат в армии бить врага.

«Дедовщина» — это опаснее чем враг, потому что разлагает Армию изнутри.

Не у каждого новобранца хватает внутренней силы выстоять против такого врага. Если мы хотим, чтобы наши дети шли служить в Вооруженные Силы, чтобы ратное дело было почетным, призывая на воинскую службу, мы должны гарантированно обеспечить защиту прав и личного достоинства каждого призывника.

Авазбек Атаханов