"Никто не имеет права навязывать людям, на каком языке им говорить в личном общении и в публичных выступлениях. Все провокационные действия на эту тему с целью посеять рознь в нашем обществе, дестабилизировать ситуацию внутри страны будут пресекаться и наказываться по закону". Эти слова, которые глава государства произнес на недавней сессии Ассамблеи народа Казахстана, вызвали широкий резонанс и бурные дискуссии в нашем обществе.

Те, кто называет себя казахскими национал-патриотами, приняли их на свой счет, хотя они касаются всех: настаивать на том, чтобы кто-то говорил непременно на русском или, скажем, узбекском столь же неприемлемо, как и принуждать других к общению исключительно на казахском. Впрочем, понятно, почему эти люди посчитали, что президент обращался конкретно к ним: именно звучащее из их уст категоричное ""Қазақша сөйле!" заполонило просторы страны.

Подобного рода требования нередко становятся причиной возникновения конфликтных ситуаций, приводят к не красящим никого скандалам, создают напряжение в межэтнических отношениях. Поэтому другая (смеем надеяться, что доминирующая) часть нашего общества, которой надоели склоки и "разборки" на языковой почве, которая хочет спокойно жить и работать, видеть страну такой, где уважаются права всех граждан, независимо от их национальной принадлежности, от того, какой язык им ближе, – вот она восприняла слова президента с нескрываемым одобрением и даже облегчением: "наконец-то руководство Казахстана внятно и четко высказалось по этому чувствительному вопросу".

Сразу отметим: принцип приоритетности государственного языка никем не оспаривается, никем не ставится под сомнение – ни властью, ни гражданами (во всяком случае, подавляющим их большинством, включая представителей этнических меньшинств). Но нужно разделять, в каких сферах жизни, в каких сегментах общественных отношений должен неукоснительно соблюдаться именно этот принцип, а в каких следует придерживаться другого – того, который изложен в пункте 2 статьи 19 Конституции РК: "Каждый имеет право на пользование родным языком и культурой, на свободный выбор языка общения, воспитания, обучения и творчества".

Многие национал-патриоты утверждают, что приоритет, о котором идет речь, – всего лишь декларация, что власть устранилась от решения проблем, связанных с "ана тiлi", почти ничего не делает для расширения сферы его применения, для того, чтобы статус государственного, которым он наделен, наполнялся конкретным содержанием… Но такие оценки обычно строятся на субъективных наблюдениях и представлениях. А вот если опираться на тексты принимаемых законодательных и нормативно-правовых актов, на программные документы, на статистические данные, то ситуация предстанет в совершенно ином свете.

В частности, анализ госпрограммы по реализации языковой политики в РК на 2020-2025 годы, на которую из бюджета выделено около 17 миллиардов тенге, показывает, что едва ли не 99 процентов всех запланированных мероприятий и расходов направлены на расширение казахскоязычного пространства, на то, чтобы казахский язык занимал все большее место в жизни государства и общества. Другой вопрос, насколько успешно реализуется эта программа, но его нужно адресовать конкретным исполнителям – соответствующим центральным ведомствам и госорганам на местах. Если говорить, например, о системе образования, то, начиная с 2022/23 учебного года, организация языковой подготовки учащихся начальных классов всех школ страны была изменена в пользу лучшего освоения казахского.

Или возьмем те сферы нашей жизни, которые имеют отношение к созданию и распространению информационного, художественного и прочего контента. Менее года назад парламент принял, а президент подписал новый закон "О масс-медиа". В ней есть норма, обязывающая руководителей всех отечественных телеканалов, включая частные, увеличить с января 2025-го долю вещания на казахском с 50 до, как минимум, 55 процентов (больше можно, меньше нельзя). К 2027-му этот порог увеличится до 60 процентов. Здесь нужно добавить, что среди государственных телеканалов есть чисто казахскоязычные ("Qazaqstan", "Balapan"), и суммарно в общем объеме вещания, финансируемого из республиканского бюджета, доля телепередач на "ана тiлi" уже сегодня превышает 70 процентов. Тем же законом введено положение, согласно которому две трети общей суммы грантов, предоставляемых частным СМИ, должны распределяться среди казахскоязычных.

На государственном языке печатаются 90-95 процентов книг, издаваемых на бюджетные деньги. Скажем, в нынешнем году в рамках подпрограммы "Приобретение, издание и распространение общественно значимой литературы", оператором которой является Министерство культуры и информации, запланировано издать 118 наименований книг, из них 106 – на казахском, 9 – на русском (в том числе переводы на него произведений Абая, Магжана Жумабаева, 3 – на двух или трех языках.

Из года в год растет доля фильмов, снятых на госязыке. А в начале нынешнего года премьер-министр РК, отвечая на один из депутатских запросов, сообщил, что в разрабатываемой стратегии развития отечественного кинематографа предусмотрено, что все кинокартины, финансируемые государством, будут изначально сниматься на казахском. С целью увеличения детского киноконтента на государственном языке телеканал "Балапан" осуществляет на бюджетные деньги закуп иностранных анимационных фильмов, снятых ведущими в мире студиями, и после дубляжа на казахский размещает их на своей платформе в Youtube. Такого рода примеры можно приводить долго.

А вот еще один очень показательный факт. Есть такое общество "Қазақ тілі", созданное в 1989-м на волне перестройки и подъема национального самосознания. Его задача – оказание всемерной поддержки развитию казахского языка. Сегодня оно существует и работает благодаря членским взносам (государство не может напрямую финансировать общественные объединения). И хотя этих самых членов насчитываются десятки, а то и сотни тысяч по всей стране и за рубежом, организация на протяжении многих лет испытывала финансовые трудности. Из-за безденежья она долгое время не могла провести даже свой съезд – после 2011-го его удалось созвать лишь в 2021-м, а затем в 2023-м. Помогла Ак-орда, которая заодно подобрала нового председателя "Қазақ тілі".

Последний для привлечения спонсоров создал осенью 2023-го эндаумент-фонд. И первым взнос в него сделал не кто иной как Касым-Жомарт Токаев – он перечислил 7 миллионов тенге личных средств. В данном случае важна даже не столько сумма, сколько жест главы государства, пример, показанный им другим казахстанцам. В результате на сегодня в эндаумент-фонде собрано уже 703,7 миллиона тенге. А чем больше накоплений – тем больше возможностей для реализации проектов, направленных на развитие государственного языка.

Ну а те, кто громче всех кричит в СМИ, в соцсетях о необходимости его защиты и поддержки, обвиняет верховную власть в равнодушном к нему отношении, – много ли среди них пожертвовавших хотя бы чисто символическую сумму? Ответ на этот вопрос содержится в списке обычных граждан (не бизнесменов, не представителей каких-то структур), сделавших взносы за полтора года существования эндаумент-фонда, – их всего-то около ста человек. Чисто для сравнения: на сайте издания "Қазақ үні" обращение к президенту страны с требованием принять отдельный закон о государственном языке и лишить русский его нынешнего конституционного статуса собрало более 130 тысяч подписей. То есть радетелей на словах за "ана тiлi" большое количество, но когда нужно сделать ради него что-то конкретное и полезное, внести личный вклад – мало кого найдешь.

А много ли среди этих людей таких, кто покупает и читает издаваемые на казахском книги, ходит в кинотеатры на художественные и анимационные фильмы, съемки или дубляж которых на язык Абая профинансированы из бюджета? Здесь статистика тоже, мягко говоря, нерадостная. Между тем, рынок казахскоязычных книг и кино, сколько бы государство в него ни вкладывало, не получит развития, если не будет поддержан потенциальными читателями и зрителями, если они не обеспечат массовый и устойчивый спрос на такой контент.

В то же время некоторые из этих "радетелей", особенно активисты "языковых патрулей" (совершающие те самые "провокационных действиях с целью посеять рознь в нашем обществе", о чем говорил президент страны), не брезгуют зарабатывать на педалировании болезненной темы, на нагнетании вокруг нее истерии – эту свою активность они стремятся монетизировать, призывая поддержать ее денежными перечислениями. И почему-то их многочисленных сторонников столь очевидное желание поживиться за счет "ана тiлi" абсолютно не смущает.

Путь к тому, чтобы государственный язык стал еще и языком межэтнического общения (а такая задача ставится, и на ней Касым-Жомарт Токаев сделал особый акцент), занял доминирующее положение в стране, потребует и времени, и немалых усилий, и терпения. Это должен был естественный, ненасильственный процесс, не ущемляющий никоим образом представителей других языковых групп. Звучащие же сегодня призывы форсировать его, невзирая ни на чьи интересы и чаяния, "ломая через колено", ультимативные требования немедленно освоить казахский, отвечать, выступать исключительно на нем (а некоторые настаивают даже на прекращении государственного финансирования любых школ, кроме казахских) нельзя назвать иначе чем радикализмом – а он чреват трагическими для страны последствиями.

Наглядный пример – Украина, где этот самый радикализм в языковом вопросе и в вопросах межэтнических отношений стал одной из причин того, что началось в 2014-м и получило страшное продолжение в дальнейшем... Нам это надо?