Вышедший на днях Индекс недееспособности государств - 2017 (Fragile States Index, FSI), американской неправительственной организации "Фонд Мира" (The Fund for Peace) разместил Кыргызстан на 65 месте среди 178 государств мира. Для сравнения: первое место по недееспособности занимает Южный Судан, а последнее – Финляндия. Среди других стран Центральной Азии самым недееспособными признан Таджикистан – 61 место, далее Узбекистан – 63 место. Туркменистан и Казахстан занимают 86 и 113 места, соответственно.

Данный индекс в целом оценивает (не)дееспособность государства через четыре группы показателей – индикаторы целостности, экономики, политики и общества. И хотя Кыргызстан в этом рейтинге последовательно движется вниз (в лучшую сторону) с 2011 года, когда его признали 31-м самым недееспособным государством в мире, есть несколько показателей, которые в 2016 году оказались хуже – это политический показатель состояния с правами человека и экономический показатель эмиграции и утечки мозгов. Два показателя целостности страны – раздробленность элиты и силовой аппарат (который измеряет риски безопасности и преступность) – остались неизменными, а показатель групповых конфликтов (group grievance) оценивается неизменно плохо с 2006 года. По мнению исследовательской группы, Кыргызстан продолжает демонстрировать разделенность внутри страны между различными группами – на политической или социальной основе, которые имеют разный доступ к ресурсам и неодинаково включены в политические процессы.

Ранее в апреле правозащитная организация "Фридом Хаус" поместила Кыргызстан в группу стран "консолидированных авторитарных режимов", которую он было покинул в 2011 году. Это тревожные сигналы, по которым можно прогнозировать дальнейшее отступление страны с демократического пути.

И неудивительно. За год до истечения срока своих полномочий, президент Атамбаев поменял Конституцию страны через референдум и посадил всех своих основных оппонентов за решетку, включая некоторых кандидатов в Президенты. И все это происходит в контексте жесткого прессинга на средства массовой информации и гражданское общество, путем арбитральных судебных дел с многомиллионными исками и действиями внесудебного характера.

А на уровне государства это индикатор провала "проекта по построению институционального государства", если это вообще было в планах руководителей, которые пришли после переворота 2010 года. Как и прежде, начиная с парламента страны и заканчивая надзорными органами и судами, все институты до сих пор остаются продолжением воли авторитарного единоличного правителя и управляются в ручном режиме.

Несмотря на ослабление институтов и консолидацию своей власти через устранение всех политиков/оппонентов большого калибра, которые могли бы потенциально угрожать ему, президент Атамбаев нуждается в поддержке бюрократии. Это (по Мигдалу) осуществляется через постоянную ротацию кадров для предотвращения развития лояльности в потенциально сильных институтах, назначение на должности на основе подконтрольности, создание бюрократических структур с дублирующими функциями и натравливание институтов друг на друга. Самым главным, впрочем, является поддержка ближнего круга, "коалиции", к которой применяется тактика "компромисса и обмена привилегиями".

Неслучайно недавно кыргызско-российский фонд развития, созданный для способствования адаптации экономики Кыргызской Республики в рамках ЕАЭС, выделил кредит в размере $17 млн долларов США супруге лидера парламентской фракции "Республика" О.Бабанова на строительство торгового центра.

А другой известный политик, бывший премьер-министр Сариев, который был отправлен в отставку в 2016 году в связи с коррупционным скандалом вокруг строительства дорог стоимостью 7.8 млрд сомов, а ныне кандидат на пост президента, в обмен за публичное молчание/лояльность к президенту смог избежать уголовного преследования.

Безусловно, в такой ситуации при полном отсутствии механизмов сдержек и противовесов, конкуренции и общественного контроля над государственными институтами и служащими, рост коррупции, конфликты интересов, нарушения законодательства на всех уровнях приведут к окончательной деградации государственных институтов и эрозии потенциала решать социально-экономические проблемы общества в будущем.+

Источник - caa-network