Дважды за девять месяцев Соединенные Штаты и Иран были близки к заключению реальной сделки по наиболее спорному вопросу, который их разделяет - ядерной программе Ирана и опасениям США относительно ее возможной военной составляющей.

Поэтому известие о том, что 28 февраля, спустя считанные часы после последних, наиболее содержательных переговоров, Израиль и США вновь нанесли незаконный военный удар по миру – который на краткое мгновение представлялся достижимым – стало потрясением, но далеко не неожиданностью.

Ответный удар Ирана по целям, которые, по утверждению Тегерана, являются американскими объектами на территории соседних стран, стал неизбежным, хотя и крайне прискорбным и совершенно неприемлемым итогом.

Столкнувшись с тем, что Израиль и США назвали войной на уничтожение Исламской Республики, Тегеран, судя по всему, избрал единственную рациональную доступную ему стратегию. [...]

Главным просчетом администрации США стало само решение позволить втянуть себя в эту войну. Это не война Америки; не существует ни одного вероятного сценария, при котором как Израиль, так и США получат по ее итогам желаемый результат. Остается надеяться, что стремление Америки сменить режим носит чисто риторический характер.

Однако Израиль открыто заявляет о стремлении положить конец Исламской Республике и, судя по всему, его мало волнует, как и кем будет управляться Иран после достижения этой цели. [...]

Однако теперь очевидно: достижение Израилем заявленной цели потребует длительной военной кампании, в которой Штатам придется задействовать сухопутные войска, открыв новый фронт в тех самых "бесконечных войнах", которые президент Дональд Трамп ранее обещал остановить. Этого американское правительство не хочет, равно как не хочет этого и американский народ, который определенно не считает эту войну своей.

Руководству Соединенных Штатов предстоит определить, в чем на самом деле заключаются национальные интересы страны, и действовать соответствующим образом.
Трезвая оценка этих интересов показала бы, что они должны включать:

• окончательное и безусловное прекращение распространения ядерного оружия в регионе,
• обеспечение безопасности цепочек поставок энергоносителей
• новые инвестиционные возможности в контексте растущей глобальной экономической значимости региона.

Этого проще всего достичь при условии мира между Ираном и его соседями.

Штатам может быть трудно вернуться к двусторонним переговорам, от которых их дважды отвлекали соблазны войны. Иранскому руководству, безусловно, будет сложно вернуться к диалогу с администрацией, которая дважды резко переходила от переговоров к бомбардировкам и убийствам. Однако путь в сторону от войны - пусть и тернистый для обеих сторон - вероятно, должен пролегать именно через возобновление этого процесса.

Сторонам необходим стимул, чтобы набраться смелости и возобновить диалог.

Таким катализатором могла бы стать интеграция двусторонних переговоров по ключевой американо-иранской повестке в общерегиональный процесс.

Целью последнего должна стать выработка рамочных механизмов прозрачности в сфере ядерной энергетики и энергетического перехода в целом в регионе.