Решение о «репарационном кредите» на €140 млрд под залог замороженных российских активов Еврокомиссия примет на саммите ЕС 18—19 декабря. Бельгийские власти уже отвергли план, опасаясь судебных исков со стороны России. Юрист-международник, директор Центра Европейской информации Николай Топорнин рассказал ВФокусе Mail, рассказал, что сделает Брюссель, чтобы защититься от исков из России.

3 декабря глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен представила два плана финансирования Украины на 2026−2027 годы. Согласно оценкам МВФ, Киеву требуется около €135 млрд на покрытие бюджетных расходов и оборонных нужд.
Основной и наиболее спорный вариант — так называемый «репарационный кредит». Его принцип заключается в том, чтобы не изымать напрямую около €165 млрд замороженных российских активов (140 млрд в бельгийском депозитарии Euroclear и 25 млрд на частных счетах), а использовать их как обеспечение. Под этот залог ЕС возьмет на рынке крупный кредит (до 140 млрд евро) и переведет средства Украине. Фактическое изъятие активов произойдет только в случае дефолта Киева по этому кредиту.
Альтернатива — прямые заимствования в размере до €45 млрд из бюджета ЕС, которые также будут направлены Украине.

Главные препятствия
Хранителем активов выступает Бельгия, и ее позиция в этом вопросе давно известна. По данным Bloomberg, бельгийские власти заблокировали план всего за несколько часов до его официального объявления, назвав его «фундаментально неверным». Премьер-министр Барт де Вевер требует от всех 26 стран-партнеров по ЕС предоставить «безотзывные гарантии», которые защитят Бельгию от неизбежных судебных исков со стороны России.

Чтобы обойти вето таких стран, как Венгрия, Еврокомиссия предлагает принять решение квалифицированным большинством (55% стран, представляющих 65% населения ЕС), а не консенсусом, который, например, требуется для введения санкций. Однако для изменения самого правила голосования единогласие все равно потребуется.
Эксперт по праву ЕС Николай Топорнин раскритиковал планы Брюсселя по использованию замороженных российских активов, добавив, что «иллюзий не осталось».
Внешняя политика не относится к исключительной компетенции институтов ЕС, таких как Совет или Еврокомиссия. Это совместная компетенция, где необходимо учитывать позицию всех стран-членов. Поэтому по наиболее чувствительным вопросам, например, введению санкций, требуется консенсус. По менее значимым вопросам допустимо голосование квалифицированным большинством. Сейчас в Брюсселе пытаются представить конфискацию активов как именно такой, технический вопрос, не требующий единогласия, — заявил эксперт.
Он считает, что нужное большинство набрать реально, так как «достаточно много стран готовы профинансировать за счет российских денег украинскую финансовую помощь». Даже если Венгрия проголосует против, ее голос не будет решающим, если против не выступят еще как минимум 9 стран.

«Юридической базы экспроприации этих денег нет. Политика — это не юриспруденция», — подчеркнул Топорнин. По его словам, Бельгия, где хранятся активы, опасается судебных исков со стороны России, и для ее защиты в ЕС рассматривают схему, которая запретит судам принимать российские иски по этому вопросу.
«Смысл в том, чтобы юридически “спрятать” конфискацию внутри санкционного режима, — пояснил эксперт. — Это позволит представить вопрос как техническую часть санкций, а не как отдельное решение, что юридически изолирует Бельгию от претензий Москвы».