На наших глазах в производстве наиболее разрушительных и опасных видов оружия происходит тектонический сдвиг. Еще не так давно доступ к новейшим боевым технологиям был только у самых крупных держав, но сейчас все меняется. О чем именно идет речь и при чем здесь испытания гиперзвукового планирующего блока, проведенные Южной Кореей?
В начале октября Южная Корея провела испытания своего первого гиперзвукового глайдера. Южнокорейцы запустили ракету-носитель с морской платформы, обеспечив заброс глайдера на нужную высоту и оттуда гиперзвуковой боевой блок начал управляемое планирование со скоростью, предположительно превышающей пять скоростей звука.

Маршевого двигателя глайдер, судя по всему, не имеет и разгоняется за счет заданной носителем и набранной в планировании скорости. Затем он маневрирует за счет аэродинамических плоскостей – маленьких крыльев по бокам фюзеляжа и стабилизируется в полете за счет вертикального киля сверху и подфюзеляжного аэродинамического гребня.

Самое важное в этом то, что в конце боевого пути глайдер поразил точечную цель – небольшую плавучую мишень. То есть это не просто гиперзвуковой планирующий боевой блок – это боевой блок, способный попасть, например, в крышку пусковой шахты ракеты или в другую такую же по размеру цель.
Точность позволяет применить аппарат как в ядерном, так и неядерном варианте. У Южной Кореи нет ядерного оружия и нет программы по его созданию, но определенный интерес к этой теме есть, и некоторые технологические возможности – тоже.

Создание гиперзвукового планирующего блока требует весьма нетривиальных и технологических, и чисто научных достижений. Тот факт, что у южнокорейцев получилось, говорит о том, что они добились серьезного прогресса в материаловедении, технологии конструкционных материалов, аэродинамике и других направлениях, в которых обычно малые страны были не сильны.

И хотя первые исследования в ракетной технике южнокорейцы начали еще в 70-х годах прошлого века, все ограничения на создание ракетного оружия в этой стране были отменены только в 2021 году. То есть южнокорейцы прошли этот путь чрезвычайно быстро, всего за пять лет. А ведь гиперзвуковой планирующий блок – это вершина ракетных технологий. Первые упоминания об их разработке и успешные испытания проходили не так давно, с начала 2000-х годов – сначала в России, потом в США и Китае.

В данном контексте стоит посмотреть на картину шире. Похоже, мы вступили в эпоху, когда в индустриализированном современном мире такой уровень техники становится посильным даже для стран, которые ранее не имели шансов на то, чтобы оказаться в числе лидеров военных технологий и инноваций.

Можно вспомнить про беспилотники. В числе мировых лидеров по их разработке и применению не только Россия, США или Израиль, но и Украина, Иран и Турция. И если Украина в эту сферу попала по очевидным причинам, то Турция и Иран просто в свое время захотели, и всё.

Можно вспомнить турецкие крылатые ракеты легкого класса Roketsan SOM – отличное оружие, которое, как оказалось, можно применять даже с советского легкого штурмовика Су-25. Азербайджан уже превратил свои штурмовики в носители крылатых ракет. Успешные беспилотники собственной разработки есть даже у Киргизии.

Самая эффективная боевая часть противокорабельной крылатой ракеты создана в Норвегии, а не в США, России или Китае. Первый ударный беспилотник для поражения радиолокационных станций систем ПВО в автоматическом режиме создали в Турции.

Турция также активно экспериментирует с боевыми лазерами и антиторпедами для кораблей и подлодок, причем это одна из двух стран мира, кроме России, где антиторпеды вообще получились. А вот для США это пока просто мечта, как и для всех остальных стран мира.

Или пример противокорабельных противолодочных торпед. Лучшее, что сегодня есть в мире – это шведская SAAB Torped 47.

И это только военные технологии, а ведь есть еще гражданские. Несколько дней назад японская компания «Тойота» объявила о том, что их «святой Грааль» – твердотельные батареи для электромобилей будущего, доведены до уровня развития, делающего их применимыми в серийных изделиях.

Но интереснее тут другое: как быстро подобные батареи окажутся на борту подлодок японского производства? Уже сейчас тип «Тайгэй» с литий-ионными батареями имеет дальность хода под водой сравнимую с той, которая есть у подлодок с воздухо-независимой энергетической установкой. Твердотельные батареи увеличат эту дальность на 35-40%, а время зарядки под дизелями сократится минимум в несколько раз.

Или можно посмотреть на Польшу – в августе поляки провели четвертый по счету успешный запуск суборбитальной научно-исследовательской ракеты «Перун» с высотой полета 150 км. Это чисто гражданская ракета, имеющая только научное применение, но насколько быстро польские инженеры способны создать такую же компактную, запускаемую с автоприцепа военную тактическую ракету?

Вернемся к отечественной практике. Когда-то квадрокоптер с камерой применялся для съемок свадеб и стоил недешево, а в августе 2024 года, при освобождении территории Курской области, дешевые квадрокоптеры «Князь Вандал Новгородский» выжигали произведенную в НАТО боевую технику на сотни миллионов долларов в неделю, при том что тогда один такой беспилотник стоил меньше, чем новый «Айфон». Сейчас счет набитых западных танков и боевых машин у этого дрона идет на многие миллиарды долларов.

Но важно понимать, что в современном мире на такую же инновацию способна едва ли не любая страна, и не только в области дронов. Комплектующие, с помощью которых можно создать систему наведения баллистической ракеты под управлением искусственного интеллекта, продаются в интернете, и это гражданские комплектующие – только с оптикой есть сложности, но они преодолимы.

То же самое касается машинного зрения для крылатых ракет и дронов. Простые и компактные ракеты делаются где угодно.

Пульсирующий воздушно-реактивный двигатель (ПуВРД) для дрона или крылатой ракеты при наличии чертежей и стали может сделать сварщик в гараже – и в нем же можно эту ракету собрать. И стоить такая ракета будет меньше, чем автомобиль. Впрочем, использование так называемых высококипящих окислителей, термостойких полимеров и не самого сложного оборудования позволяет в тех же гаражах баловаться и «баллистикой», причем с немаленькой дальностью.

Иначе говоря, отныне мы живем в мире, где самые современные разрушительные военные технологии больше не являются монополией больших и сильных стран. Где подготовиться к войне с условными США или Китаем может даже Зимбабве – и успешно ее вести. Где любой противник может выставить на поле боя непредсказуемое количество технических сюрпризов. И ему не нужна для этого масштабная индустриализация, нужно лишь несколько тысяч молодых инженеров, которых можно выучить даже за границей, если нет своей системы образования.

Гипотетически, если эта тенденция продолжится, любая страна мира, даже самая отсталая, однажды сможет нанести непоправимый ущерб другой, даже наиболее развитой – не сейчас, но, возможно, уже через какие-то несколько десятков лет. И тогда перед всеми встанет вопрос: как жить в столь хрупком, хрустальном мире? Именно такие перспективы напрашиваются из того факта, что Южная Корея провела успешные испытания оружия, которое еще не так давно были способны создать только супердержавы – гиперзвукового боевого глайдера.