До конца 2024 года будет принята целевая программа ОДКБ по укреплению таджикско-афганской границы. Об этом накануне сообщил генеральный секретарь ОДКБ Имангали Тасмагамбетов. Это решение продиктовано возрастающими угрозами со стороны Афганистана, где активность радикальных группировок по-прежнему остается высокой. По словам Тасмагамбетова, программа станет важным шагом в усилении безопасности региона. Между тем, несмотря на существующую опасность, страны, граничащие с Афганистаном, наращивают экономическое сотрудничество.

"Непрерывная работа по выработке конкретных мер, способных укрепить наше пространство безопасности, продолжается. Программа по укреплению таджикско-афганской границы является ключевым элементом", – сказал в интервью общественно-политическому изданию "Союзники. ОДКБ" Имангали Тасмагамбетов. По его словам, в условиях меняющихся международных отношений важно сохранить приверженность основным принципам ОДКБ и оперативно реагировать на новые вызовы.

Таджикистан и Афганистан разделяет самая протяженная граница в Центральной Азии – 1344 километра. После распада СССР ее охраняли российские пограничники, но в 2004 году Таджикистан, стремясь к большей самостоятельности, разорвал соглашение о сотрудничестве.

В результате ответственность за охрану границы полностью легла на плечи таджикских военных. Для поддержки в экстренных ситуациях в республике остался ограниченный контингент российских военных советников. Кроме того, финансовую и военную помощь Таджикистану в охране границы оказали страны Евросоюза, Китай, США, Индия, Иран, ООН и ОДКБ.

В связи с участившимися столкновениями между таджикскими пограничниками и боевиками запрещенного в РФ "Исламского государства" (ИГ), Москва и Душанбе возобновили обсуждение сотрудничества по охране границы.

Ситуация на границе Таджикистана с Афганистаном усложнилась после прихода к власти "Талибана" (террористическая организация, запрещена в РФ). Хотя талибы заявляют о борьбе с незаконными вооруженными формированиями на своей территории, эффективность их действий вызывает вопросы. На территории Афганистана по-прежнему действуют боевики запрещенных в РФ террористических организаций, таких как "ИГ-Хорасан", "Аль-Каида" и "Ансаруллах". Последняя группа состоит преимущественно из этнических таджиков, среди которых есть и граждане Таджикистана. Это представляет особую угрозу для Душанбе, поскольку боевики "Ансаруллах" уже неоднократно атаковали таджикскую границу.

Талибы уверяют мировое сообщество, что в состоянии обеспечить безопасность для окружающих стран и в целом для мира. Это позволило кабульской власти наладить определенные контакты с соседями – с Россией, Узбекистаном, Туркменистаном, Казахстаном, Киргизией, Ираном, Китаем. Некоторые из них, например Казахстан и Киргизия, исключили "Талибан" из списка запрещенных организаций. Граничащие с Афганистаном страны запускают совместные проекты. В частности, Туркменистан приступил к строительству первой ветки газопровода TAPI (Туркменистан-Афганистан-Пакистан-Индия). Узбекистан, помимо строительства дорог, заключил соглашение о переработке сырой нефти. Она будет транспортироваться по железной дороге из афганского "сухопутного порта" Хайратон на Ферганский НПЗ. Первые партии уже отправлены. В рамках заключенного соглашения будет переработано 100 тыс. т сырой нефти, сообщило афганское агентство Ariana News.

И даже Таджикистан, судя по сообщениям СМИ, меняет свое отношение к кабульской власти. По неподтвержденной информации, Душанбе и Кабул ведут переговоры на разных уровнях о нормализации отношений между двумя странами, хотя ни одна из сторон официально не комментирует происходящее.

Как сказал "НГ" доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института международных исследований МГИМО МИД РФ Александр Князев, политика большинства стран, имеющих более-менее содержательные отношения с Афганистаном, в период после прихода к власти движения талибов очень противоречива. С одной стороны, учитываются санкции Совета Безопасности ООН, с другой – есть опасения с точки зрения рисков и угроз со стороны Афганистана, в значительной мере на формирование этой политики влияют и стереотипы, сложившиеся в основном в рамках европоцентричного восприятия афганской действительности. Большое число внешних проявлений той культурно-цивилизационной модели, которая предлагается "Талибаном", представляется только архаичным, радикальным и в целом воспринимается преимущественно в негативных коннотациях. Очень часто присутствует упрощенный стереотипный подход политиков, военных, экспертов, считающих их частями некой глобальной террористической сети, прямо и тесно связанными между собой, этот подход можно охарактеризовать как во многом инерционный, заимствованный из 1990-х годов и не учитывающий происходящих изменений. Такой подход присутствует в афганской политике и стран – участниц ОДКБ. Весь этот комплекс представлений, как и реально существующее (хотя зачастую во многом и гипертрофированное в оценках) присутствие на территории Афганистана международных террористических группировок обуславливает наличие силового компонента. Отсюда работа по укреплению границы Таджикистана с Афганистаном со стороны ОДКБ.

С другой стороны, по словам Князева, интересы реальной экономики для стран – соседей Афганистана диктуют необходимость налаживания отношений в экономической сфере. Как наиболее активных участников такой прагматичной политики из числа стран-соседей можно выделить в первую очередь Узбекистан, Туркменистан, Иран, Китай. Таджикистан уже более трех лет занимал сдержанную позицию в отношении Афганистана, в основном негативно относясь к происходящему в этой стране. Хотя, несмотря на политические декларации, за это время был существенно увеличен экспорт таджикской электроэнергии в Афганистан, возобновлена приграничная торговля, автоперевозчики Таджикистана активно используют территорию Афганистана для транзита в иранском и пакистанском направлениях.

"Ничего сверхъестественного в этой противоречивости, пожалуй, нет. Если сравнить состояние вопроса пару лет назад и сегодня, легко отметить рост конструктивности во взаимоотношениях всех стран большого региона с Афганистаном. Что отражает и рост понимания, что правительство движения талибов – это долговременная реальность. Никакой сколько-нибудь существенной оппозиции в Афганистане нет, действующая власть утвердила свою легитимность в стране, серьезно повысился уровень безопасности, и с реальностью нужно считаться", – отметил эксперт.