Neue Zürcher Zeitung
Швейцария

Нужда не выбирает. Это старое правило действует и в конфликте с Ираном. В своем примечательном решении администрация США недавно разрешила продажу иранской нефти, которая прежде подпадала под санкции.

Министр финансов Скотт Бессант постарался представить этот необычный шаг как демонстрацию силы. "Мы боремся с иранцами по правилам джиу-джитсу, - пошутил он в эфире телеканала NBC. - Мы используем их же нефть против них". Логика такова: отмена санкций не дает цене на нефть расти дальше, а значит, иранский режим в итоге заработает меньше.
Этот эпизод показывает, насколько сильное давление испытывают США в Иране. Ормузский пролив становится испытанием американской гегемонии. Для Вашингтона речь идет не только о военном успехе. На кону сейчас куда больше - лидерство США в мировой финансовой системе, а именно вопрос о том, сохранит ли доллар статус бесспорной мировой валюты.

Как экономическое оружие доллар не менее действенен, чем американская армия. Сегодня любой стране мира трудно процветать, не имея доступа к американской валюте. Но влияние доллара тесно связано с нефтью: оно начинает рушиться, если США утрачивают контроль над глобальными потоками нефтяных поставок.

От золотого стандарта к петродоллару
Этим, впрочем, объясняется и то, почему Дональд Трамп решился на рискованный конфликт с Ираном. В стратегии национальной безопасности он сформулировал цель так: Америка должна вернуть себе энергетическое доминирование в мире. Там прямо говорится: "Мы хотим не допустить, чтобы враждебная сила могла контролировать Ближний Восток, его нефтяные и газовые месторождения, а также узкие места, через которые эти ресурсы транспортируются".

Зависимость доллара от нефти имеет исторические причины. В 1970-х годах возникла нынешняя система петродоллара, как ответ на валютный кризис того времени. В 1971 году США прекратили обеспечивать доллар золотом, как это происходило со времен Второй мировой войны. Они больше не могли гарантировать обмен валюты на драгоценный металл, поскольку дефицит торгового баланса разрастался все сильнее. Тогда же рухнула и Бреттон-Вудская система с фиксированными обменными курсами.

Кризис усугубил нефтяной шок. Однако в качестве спасительного выхода из кризиса США удалось договориться с Саудовской Аравией: крупнейший в мире экспортер нефти согласился выставлять счета за продажи в долларах. В обмен Америка пообещала королевству военную защиту. Так золотой стандарт сменил "сырьевой стандарт", охвативший всю торговлю нефтью. В последующие десятилетия доллар удерживал статус ведущей мировой валюты.

Доллар прошел пик
Пятьдесят лет спустя судьба мировой экономики вновь зависит от нефти из стран Ближнего Востока. Международное энергетическое агентство говорит о "крупнейшем нарушении поставок в истории". Последствия очевидны: рост цен и угроза рецессии мировой экономики.

Фиаско США в конфликте с Ираном может произойти в критический момент в истории доллара. Причина - дедолларизация, которую, по словам ряда известных экономистов, сейчас можно наблюдать все отчетливее. Профессор Гарварда Кеннет Рогофф считает, что американская валюта прошла пик еще в 2015 году. Автор книги "Наш доллар - ваша проблема" прогнозирует: глобальное доминирование доллара завершится в течение 25 лет.

Глобальный руководитель валютной стратегии Deutsche Bank Джордж Саравелос предупреждает в новом докладе об "идеальном шторме": "Конфликт с Ираном может войти в историю экономики как спусковой крючок для конца доминирования петродоллара и как начало петроюаня".

Об ослаблении влияния американской валюты пишет в своем исследовании и банк JPMorgan: "Дедолларизация заметнее всего проявляется на сырьевых рынках, где значительная и растущая доля продаж энергоресурсов закрепляется в контрактах, номинированных не в долларах". Факторов, которые подтачивают статус американской валюты, несколько.

1. Китай набирает силу
У китайского юаня есть серьезный изъян по сравнению с долларом: курс контролирует центральный банк. Это позволяет искусственно удерживать его на низком уровне, и тем самым искажать конкуренцию. Однако масштабы китайской экономики все сильнее компенсируют этот недостаток: сегодня Китай - главный торговый партнер для 120 стран. Поэтому международные сделки все чаще проводят в юанях. Только за прошлый год объем юаня в трансграничной торговле вырос на 43 %.

Ближний Восток теперь куда теснее связан с Китаем, чем с США. Еще в 2018 году Саудовская Аравия продавала одинаковые объемы нефти обеим странам. Теперь же поставки в Китай выросли в четыре раза. И все чаще государства Персидского залива рассчитываются за нефтяные поставки в Китай не в долларах, а в юанях.

Пока что большинство нефтедобывающих стран привязали свои валюты к доллару. Кувейт, напротив, перешел к более широкой валютной корзине, чтобы снизить инфляционные риски в случае падения доллара. Кроме того, Китай уговаривает страны Залива присоединиться к БРИКС - эту группу стран считают противовесом американской сфере влияния. Объединенные Арабские Эмираты уже участвуют, а Саудовская Аравия пока не спешит.

2. Золото вытесняет доллар
Цена на золото за несколько лет выросла втрое. Главный двигатель такого роста - растущее недоверие к доллару. Инвесторы называют такой процесс "ставкой на обесценение": их пугает высокий долг США, который разгоняет инфляцию и ведет к потере покупательной способности американской валюты.

Среди крупнейших покупателей золота - центральные банки, в том числе Польши, Индии и Бразилии. В случае геополитического кризиса и возможных санкций драгметалл предоставляет им больше независимости. А по долларовым резервам остается риск: США могут использовать их как инструмент политического давления и в нужный момент заморозить, как это произошло с российскими активами. Сейчас центральные банки хранят около 56% резервов в долларах, тогда как в 2000 году показатель был 70%.

Рост цен на золото укрепляет позиции Китая. Страна является не только крупнейшим производителем золота, но и накопила значительные запасы драгметалла. Власти хотят выстроить гибридную экономическую модель - свою валюту, частично обеспеченную золотом. Эти резервы должны стать опорой доверия к юаню. Не случайно Шанхайская биржа золота уже сегодня считается мировой площадкой номер один по торговле физическим золотом.

3. Жажда капитала делает Америку уязвимой
Американцы потребляют больше, чем сберегают, и это привело к гигантскому внешнеторговому дефициту. В результате США все сильнее зависят от иностранного капитала. Их обязательства перед остальным миром достигли астрономических 62 триллионов долларов, тогда как за рубежом у Америки осталось активов лишь на 36 триллионов долларов. Этот "перевес" долгов - 26 триллионов - почти равен объему экономики за один год. Еще до финансового кризиса 2008 года баланс был практически нулевым.

Эксперты, включая Джозефа Ганьона, бывшего сотрудника Федеральной резервной системы, называют такую внешнюю задолженность тревожной: ни одна страна не способна выдерживать такое экономическое давление слишком долго. Если государства-кредиторы захотят вывести средства, для США может запуститься опасная спираль. Доходности казначейских облигаций пойдут вверх, обслуживание долга подорожает. Уже сейчас государство тратит на выплаты процентов больше средств, чем на армию.

Здесь вновь в игру вступают государства Персидского залива: они держат 800 миллиардов долларов валютных резервов и через суверенные фонды управляют долларовыми активами на общую сумму 6 триллионов долларов. Поэтому США больше не могут позволить себе роскошь - поссориться с недовольными арабскими шейхами.

Валютный аналитик Джордж Саравелос сделал тревожный расчет. Он исходит из того, что отрицательное сальдо по чистой международной инвестиционной позиции США сократится с нынешних 90 % до более устойчивого уровня 60 % ВВП - исторически это все равно был бы высокий показатель. Но чтобы внешняя задолженность действительно начала снижаться, доллару пришлось бы подешеветь на 30–35 %. Это означало бы, что курс к швейцарскому франку упадет с нынешних почти 80 до 55 раппенов (разменная денежная единица Швейцарии, - прим. ИноСМИ).

4. Дональд Трамп пугает мир
Торговый конфликт, который запустил президент США Дональд Трамп, подорвал доверие к доллару. После так называемого "Дня освобождения" валюта заметно ослабла. Но, считает директор по инвестициям швейцарского частного банка SYZ GroupШарль-Анри Моншо, тарифы - не единственная причина растущего недоверия кредиторов: "Трамп и его администрация полагают, что доллар как мировая резервная валюта приносит остальному миру выгоду, за которую другие страны должны платить".

Дополнительную напряженность внесло и широко обсуждаемое стратегическое эссе, где банкир и советник Трампа Стивен Миран предложил варианты, как заставить кредиторов США платить больше. Его аргумент таков: поскольку эти страны размещают резервы в долларах, они тем самым поднимают курс, а это, по его мнению, способствовало упадку американской промышленности.

Неопределенности добавляет и политика Федеральной резервной системы. Уже пять лет ФРС не попадает в целевой уровень инфляции в 2%. При этом Трамп атакует независимость регулятора и давит на него, требуя снизить ключевую ставку. Следовательно, владельцам долларовых активов приходится учитывать риск дальнейшего ослабления валюты.

Доллар не лишится статуса ведущей мировой валюты за одну ночь, даже если США потерпят неудачу в конфликте с Ираном. Скорее замещение будет идти постепенно, небольшими шагами. Но сам конфликт может ускорить дедолларизацию.

Трамп оказался в ловушке. Либо он допускает, что иранское руководство возьмет верх в Ормузском проливе, а это будет означать, что государство среднего масштаба, живущее за счет нефти, способно сопротивляться американскому гегемону. Либо он заставит мулл капитулировать, но тогда рискует затяжным противостоянием, которое тяжело ударит по мировой экономике и рынкам. Для державы-гегемона оба сценария выглядят неубедительно.