Проснувшись утром и задав себе вопрос: "А что там у наших либералов?", можно быть уверенным: они все так же обсуждают "извечное русское рабство". Откройте страницу любого подобного деятеля и получите неопровержимые доказательства.

Либерализм в России давно трансформировался в уродливую идеологию русофобии. В этом кроется парадокс: в любой другой стране либералы выступают в защиту интересов своего народа, и только у нас они поступают наоборот. Как сказал известный всем герой мультфильмов: "Это неправильные пчелы, они делают неправильный мед!"

Но не только коммунисты несут ответственность за появление тех самых новиопов. Скажу больше - они появились задолго до возникновения СССР.

Корни самоненависти в России

Проблема ненависти к России среди русских вплоть до отрицания своей идентичности родилась давно. Началось все с того, что император Петр I обязал дворян отправлять своих детей учиться в Европу, где русская молодежь не только познакомилась с традициями местной русофобии, но и привезла их к себе домой. Пожившие на Западе молодые люди не успевали даже узнать русскую культуру и с легкостью перенимали взгляды своих иностранных учителей на Россию.

Первые новиопы говорили на немецком, а потом - французском языках, следовали западным модам, а Россию воспринимали как заграницу. Это причиняло сильный дискомфорт, который нужно было как-то объяснить. Так родилась наша отечественная русофобия.

Первым известным русофобом стал Петр Чаадаев. Он прямо высказался о неполноценности России и русских, причем в самом расистском ключе: "В крови у нас есть нечто, отвергающее всякий настоящий прогресс".

Вскоре ненависть ко всему русскому в России пустила глубокие корни. Западные идеологии - либерализм, коммунизм и нацизм - подготовили для этого благодатную почву. Самое удивительное, что за более чем два века концепты нисколько не изменились. И если вы сравните цитаты русофобов давно умерших с нынешними, то увидите, что они неразличимы.

"Стыдно быть русским!" - говорили и Герцен при подавлении польского бунта, и большевики во время борьбы с "великодержавным шовинизмом", и нынешние либералы после восстания в Донбассе, и уехавшие воевать за Украину российские "свастичные" праворадикалы.

В литературе эталоном русофоба принято считать описанного Достоевским в "Братьях Карамазовых" лакея Смердякова с его "хорошо, кабы нас покорили французы". Показательно, что Смердяков современными российскими либералами был открыто признан "правдорубом", а несколько лет назад прозападный блогер Борис Стомахин публично оправдал данного персонажа, попутно объяснив, за что следует ненавидеть Россию: "1612, 1812, 1945... Цепь позорных рабских "побед", праздники защитников и пропагандистов "своего" кондового рабства и холопства, правнуков тех, кто отстоял-таки свое рабство от западной свободы... И газа не жалко на капища Вечного огня, и текстильная промышленность пускай работает на производство рулонов "георгиевских ленточек", и тех, кто посмел себе дом построить на свободном участке, оказавшемся "национальной гордостью великороссов", мы вышвырнем вон!"

Суть русофобии

Повторю это снова - русофобия за века почти не изменилась. Ее фундаментальными основами являются признание неполноценности русских, которым вменяются самые отрицательные, причем подчас диаметрально противоположные качества: покорность и жестокость, лень и агрессивность, безынициативность и стремление завоевать весь мир. Понять, как эти крайности соседствуют друг с другом, не стоит и пытаться: в русофобии, по словам великого русского поэта Тютчева, "действуют только инстинкты, и именно в природе этих инстинктов и следовало бы разобраться".

Корни всех проблем русофобы объясняют двумя вещами: принятием православия от Византии и татаро-монгольским игом. Эти два явления, как они говорят, сформировали "рабскую" сущность русских, которым постоянно нужен "хозяин с кнутом", который "стегал" бы их и направлял на "верный путь". Без понукания наш народ ни на что не способен, говорят ненавистники. Лаконично о качествах русских высказался писатель Виктор Ерофеев: "У русских нет жизненных принципов. Они не умеют постоять за себя. Они вообще ничего не умеют".

Вообще "рабский" дискурс делает современных либералов неотличимыми от большевиков. Если Ленин писал, что "рабство великороссов" вызывает у него "законное чувство негодования, презрения и омерзения", то либерал Игорь Юргенс прямо заявил, что "модернизации России мешают русские". Ну, если мешают и исправляться не хотят, то от них надо избавляться, подсказывает журналист и писатель Дмитрий Быков*: "Российское население неэффективно. Надо дать ему возможность спокойно спиться или вымереть от старости, пичкая соответствующими зрелищами".

Подобные представления о русских неизбежно переносятся на наше государство. Оно представляется авторитарным и коррумпированным угнетателем всего "свободного" и "прекрасного". Естественный вывод, к которому приходят русофобы: российское государство - это зло, которое подлежит разрушению. Лучше всего это объяснила небезызвестная Валерия Новодворская: "Тысячелетняя держава Российская потерпела фиаско. Не потому, что была слаба, а потому что была подла. Она историческая клякса, нонсенс, несданный зачет. Наша история - это черновик. Нужно выбросить ее и жить заново, набело".

Русофобия универсальна. Она объединяет гламурную Ксению Собчак с "вождем мировой революции" Лениным, а нациста Боцмана - с антифашисткой Аллой Гербер. Неважно, какая у вас национальность, вера или идеология: если вы ненавидите русскость и православие, то все дороги на Запад для вас открыты.

* - признан иноагентом в РФ

Последствия русофобской отравы для России

Русофобия не обошлась для нашей страны без последствий. Массы русских оказались омыты постоянно извергавшимися из телевизора тоннами помоев и согласились с тем, что они и впрямь "рабы".

Правда, чтобы избежать когнитивного диссонанса, люди были вынуждены менять оценку приписываемых им русофобами качеств с отрицательной на положительную. Да, мы рабы, но у нас сильное государство. Да, мы безропотные, но зато первыми полетели в космос. Да, мы ленивые, зато, в отличие от всяких капиталистов, у нас развита духовность.

Не избежали такой ловушки и русские патриоты, принявшие русофобские мифы за чистую монету и вместо опровержения ставшие их тиражировать уже среди своей публики.

Дошло даже до того, что некоторые противники либерализма сами начали пропагандировать ущербность русских. К примеру, мыслитель Александр Зиновьев: "Люди были предоставлены сами себе и влиянию развращающей пропаганды. И народ обнаружил в полную силу все свои природные качества, по преимуществу вызывающие гнев, омерзение и презрение". Так что неудивительно появление на одном из "Русских маршей" псевдонационалистов с плакатом, посвященным известному интернет-мему "Рашка - квадратный ватник".

Впрочем, сам факт широкого распространения этого мема служит ярким доказательством привития населению нашей страны представлений о собственной неполноценности. В сети можно найти тысячи картинок, посвященных "Рашке". Они высмеивают стереотипные представления о русских как о нищем и пьянствующем народе, угрожающем своим "свободолюбивым" и "цивилизованным" соседям. Все они изобилуют понятиями "ватник", "совок", "ымперка", "рузке". Есть и собирательное описание "русского ватника": "Алкоголик, гомофоб, антисемит, нечистоплотен, имеет низкий интеллект, ненавидит Запад и безоговорочно любит власть и свою Родину". Любовь к России, как мы видим, является отрицательным качеством у поклонников этого мема.

Любить Россию и русских невозможно, пытаются донести до нас русофобы. Русофилия за рубежом для них - "безумие" и "отклонение от нормы". И правда, как иностранцы могут нас любить, если мы сами себя ненавидим?

Как итог, русофобия ведет к закомплексованности и неуверенности. Соотечественники начинают сомневаться в стране, уезжают за рубеж либо вовсе меняют идентичность, перековываясь в каких-нибудь "ингерманландцев".

Даже иностранцы рассматривают ненависть к русскому в России как серьезную болезнь нашего общества. Вот что на этот счет пишет американский журналист Тим Керби: "Русофобы среди русских - словно анорексичная девушка, которая медленно убивает себя голодом, разглядывая жир в зеркале, в то время как там нет ничего, кроме кожи на костях. Такая религия даже более опасна для России, чем радикальный ислам".

Точнее и не скажешь.

Правда, как мне кажется, русофобии среди русских не существует: отрекающийся от своей идентичности русским уже не считается. Поэтому неудивительно, что среди таких ненавистников большинство - люди с иностранными фамилиями. А если и с русскими, то их носители, как правило, начинают выискивать у себя "чужие" корни, чтобы окончательно расстаться с "рабским прошлым".

Русофобию вырвать с корнем

Мое мнение - бороться с русофобией, как это периодически пытаются делать у нас, воспроизводя те же самые мифы о русских ("Да, азиаты - мы, с раскосыми и жадными очами!"), перекочевавшие из западных идеологий, решительно невозможно.

Русофобию надо пресекать на корню, деконструируя фундаментальные мифы.

Нет, никакой "смиренной" Византии, как и "кроткого" православия, никогда не существовало - это вера, которая дала нам силы прогнать многочисленных "цивилизаторов": поляков, шведов, французов, немцев. А по количеству революций, мятежей и восстаний русские вообще могут дать фору любому другому народу. Не просто так историки назвали XVII век в России "бунташным".

Нет, татаро-монгольское иго не сделало нас жестокими. Наши эксцессы ничем не отличались от европейских, и в то же время Россия не знала ничего подобного инквизиции, уничтожившей на Западе значительную часть женского населения.

Нет, мы не пьяницы. В Германии, Франции и Британии пьют гораздо больше, а в центре Москвы, в отличие от Лондона, по вечерам не валяются в лужах захмелевшие сударыни.

Русским пора начать относиться к себе с любовью.

Мы - красивый народ с самыми сильными парнями и самыми прекрасными девушками. У нас героическая история с самыми фантастическими сюжетами, воплотившимися в реальность. Никто не может похвастаться таким количеством художников, музыкантов, писателей, ученых и мыслителей, как у нас. Мы создавали невозможные вещи, исследовали глубины океана и бездны космоса. Не мы, а с нас должны брать пример другие.

Кому это не по нраву – пожалуйста, на выход.